Чтение онлайн

Помедлив, она спросила старшего:

— Как тебя зовут?

— Кадм, — хрипловато ответил черноволосый подросток, в космах не хуже, чем у Ирмы, разве что покороче. И, что сразу было заметно, самый тощий в группе.

— Меня зовут Селена. Вади! — позвала она. — Быстро на кухню! Пусть приготовят стол Вильмы к позднему завтраку. Берилл. Ты бежишь к Аманде. Нам нужна одежда для семерых. Тармо и Вилл. Найдите Бернара. А ещё узнайте, где Орвар. Кажется, он был на пруду. Он тоже нужен. — Проследив за убегающими мальчишками, она взглянула на подростка. — Кадм, пойдёмте. Наш дом

пятый от края деревни.

И протянула руки к мальчику, которого Кадм держал на руках.

Но ребёнок резко отвернулся от неё и, уткнувшись носом в грудь Кадма, тихонько заныл. Подросток дёрнул ртом, то ли ухмыляясь, то ли виновато усмехаясь.

— Я возьму мальчика, — сказали рядом, и глаза подростка расширились на Ригана, который протянул руки к малышу.

Мальчику-дракону было достаточно дотронуться до хнычущего мальчика, чтобы тот разжал крепко сцепленные на шее Кадма ручонки.

— Ты кто? — удивился Кадм, мгновенно превратившись из умудрённого в жизни человека в обычного мальчишку, слегка насторожённого необычной внешностью неизвестного ему мальчика. — Ты… сильный маг?

— Я дракон, — хладнокровно ответил Риган и, поставив малыша на траву, кивнул Люции.

Два маленьких дракона взяли малыша за руки и повели к Тёплой Норе.

Селена успокоенно улыбнулась Кадму, который явно был в замешательстве, а потому вопросительно взглянул на неё, и пошла вперёд, время от времени оборачиваясь к новичкам проверить, идут ли за ней. Тёплая волна тихой радости ощутимо смывала недавнюю ледяную: она не просто приняла сразу семерых чужаков. Она приняла детей в большую семью, которая поможет ей справиться даже с самыми диковатыми.

И эта мысль начала воплощаться немедленно.

Берилл, будучи вампиром, бегал лучше всех. Так что Селена нисколько не удивилась, что первой из-за школы выскочила Вильма и бросилась им навстречу. За нею — остальные старшие девочки. Разношёрстная компания новичков при виде мчавшихся к ним аж остановилась. Но Селена снова посмотрела на всех, улыбаясь, и сказала:

— Они вам покажут всё в доме. Не беспокойтесь.

Вильма добежала до маленьких драконов и чуть не упала на колени перед малышом, который вытаращился на неё так, как будто пытался узнать. С испугом всеобщая нянька ясельников взглянула на Селену:

— Это все наши? Правда, наши?

— Наши! — улыбнулась хозяйка места.

— А если сбежим? — услышала за спиной похолодевший голос Кадма. Кажется, он не столько не хотел быть «нашим», сколько не желал быть присвоенным.

— Давайте сначала поедим и поговорим, — предложила Селена. — А уж потом вы будете задавать нам вопросы. Думаю, от раннего обеда вы не откажетесь.

Подросток метнул в неё взгляд, который легко прочитать: «Перевернула, да? Я спросил об одном — ты не ответила! А если и ответила, то о другом, мне неинтересном!»

До Тёплой Норы оставалось дойти десяток шагов, когда из-за дома появилась вся малолетняя толпа, временно оставленная Вильмой на Ладу. И ясельники кинулись к гостям. «Ирмы нет, — усмехнулась Селена. — Она бы ещё и завизжала от счастья. А что эти? Только попискивают!»

Кадм растерялся, когда ясельники разбавили собой его

подопечных, забалтывая их вопросами и тут же рассказывая, что у них тут есть интересного. Пока дошли до входа в Тёплую Нору, даже самый маленький, успокоенный драконами, шёл, держа в руках мягкую игрушку — толстого кота, шитого с Тиграши.

Испуганная Лада не сумела отогнать ясельников от новичков — помогла Вильма, и вся толпа самых маленьких бросилась назад, в сад, в Цветочную беседку, на ходу обсуждая новичков. Краем глаза Селена заметила, что им навстречу из сада торопится Бернар, а бросив взгляд на деревенскую улицу, только подняла брови: кажется, искавшие Орвара двойняшки-оборотни вывалили новость на рыболовов, сидевших на пруду. Орвар хоть и мчался впереди рыболовной компании, но за ним бежали… Селена пожала плечами. Все бежали. Мальчишек тоже придётся выгонять из дома.

Ничего удивительного. Старшие, мальчики и девочки, прослышав о том, что среди новичков есть довольно возрастной мальчик, бежали к нему с тревожным интересом: если не родственник, то, может, довоенный знакомый? А то и сосед по тогдашнему дому?

Ближе к порогу Кадм тоже повернулся посмотреть, куда глянула хозяйка места. Передёрнул плечами и, хмурясь, вошёл в дом следом за всеми. Прежде чем закрылась дверь, он ещё и проверил, все ли подопечные оказались в доме. «Привык заботиться о своих, — вздохнула Селена. — Как Коннор».

Она провела гостей в столовую и показала, куда сесть. Стол Вильмы отличался тем, что высоту столешницы приспособили под малышей. Как и табуреты вокруг него.

Все расселись, поглядывая на Кадма. Тот сидел на краешке обычного стула, и Селена беспокоилась: или упадёт, или… Очень уж измождённый. Ещё она заметила, наблюдая за ним, как главой его маленькой «семьи», что он пару раз сделал короткое и резкое движение — ладонью к бедру. Не сразу, но догадалась: наверное, живя там, в руинах, он носил с собой какое-нибудь самодельное оружие, пока нашедшие детей рабочие не отобрали его. Или Кадм выбросил его сам, когда понял, что не сумеет сопротивляться слишком большому количеству взрослых.

Вильма, вошедшая чуть позже и привычная ухаживать за своими, поспешила помочь гостям освоиться — в первую очередь пододвинуть каждому тарелку. Дети сидели тихо и насупленно посматривали на пустые тарелки. Открыли рты, когда к столу, поблёскивая радостными глазёнками, подбежала круглолицая Лайла, чтобы водрузить в его центр кастрюлю с подогретой кашей. Вильма немедленно принялась за дело, быстро и сноровисто накладывая по тарелкам кашу с кусочками мяса и поливая её растопленным маслом. Пока гости, накинувшиеся на кашу, управлялись с ней, всеобщая нянька так же быстро обнесла их кружками с козьим молоком. Если Кадм пытался выглядеть бывалым и снисходительным к угощению, в этот раз бесстрастие у него не получилось. Селена, севшая между двумя девочками, помогала Вильме, чтобы тарелки не оставались пустыми. А если кто-то из детей проливал молоко, слишком голодно накидываясь на сытный продукт, она спокойно вытирала тряпкой, принесённой Лайлой, «море разливанное» и улыбалась испуганным лицам, показывая: ничего страшного не произошло.