Дендроиды
Шрифт:
Корабль появился внезапно: сразу же за неприметным холмом. Мы залегли и внимательно все осмотрели. Посреди каменной площадки с разбегающимися во все стороны дорогами лежало на брюхе плоское, линзообразное, слегка светящееся тело, с квадратными иллюминаторами по бокам. Возле корабля стояли двое, одетые так же, как и мы, и яростно о чем-то спорили — это было видно по интенсивной жестикуляции и сердитым лицам.
Я сосредоточился, взглянул любимой в глаза, наши души нежно и ласково соприкоснулись, объединившись, и мы начали действовать. Взявшись за руки и слившись духовно в единое целое, легко ускорив наше местное время, вприпрыжку, словно нас несла невидимая чудесная сила, мы сбежали с холма и пошли к кораблю. Воссоединившись, мы испытали блаженство, а мир для нас расцвел изумительными
— Смотри, любимая, мы упустили небольшую деталь, — я мысленно коснулся ее.
— Да, милый, я заметила, у них кожа осеннего цвета. Но мы тоже можем попробовать стать такими…
— Да, пожалуй, это нам необходимо. Давай ускорим наше поверхностное время и изменим кожную пигментацию.
Мы встали рядом с этими застывшими фигурами и замкнули руки. Наши глаза встретились. Любовь переполняла их. Она брызнула наружу, и обнаженные участки нашей кожи расцвели осенним цветом по юно-зеленому фону. Эти солнечные зайчики стати расширяться, соединяться и с легким, радостно-щекотливым чувством разливаться по всему телу. Мгновение — и мы стали неотличимы от Людей С Корабля. Мы пошли дальше, разомкнув кольцо связи. И вдруг, едва шагнув, я почувствовал, как что-то неприятное, цепкое, жгучее, болезненное упало в мой мозг и затенило разум, расползаясь внутри, как раковая опухоль. Я сразу определил источник — взрыв гнева в душе одного из людей, мимо которых мы только что прошли. Этот всплеск был так силен, что брызги долетели и до меня. Голова наполнилась тяжестью. Свободной рукой, раскрытой ладонью, не касаясь лба, я медленно провел вдоль лица, заодно поправляя волосы, до самого затылка, мысленно следя за излучением руки и как бы стирая, сбрасывая на землю эту грязь с моей головы. Еще, еще и еще раз я собирал это в кулак и сбрасывал стряхиванием руки вниз до тех пор, пока мне не стало легче. Последние пылинки чужого гнева сняла с меня заволновавшаяся поначалу моя дорогая половинка, и совсем скоро мы уже входили в открытый люк.
Мы поднялись по ступенькам, прошли через три открытые двери и попали в рубку. Там стояли два высоких кожаных кресла, в одном из которых, спиной к нам, сидел человек с солидной лысиной, в его руке дымилась сигарета. Он смотрел на полукруглую прозрачную стену-экран, за которой застыли спорщики. Мы расцепили руки. Дымок ожил, и мы услышали голоса:
— Тьфу ты, пропасть! Будь ты проклят! Чтоб тебя разорвало!.. Да забирай что хочешь, только отстань от меня! Все равно ты там ни черта не найдешь: это бесполезная трата времени. Планета пуста и безжизненна, как скорлупа грецкого ореха. Последнее дерево было уничтожено сорок лет назад, еще экспедицией Черного Принца, а ты на что-то надеешься…
«Сердитый» сплюнул и пошел к кораблю. Его собеседник
— Скорпи, дай ему «Шип», пусть катится к черту, и бес ему в ребро!
— Есть, капитан! — браво ответил «лысый» вошедшему человеку, и нажал пару разноцветных кнопок на откидывающейся панели кресла.
— Где Диск?
— Он только что вышел из лаборатории через грузовой отсек — пошел маяк устанавливать, где-то в паре километров отсюда.
— Нурис, слышь…
— Чего тебе, Скорпи? Открывай шахту, а то как бы Командор не передумал, тогда мы лишимся пожизненного состояния звенящих монет и пятнадцати лет дополнительной жизни!
— Я о том и говорю. Бери «Шип» — он там крайний — и дуй побыстрей, скоро возвращаться.
Мы, доселе притихшие, притаившиеся в нише за дверью, переглянулись. «Милый, нам пора», — она нежно коснулась моей ладони… Мы выбежали наружу. Корабль изменился. На его корпусе образовался прилив, который исторг из себя малое подобие корабля. Космонавт подошел к нему и беспрепятственно, словно в облаке тумана, скрылся внутри. Мы незаметно нырнули следом.
— Эй, эй, Hyp, что-то там не так!
— Ты чего, Скорпи, привидение, что ли, увидел, мычишь?
— У меня сенсоры вышкаливают. Посмотри, может, сам призрака увидишь.
— А мы его почикаем… — Нурис обернулся, и его глаза вылезли из орбит.
Мы стояли на небольшом вытянутом диске позади, стены и оборудование постепенно растаяли, и теперь нас окружали небо и камни.
«Не волнуйтесь, — начал я. — Мы не хотели вас пугать и не причиним вам зла, мы не сможем сотворить зло, но мы просим вас: улетайте отсюда и больше никогда не возвращайтесь. Здесь были Любовь, Мир, Доброта и Радость. Пришельцы, такие же, как вы, уничтожили ВСЕ. Мы были неопытны в борьбе со злом и… проиграли. Теперь настало наше время — время возвращения, и мы просим покинуть нас…»
— Что-о-о!!! — Лицо Командора побагровело от гнева. — Да как вы смеете диктовать нам условия, вы — разукрашенные ничтожества! Да кто вы, в конце концов, такие?! — Почему он сказал «разукрашенные», он и сам не знал, но пыл недавнего спора еще не остыл в нем.
Я почувствовал сложность положения и вдруг меня осенило. Переглянулся с возлюбленной. Она поняла меня. Кивнула в согласии. Капитан все еще распалялся, и к нему уже присоединялись и остальные, когда я мысленно отчетливо произнес: «Мы поведем вас в Долину Юности и покажем Рощу Зеленых Людей…» Меня коснулся импульс беспокойства за судьбу детей. Я положил руку на плечо любимой, успокаивая.
— Золото плывет к нам в руки само! — они были радостно возбуждены.
Некоторое время они обсуждали ситуацию, затем хотели задать кучу вопросов, но я предвосхитил их и «произнес»: «Мысли не нуждаются в переводе и физическом воспроизведении. Мысли — это оттенки чувств, их надо понять, почувствовать, хотя для вашего удобства мы можем говорить словами: это просто — снять словесный отпечаток ваших мыслей, но говорить словами слишком примитивно, они слабо отражают чувства…» Они снова заспорили.
…Мы влетели в долину. Это была наша долина — тридцать шесть стройных организмов, в полной красе зеленой одежды. Они развивались чрезвычайно быстро, юноши и девушки, еще не познавшие счастья взаимной любви.
— О, дьявол! Вот это да! — услышали мы их восхищенные голоса. — Это же миллиарды, это безумная жизнь!
«Милый, мне жалко их, они умрут…» — она уткнулась мне в плечо.
«Не волнуйся, родная, они обретут новую жизнь — жизнь добра и взаимопонимания, они освободятся от Зла, от алчности и корыстолюбия, они обретут свободу».
«Но это тоже насилие над личностью, обман?!»
«Нет, мы никого принуждать не будем. Мы откроем им свой мир, освободим их от Зла и дадим им пожить этой жизнью. Да будет так!»
Последние слова наполнили меня уверенностью — подтверждением правильности моих мыслей. Приятная дрожь волнами поднималась от моих ног и разливалась по всему телу вплоть до кончиков волос, немного приподнимая их. Волны накатили и схлынули.
Тут мы увидели, как в воздухе возник базовый корабль и приземлился возле ближайшего дерева. Это была расцветающая девушка с зеленой пышной кроной. Все выскочили наружу.