Чтение онлайн

Это заставляет его обратить на внимание на мое появление. Посмотрев на меня, он хмурится еще больше.

– Что с лицом? Новые проблемы?

Молча киваю. Разглядываю красивый мужественный лик. Он, правда, не в курсе или притворяется?

– Выкладывай, – требует он, со стуком отставляя на стеклянный журнальный столик широкий низкий стакан с янтарной жидкостью, который держал в руке.

– Звонила тетя Оля, – начинаю я, внимательно следя за выражением на лице Саши. – Она считает, что ее пытались убить. Сбить машиной.

–

Где?

– Сегодня возле их дома.

Какая-то эмоция все же проявляется на лице Марича, но я не могу разобрать ее происхождение. Ближе всего, пожалуй, к недоумению.

– Не самое удачное место для покушения таким способом, – задумчиво проговаривает Саша, а меня подмывает спросить: «А тебе известно, где это делать лучше всего? Есть опыт?».

Или это он недоволен услугами киллера?

– Да, с родителями вышло надежнее, – холодно подтверждаю я.

– Настя, твой отец был многим поперек горла, – вздохнув, объясняет Марич, вызывая у меня желание уточнить, был ли он сам в их числе. – На него реально могли покушаться. В его смерти именно несчастный случай подозрителен, в то время, как Ольга Федоровна… – Саша морщится.

– Что? – подаюсь я вперед.

– Прости, если я опять задену твои родственные чувства, но она хоть и лицемерная заноза, но ее смерть, как, собственно, и ее жизнь, никому не нужны. За каким чертом на нее покушаться?

– За тем же, зачем и на меня, – напоминаю я. – Она тоже наследница родителей.

– Пока ты жива, не осуждена за убийство родителей, наследство ей не светит. Детей у нее нет. Ее единственный наследник – ее муж, которому совершенно необязательно ее убивать, чтобы пользоваться ее деньгами, что он и делает все эти годы.

Меня коробит от слов Марича. Да, я много не знаю, но дядя Сережа всегда был на глазах, я видела, как он упорно работает, выкладывается… Не все родились с серебряной ложкой во рту, хоть и не мне об этом говорить.

– Ты хочешь сказать, этот наезд – случайность? – в лоб спрашиваю я.

– Понятия не имею, но учту, и Максу передам. Может, это окажется полезным для спецов «Лютика».

– А что с моими ключами? – не отстаю я, чувствуя себя крайне назойливой, но, похоже, пришло время наступить на горло чувству такта.

Когда я обнаружила, что связки нет, я успела сообщить об этом Саше до его отъезда. Он пообещал во всем разобраться. Не так уж много вариантов, кто мог взять ключи из моей спальни в охраняемом доме. Саша – один из кандидатов.

– Это сделала Сати, – огорошивает меня Марич.

Сати? В круговерти последних событий я уже про нее забыла.

– Зачем ей это?

– Пока не знаю, не можем ее найти. Но я обязательно это выясню.

У меня в голове не укладывается. Нет, я охотно верю, что Сати не питает ко мне теплых чувств. Тут у меня никаких иллюзий нет. Более того, она вполне способна подстроить какую-нибудь гадость или навредить, но зачем ей мои ключи? Она-то никакого отношения к моему наследству не имеет!

–

Она решила насолить мне за то, что ты ее выгнал?

– Я не выгнал. Я разорвал контракт с ней, – отвечает равнодушно Саша, хотя я, хоть убей, не вижу никакой разницы. – Она нарушила правила.

Меня неожиданно злят последние слова Марича. То есть, если бы Сати их не нарушила, она бы оставалась здесь? Дожидалась бы пока мой договор с Сашей истечет?

– У тебя все отношения контрактные? – не сдержавшись, спрашиваю я. – А если я нарушу правила? Тоже выставишь?

Марич заглядывает своими черными непроницаемыми глаза мне в душу.

– И много правил я тебе озвучил? – усмехается он.

Только одно. Не спать с Андреем, но теперь мне это и в голову не придет. Но я все равно не могу не злиться. Слишком много всего смешалось. И страх, и недоверие, и желание хоть в ком-то найти опору, и …

– И как это ты сдержался? – фыркаю я, отчетливо ощущаю, что почти нарываюсь, но Марич вполне благосклонно воспринимает мои эмоциональные всплески.

– А я не сдерживался. Зачем тебе правила? Ты такая хорошая, правильная, домашняя девочка. Сама себе их придумаешь и будешь соблюдать.

Со слов Саши выходит, будто я весьма скучная и пресная особа.

– И зачем же тебе такая? – осмелев, спрашиваю я, почувствовав безнаказанность.

– Я тебя хочу именно такую, – откровенно отвечает Марич.

Я тут же заливаюсь румянцем от этих слов, что вызывает у Саши довольную улыбку. Ему определенно нравится меня смущать. Что есть, то есть.

– А знаешь, когда я тебя захотел? Ты ведь меня сама спровоцировала.

– Я? – поражаюсь до глубины души. – Каким образом?

– Самым, что ни на есть женским. И очень меня этим удивила, – усмехается Марич, а я напрягаюсь. И узнать хочется, и почему-то я догадываюсь, что мне не понравится то, что я услышу.

– Похоже, я сама себя удивила…

– На дне рождения Дмитрия. Помнишь? Лето, жара, ненапряжное празднование, сумерки, ты еще отрубилась в шезлонге и обгорела.

До меня доходит, о чем говорит Саша, и я вспыхиваю, как маков цвет!

Я не знала, что он заметил!

Я и сама старалась не вспоминать.

Это слишком стыдно и неловко.

Август выдается действительно жарким, удушающим настолько, что даже думать о том, чтобы лишний раз выходить из комнаты с кондиционером, не хочется.

Моря у нас нет, а речной пляж далеко, пока обратно доберешься, снова мокрый как мышь.

Единственное спасение бассейн.

Вот отец и не захотел задыхаться в ресторане. Даже в самом крутом из них внутри – душно, а на веранде еще и влажно так, что речи о том, чтобы есть и выпивать, не идет.