Чтение онлайн

Мы с ней в лифте ехали.

– Галка у нас девчонка при деньгах, – заявил Никита, пока мы с ним курили в специально запрещенном для курения месте. Согласно свежепринятому закону, курить теперь разрешалось везде, кроме таких вот специальных мест, но все по привычке дымили именно там.

– А что ж она тогда всем недовольна?

Мои родители и друзья моих родителей тоже люди при деньгах, и я ни разу не видел, чтобы улыбка

покидала их лица. По крайней мере, на публике. А Галя всегда являлась на работу с таким видом, будто переехала пару человек по дороге. Но, как оказалось, она не могла никого задавить, потому что ездила на метро.

– Так у нее муж безработный, сын-детсадовец, больная мать и два кредита, – влез Леха, лысоватый, полноватый и с тем же набором жизненных неурядиц. – Этот говнюк, – он ткнул пальцем в Никиту, пока тот хихикал, – всем новеньким говорит, что Галка дама при деньгах. Ты его не слушай; он у нас лучший продажник месяца.

Все знали, что нельзя верить ни единому слову лучших продажников месяца. А лучших продажников года вообще лучше обходить стороной, чтобы ненароком не приобрести какое-нибудь бесполезное страхование велосипеда.

У меня и велосипеда-то нет.

На самом деле, Галина кассой заведовала. Тут говнюк Никита не обманул – весь день Галя сидела при деньгах и не могла «даже поссать отойти». Она дружила с инкассаторами и ненавидела остальных людей. Особенно тех сотрудников, кто стеснялся сказать клиенту, что денег в кассе нет.

– Но деньги-то есть! – я ткнул пальцем в стопки купюр, которые Галя по сотне штук ловко запихивала в разноцветные бандероли.

В тесной каморке, втрое меньше крохотного кабинета Петра, она с трудом протиснулась мимо меня к сейфу, запихала туда готовые пачки и торжественно произнесла:

– Все! Теперь нету.

Я почувствовал себя котом, на глазах которого хозяин убрал в холодильник батон колбасы.

– Вот почему у Аськи получается убедить клиентов, что денег нет, а остальные не могут? – Галя распахнула дверь, выпроваживая меня и кивком головы приглашая следующего. Снаружи образовалась очередь, потому что внутрь пускали только по одному.

– У нее сиськи большие, – хихикнул Кеша, услышав вопрос.

Ася всегда опаздывала. В мой первый рабочий день она ворвалась в комнату для персонала, швырнула сумку на стул, порылась в ней и принялась без всякого стеснения стаскивать с себя платье.

– Раздевайся, чего встал, – велела она, глянув на меня.

– Что?

– Что? – Ася ловко сменила платье на форменную рубашку и пояснила: – Здесь не выйдет остаться в одиночестве. Переодеваемся все вместе, пожрать спокойно не дадут, туалет на другом конце торгового центра. В вашем обязательно встретишь того мужика с остановки. Ты же тоже его видел, да? Узнаешь по характерному шуршанию целлофанового пакета в кабинке, – она хмыкнула и жутковато улыбнулась: – Добро пожаловать в отделение «Мучной вокзал».

Через пару лет эта станция метро перестанет быть конечной.

Откроют пару новых станций, закроют несколько автобусных маршрутов и навсегда остановят троллейбусы.

А пока мелодичный женский голос каждое утро мстительно объявлял измученным пассажирам, что пора валить из вагона. Женщина была вежливая: мол, уважаемые… не будете ли вы так любезны… поезд дальше не идет… берите свое шмотье… и выметайтесь.

Рваные остатки толпы нехотя вываливались из вагонов, как слежавшаяся вата из старого плюшевого медведя.

Начиналось лето, и вагоны становились душными. Примерно как люди, наполнявшие их.

– Уступите место, у меня ребенок! – заявила дамочка, севшая на Динамо.

Инвалиды, пожилые люди и беременные женщины, занимавшие абсолютно все сиденья в вагоне, подняли головы от читалок и посмотрели на нее как на говно.

– А где ребенок-то? – осмелился спросить интеллигентного вида мужчина, на всякий случай прикрываясь потертым портфелем. Он, как и я, с самой Театральной наблюдал, как мощного вида тетка, стоявшая между нами, уничтожает разноцветные шарики на экране своего телефона.

– Дома, разумеется, – свысока сообщила дамочка. – В метро сплошная зараза.

– Уступите место, у меня два кота, – хихикнула какая-то девица. Она висела на перекладине, стоя на одной ноге, а из рюкзака ее выглядывал настоящий кот. Кот, судя по выражению морды, ненавидел окружающих так же сильно, как наша уборщица.

– Уступите место, у меня свадьба в субботу.

– Уступите место, у меня восемь тысяч MMR в «Доте».

– Что?

– Что? – Лохматый парень в кедах повертел башкой по сторонам. – Восемь родненьких тыщ! Подписывайтесь на мой youtube-канал, ставьте палец вверх, ссылка в описании, стримы каждый день.

Народ засуетился. Особенно инвалиды и беременные. Может, подумали, что MMR – это что-то вроде пенсии. Восемь тыщ на дороге не валяются.

«Станция Мучной вокзал, конечная!» – бодро заявил голос.

– Ну, приехали, – со вздохом хлопнул себя по коленям старик с бородкой. – Не знаете, где тут отделение ОбМАн-Банка? – уточнил он, когда нас выбросило на платформу людской волной.

– Не-а, не знаю, – с чистой совестью соврал я, подавив желание спросить, какого черта он ехал на другой конец города, когда наших отделений по всему городу как Макдональдсов. Когда смотришь на карту, кажется, будто у нее ветрянка.

Ася сказала, что клиентов надо отпугивать еще до того, как те приперлись. Иначе они непременно осядут в очереди и испортят нам статистику.

– Да вы что! Это же самый известный в мире банк! – воскликнул старик и засеменил к выходу.