Дети неба
Шрифт:
В любом случае сегодня его ждет триумф, хотя дело вышло более рискованным, чем предполагалось. Два его величайших врага должны были погибнуть при падении, но вот — пришлось гоняться за ними по темноте и надеяться, что ни свет, ни шум не привлекут внимания Магната. Но и в этом было некоторое садистское торжество. Сейчас Странник и Джоанна прижаты к ограде. Пройти ее — верная смерть. Их разорвут на части — физически, ментально, или то и другое вместе. Остаться там, где они сейчас, — Джоанна снова попадет к нему в лапы. И на этот раз ее не спасет хитрая унизительная ложь Странника, потому что он сам будет так же беспомощен, как человеческая девчонка. Так
Хранитель подобрался к поисковикам поближе. Ему была мучительна каждая секунда, проведенная в тропиках, тем более под этим мерзким открытым небом. Сегодня… сегодня каждая секунда была наслаждением.
— Они знают, где мы, — сказал Странник.
Джоанна кивнула. Хотя смотрел он на просторы за оградой, она знала, что он говорит о преследователях. Оглядываясь через плечо, она видела мельком элементы поисковых стай. Они вроде бы приближались, а прожектор смотрел почти туда, где она лежала, только выше. И отражался от знака с мертвыми головами.
— Они напали на наш след. Может быть, можно пробраться обратно другим путем… обойти их.
Предложение даже прозвучало жалко.
— Нет, — ответил Странник. — Ты знаешь, тебе бы Хор ничего сделать не смог, поскольку у тебя ума нет.
Такой у него бывал юмор. Джоанна подумала, нет ли у этого юмора серьезной подоплеки. Ходили рассказы, что случается с животными в тропических городах. Эти города пожирают и ум, и плоть.
Но она попыталась ответить в тон:
— Да и ты можешь уцелеть, потому что у тебя ума почтинет. — Он не ответил, и Джоанна вернулась к суровой реальности: — Не вижу смысла ждать милости от Хранителя.
Никогда больше я к нему в лапы не попаду.
— И я не вижу. — Странник уже не балагурил, но и несчастного тона Джоанны у него не было. Но Странник был профессиональным странником, а они всю жизнь кичились своим бесстрашием. — Знаешь, — задумчиво сказал он, — всю мою жизнь, сколько могу я ее проследить в прошлое до мифов о моем существовании, о тропиках рассказывали всегда одинаково. Это место смертельно для разума, и только тогда можно туда отправляться, когда хочешь раствориться в радости. Но посмотри, что мы видим сейчас. — Он показал в косые струи, сверкавшие под прожектором: — Практически ни одного тропиканского элемента. Мы слышим распев, но дождь и влажность гасят настоящие мыслезвуки почти до нуля. Посмотри, как сбилась в кучу каждая из стай Хранителя. Ручаюсь, что на Хор этот ливень еще сильнее действует, а слышимый нами распев — это Хор, спрятавшийся от дождя в укрытие! Сейчас рванул бы я по этой улице, а там нашел бы нам укрытие.
— Если тебя не подстрелят бандиты Хранителя…
— Чушь, — отмахнулся Странник.
Джоанна решила, что Странник сам не верит в то, что говорит, и собирается умереть, чтобы уберечь ее. С другой стороны, голос у него был заинтригованный, расчетливый, как бывало, когда он задумывал что-нибудь слишком рискованное.
— Честно говоря, Джоанна, когда мы с Описателем тебя спасали на Лугах Резни, это казалось куда более сумасшедшим предприятием. И еще… всегда мне было интересно, на что похож Хор. Представь себе: войти туда и выйти живым.
Шрам расширял дыру в изгороди, чтобы вся стая могла проскочить с ходу.
— Ох, Странник!
Она шепнула так громко, что даже сама услышала, — хотя это уже не имело значения. Потянулась к нему, пытаясь удержать.
— Да не волнуйся. И хуже бывало. — Он высвободился, но не бросился прочь немедленно. Может быть, ждал, пока луч прожектора отойдет подальше. — Свети своим невидимым светом. Попытайся увидеть, где я остановлюсь на той стороне. Как найду безопасное место — махну тебе.
— Ладно.
Она потрепала его по спине. Странник прав, даже если хорохорится немного. Джоанна подтянула коммуникатор и прочее снаряжение поближе и посветила фиолетовым фонарем за изгородь.
Прошла секунда. Пылающий луч сдвинулся, оставив на сетчатке горящие пятна. Странника это не остановило — он бросился в расширенную дыру ограды. Джоанна прищурилась, и тут вернулся большой свет, выхватив из темноты бегущую четверку. Странник заметался из стороны в сторону, чтобы стаи-стрелки не могли прицелиться.
Распев Хора стал громче. Наверное, влажность все еще ослабляла мыслезвуки, но Джоанна слышала что-то вроде толпы совсем рядом. Новая засада после засады Хранителя? Она повернула бледный свет направо — там в сиянии дождя рысила Цепочка фигур. Они шли, минуя Джоанну, в общем направлении на Странника. Цепь их стала колонной, толпой, сутолокой, элементы шли плечом к плечу, чего она никогда у Стальных Когтей не видела.
Странник свернул, убегая, но всюду вдоль дальнего края открытого пространства тропиканцы отталкивали его на середину. Они не бежали — шли почти прогулочным шагом параллельно ограде. И их становилось больше. Каким-то образом Странник Викллрэкшрам сумел сохранить разум. Он бежал весь вместе, но хромота Ллр мешала ему набрать скорость. Хотя это уже ничего не решало. Тропиканцы теперь стали огромной толпой, скользящей вдоль ограды как гигантские ножницы, и режущая точка контакта двигалась быстрее, чем могла бы бежать любая стая. Рэк упал под полосующие когти. Последнее, что увидела от Странника Джо, было тельце Ллр, подброшенное в воздух как лакомство для гигантского хищника.
— Странник!
Кажется, она выкрикнула его имя вслух.
Странник исчез, но толпа не побежала через ограду. Она как одно целое неслась вдоль нее. Не совсем аккуратно от нее уклоняясь — слишком тесно было в толпе. Там и сям элементы тропиканцев выдавливало сквозь барьер. Почти все они влезали обратно, некоторые бесцельно брели дальше внутрь.
Треск Хора стал ревом даже для ее ушей. Высокие частоты должны бы рвать на части громил Хранителя, но когда Джоанна оглянулась, по одну сторону от нее стояла стая с пистолетами, а дуговой прожектор освещал дождь, заливающий другую.
Небрежный, звучащий по-человечески голос сказал:
— Беги, Джоанна, беги. Прямо в Хор. Хочу это видеть.
Хранитель.
Совет казался разумным, даже учитывая его источник. Джоанна прорвалась сквозь ограду и бросилась в Хор.
А, черт! Вот тебе и психология «от обратного». Двуногая бежала. Хранитель, не думая, вскинул винтовку и навел ей в спину, одновременно крича своим солдатам:
— Не стрелять!
Губы взялись за спусковой крючок, когда наконец-то здравый смысл до него достучался. Есть причина, почему за стрельбу на ту сторону границы полагается смерть. Это ставит под удар работу восьми лет… а, ладно, придумаю вранье-легенду, Магнат куда большему вранью верит.