Девичьи грезы
Шрифт:
Ельской подвел Анну к матери и ее спутницам и, извинившись, отошел.
— Ну, как? Как вам здесь показалось? — возбужденно проговорила Анна.
Ее глаза сверкали, и сама она, оживленная и веселая, была в этот момент изумительно хороша собой. Лицо девушки, обычно надменное и гордое, смягчилось, но тень привычного ей недовольства все же не покинула его.
— Что же, вас никто не пригласил? — усмехнувшись, спросила она и тут же сделалась прежней Анной, с которой они уже успели близко познакомиться.
—
— Вот уж поистине несчастье! Разве представить вас кому?
— Не стоит, дорогая, — мягко ответила Саша.
— Неужели тебе довольно просто стоять в стороне и наблюдать? — спросила Анна.
— Да, — ответила ей Саша.
— А мне нет, — возразила Ксения. — Я просто мечтаю танцевать. Ну хоть один раз! Хоть один танец!
— Мне жаль, если твоя мечта так и не сбудется. Но… Все может случиться! — И, рассмеявшись, Анна подошла к матери.
— Вот бессовестная! Она еще издевается над нами! — возмутилась Ксения.
— Перестань, не говори так… Она вполне имеет на это право. Мы провинциальны и совсем неинтересны, и не можем рассчитывать на то внимание, к которому привыкла она, — сказала сестре Саша.
— Ах ты, смиренница… Ну нет, это совсем не по мне!
— Дорогая. — Анна незаметно подошла к кузинам и обратилась к Саше. — Ты умеешь танцевать котильон?
— Да, конечно.
— Ах, какая прелесть. — Она взяла кузину под руку и нарочно громко, чтобы и Ксения слышала, сказала: — Я хочу предложить тебе вот что… Скоро будет котильон. Давай загадаем на цветы: я — роза, ты — лилия. И предложим кавалерам выбрать.
— Что это за загадывания? — поинтересовалась Ксения.
— Ах, вы не знаете? — презрительно наморщилась Анна. — Что ж, неудивительно…
— Позволь тебе напомнить, что это наш первый бал, — ехидно сказала Ксения.
— О да, конечно… К тому же, я полагаю, в провинции не знают многих тонкостей, касающихся балов…
— Ты не права, кузина, — возразила Саша. — Я слышала, когда от одной нашей знакомой об этом бальном обычае.
— Как мило… — пробормотала Анна.
— И в деревне в котильоне дамы загадывают на цветы… — добавила, слегка усмехнувшись, Саша. — Но к кому мы обратимся за выбором?
— К кому угодно! — беспечно бросила Анна.
— Нет! Это неловко…
— Отчего же? Впрочем… Если желаешь, — лукаво улыбнулась Анна, — обратимся к знакомому лицу… Обратимся к князю Ельскому!
Тут надобно сказать, что Анна с самого начала думала указать кузине на князя. И была уверена, что тот предпочтет розу, то есть ее. Ельской часто говорил, что она напоминает ему розу: такая же царственно красивая, как этот цветок. И такая же колючая, добавим мы. Анна хотела прямо намекнуть князю на себя и не сомневалась в его выборе, да еще в том, что этот выбор уязвит кузину. Особенно после
— К князю? — Саша была все еще несколько растерянна. — Что ж, изволь…
Ей было все равно, но Ельской был уж ей представлен, и она сочла его меньшим злом. Саше вообще хотелось отказаться от этой затеи, но она боялась, что Анна сочтет ее уж слишком провинциальной.
Распорядитель объявил о начале нового танца — котильона, и в центр залы вышли четыре пары. Танец начался, и кузины медленно пошли по залу, наблюдая за танцующими. Точнее сказать, Саша внимательно наблюдала за парами, мысленно, на всякий случай, проверяя себя и убеждаясь, что все, чему учили ее, вполне соответствует тому, что она видит. Анна же выискивала глазами князя. Наконец, увидев его, она решительно подошла к нему. Ельской беседовал с приятелем.
— Ах, вот вы где! — игриво бросила Анна. — А мы вас ищем. Скажите, — обратилась она к князю, перед тем лишь едва кивнув его приятелю, — лилияили роза?
Ельской улыбнулся и ответил, слегка помедлив:
— Лилия.
Анна опешила. Улыбка сошла с ее губ, и она пристально посмотрела на него.
— А я бы, право, выбрал розу, — заметил его собеседник.
Но Анна, не обратив внимания на эти слова, резко отвернулась и быстро отошла от них, оставив растерянную Александру. Девушке сделалось неловко, она сочла поведение сестры странным и невежливым. Свое же положение оценила как двусмысленное. Она стеснялась смотреть на князя и не могла себя заставить поднять на него глаза.
— Позвольте? — полувопросительно произнес Ельской и протянул ей руку.
Саша молча подала ему руку, и он вовлек ее в круг танцующих.
— Отчего вы так грустны? Вам не нравится бал? — спросил Владимир Алексеевич.
— Напротив, здесь очень весело…
— Весело? Вы так это сказали… Как будто все совсем наоборот.
— Нет, нет, что вы. — Саша боялась, что князь сочтет ее невежливой или решит, что она злится на него.
— Вы превосходно танцуете, Александра Егоровна.
— Благодарю вас.
— Скажите, отчего вы решили назваться лилией?
— Это не я… Так решила Анна.
Некоторое время они молчали.
— Не сочтите меня излишне назойливым, но за котильоном принято болтать, — продолжал Ельской.
— Да-да, я знаю.
— Вам нравится в столице?
— О да, конечно.
Ему никак не удавалось разговорить девушку. Александра отвечала односложно, однако смущение ее немного отступило, когда она заметила, что танцует хорошо, ничуть не хуже других пар. Тут она, к радости своей, заметила Ксению, которая пополнила круг танцующих с каким-то незнакомым офицером.