Девианты
Шрифт:
– Для лучшего воина в клане ты непозволительно красива.
Мгновение Петра глядела на него в замешательстве, затем тряхнула головой и собрала волосы на затылке:
– О чём хотел поговорить?
– Ни о чём, – усмехнулся Рэмрейн. – Мне нужен партнёр для спарринга, а бросать на маты Тхирасака – то ещё удовольствие.
Девушка слабо улыбнулась и вспомнила, как вчера утром Килиан поделился с ней в библиотеке ироничным: «Он там всех раскидал, Петра».
– Самоуверенность – не лучшая черта в человеке, Рэм, – заметила она.
– Проверим? – предложил
– Давай, – без особого энтузиазма откликнулась Петра, проследила за тем, как он опрокинул на пол один из матов и подошла ближе. – У кого ты учился?
– Секрет.
– Раскроешь? – девушка схватила брошенные им перчатки.
– Если победишь.
Петра покачала головой, приняла боевую стойку; Рэмрейн медлил, и она начала схватку. Её шокировала скорость, с которой он блокировал её точные удары; не успела она опомниться, как его кулак замер в сантиметре от её носа. Она смахнула вниз его руку, попыталась нанести короткий удар второй, но молодой человек увернулся. Девушка нырнула, уворачиваясь от его ударов, схватила за ворот футболки и хотела было ударить в плечо, однако Рэмрейн перехватил её руку, и его кулак снова замер возле её подбородка. Довольная снисходительная улыбка отозвалась в ней лёгкой вспышкой гнева, тотчас подавленного по привычке. Он отступил на несколько шагов, Петра бросилась в атаку, ударила молодого человека коленом в бок и охнула, когда, подхватив одной рукой под колено и схватив второй за ворот, он развернулся и опрокинул её на мат.
Петра удержала его руку, махом закинула ногу ему на плечо, одновременно второй обхватила бедро. Рэмрейн рухнул на спину, и она, потянув его за предплечье, попыталась ударить ступней в живот. Молодой человек рывком сел, увернувшись от атаки, встал на колени; девушка не выпускала его руки. Он потянул было её вверх, но Петра круто развернулась на спине волчком и вернулась в то же положение. Рэмрейн упал после сильного удара ступней в нижние ребра, тотчас встал, но, перекувыркнувшись и поднявшись на ноги раньше него, девушка, всё еще сжимавшая его ладонь, мощным рывком перекинула его через себя.
– Здорово! – расхохотался молодой человек.
– Ты в порядке? – с тревогой спросила Петра: Рэмрейн приземлился на пол, но рассерженным не выглядел.
Она не сразу поняла, что произошло, и ахнула, упав после неожиданного удара ногой под колено, лишившего её равновесия. Подняться девушка не успела и лишь прищурилась, когда её бесцеремонно обездвижили, пригвоздив запястьями к мату.
– Отпусти, – терпеливо попросила Петра.
– Ответь на вопрос, – тихо ответил молодой человек.
– Какой?
Девушка нахмурилась в ответ на его потемневший взгляд; мужчины не раз смотрели на неё с вожделением, но в глазах Рэмрейна было слишком много обезоруживающей нежности.
– В чём дело? – тряхнула головой Петра, прогоняя наваждение.
– Прими моё восхищение, – хрипловатым шёпотом проронил молодой человек. – Заставить стольких мужчин с собой считаться… У тебя потрясающий характер.
– Это не вопрос, – сухо ответила девушка.
– Ах, да,
Петра перевела дух и ровным голосом спросила:
– Как ты догадался?
– Должны же быть у главы клана какие-то привилегии, – молодой человек склонил голову к плечу, и она поневоле залюбовалась его улыбкой.
– Отпусти, – повторила девушка.
– У меня есть просьба.
– Я уже выполнила твоё условие, – напомнила Петра.
Рэмрейн неожиданно перехватил её запястья одной рукой; девушка дернулась и с сожалением поняла, что не может двинуться.
– Да, но выхода у тебя нет, – невинно заметил он.
– Напомни никогда тебе не доверять, – со вздохом пробормотала девушка, оглядывая его лицо; она без труда сохраняла спокойствие, но становилось всё сложнее держать себя в руках.
Молодое, с правильными чертами, гладким лбом и высокими скулами, с густыми чёрными бровями, аккуратным носом и волевым подбородком, с четко очерченными губами и выразительными, глубокими влажно-чёрными глазами, лицо его показалось ей невероятно-красивым ещё при первой встрече; поразило остротой неожиданное желание прикоснуться к нему ладонью.
– О чём ты хочешь попросить? – отвлекла она себя вопросом.
Рэмрейн мгновение просто глядел на неё, затем обронил словно между прочим, разглядывая кожаный шнур её кулона:
– Разреши пользоваться твоей ванной.
– Нет, – твердо, но без злости проговорила Петра.
– Нет? – повторил молодой человек.
Она сердито прищурилась, потеряв терпение, когда он медленно потянул собачку на молнии вниз.
– Прекрати! – вырвалось у неё.
Мягкая улыбка обезоружила её против воли; Рэмрейн встал и протянул руку:
– Не сердись. Я просто хотел рассмотреть кулон.
Петра не стала отказываться от его помощи, но промолчала в ответ и, взглянув на циферблат настенных часов, направилась к выходу.
– Ты на сегодня закончила? – в недоумении нахмурился молодой человек.
– Мне нужно посетить пару мест.
– Я с тобой.
– Это может занять весь день, – обернулась Петра, – а ты нужен на тренировке.
Рэмрейн ответил выразительным взглядом, и девушка сдалась, обезоруженная тем, что он понял всё без слов.
– Сегодня ярмарка на Восточном рынке, – поведала она.
– Будем закупаться? – последовал молодой человек за ней.
– Что-то вроде, – усмехнулась Петра.
Часом позднее занявший место водителя Рэмрейн припарковал «Ниву» напротив длинного кирпичного павильона, от которого, словно два крыла самолёта, отходили навесы; под сенью широких крыш торговали, покупали и шумели люди. Огромная толпа горожан настоящим роем втекала внутрь павильона и разбредалась по участкам, привлекали внимание привезённые фермерами овощи и зелень, пахло фаст-фудом и выпечкой. Со всех сторон, смешиваясь, доносились африканская музыка, звон клавесина, барабанная дробь и скороговорка уличного рэпа, собирали толпы зрителей и зевак танцоры, иной раз напоминавшие бродяг.