Чтение онлайн

— Нет, — сказал Боб, глядя на свой телекомп, стоящий на поручне.

— Но это правда, — сказал Чип. — Ты уверен, как никогда раньше, что я болен, верно? Возлюби меня, Братство, это не так. Есть и другие, как я. Их тысячи, быть может, миллионы. По всему миру раскиданы острова. Возможно, есть города и на материке. — Они обошли еще один барьер и встали на следующий эскалатор. — Там живут люди в условиях настоящей свободы. Здесь, в моем кармане, есть список таких островов. Их нет на карте, потому что Уни не желает, чтобы мы о них знали, потому что они могут

обороняться от захвата их Братством, потому что их жители не соглашаются на принудительные процедуры. А теперь-скажи: ты хочешь мне помочь, а? Помочь по-настоящему?

Они ступили на следующий эскалатор. Боб смотрел на него сокрушенным взглядом.

— Слава Христу и Вэню! — сказал он. — Разве ты можешь в этом сомневаться, брат?

— Тогда все в порядке, — сказал Чип. — Теперь слушай, что мне надо: когда войдешь в процедурную, передай Уни, что со мной все хорошо, что я заснул в гостиной — так, как я рассказал. Не сообщай о том, что я не отмечался на сканерах и что придумал себе зубную боль. Позволь получить такую дозу, какую я получил бы вчера, идет?

— И это будет моя помощь тебе? — спросил Боб.

— Да, это будет твоя помощь, — сказал Чип. — Я знаю, что ты придерживаешься другого мнения, но я прошу тебя об этом как брата и друга, прошу уважать то, что я делаю и чувствую. Я как-нибудь доберусь до одного из этих островов — Братству от этого не будет ни малейшего ущерба. Все, что Братство дало мне, я возместил проделанной мною работой, и, во-первых, я его ни о чем не просил, а, во-вторых, у меня не было иного выбора, кроме как принять то, что оно мне предоставляло.

Они перешли на следующий эскалатор.

— Хорошо, — сказал Боб, пока эскалатор спускал их на следующий этаж. — Я выслушал тебя, Ли, теперь ты послушай меня. — Его рука сжала локоть Чипа. — Ты очень и очень болен, — продолжал он, — и вина за это лежит целиком на мне. Я просто в отчаянье. Не существует островов, которых нет на картах, и процедуры нас не оболванивают. А если бы у нас была «свобода», о которой ты говорил, то наступил бы хаос и перенаселение, началась бы нужда, возникли бы преступность и войны. Да, я намерен тебе помочь, брат мой. Я все расскажу Уни, и тебя будут лечить, и ты будешь мне благодарен.

Они обошли еще один барьер и снова встали на эскалатор. «Третий этаж — Медцентр» — гласил указатель внизу у выхода с эскалатора. Номер в балахоне с красным крестом, ехавший снизу, улыбнулся им и сказал:

— Доброе утро, Боб.

Боб кивнул ему. Чип сказал:

— Я не желаю, чтобы меня лечили.

— Это как раз доказывает, что тебе нужна процедура, — сказал Боб. — Расслабься и доверься мне, Ли. Впрочем, зачем, ладо-гадо, ты должен доверяться мне? Доверься Уни — ты согласен на это? Доверься тем, кто создавал программу для Уни.

Подумав, Чип сказал:

— Идет! Доверяюсь!

— Я отвратительно себя чувствую, — сказал Боб.

Чип внезапно повернулся к нему и сбросил с себя его руку. Боб посмотрел на него испуганно, а Чип двумя руками толкнул его в спину, повернулся и схватился за поручень. Послышался

грохот потерявшего равновесие Боба и его телекомпа о ступени. Чип рывком выскочил на перегородку между эскалаторами и, цепляясь за металлические детали облицовки, переполз в сторону, схватился за поручень эскалатора, идущего вверх, свалился на его ступени и быстро встал на ноги.

— Держите его! — крикнул снизу Боб, перебежал на восходящий эскалатор и бросился вверх, перескакивая через две ступеньки. Номер в балахоне с красным крестом, сходя с эскалатора, обернулся.

— Что вы… — Чип взял его за плечи — пожилого номера, вылупившего на него глаза — и оттолкнул в сторону.

Чип уже бежал по холлу. Кто-то крикнул:

— Остановите его!

— Задержите того номера! Он болен! — неслись вдогонку крики других номеров.

Впереди был зал столовой, номеры в очереди оглядывались посмотреть, из-за чего шум. Чип бежал к ним с вытянутой рукой и кричал:

— Держите его! — Он бежал мимо очереди. — Больной номер — вон там! — прокричал он, оттолкнув от двери стоявших там и пробежав мимо сканера, — Вон он, ему надо помочь! Скорей!

В столовой он огляделся и побежал к двери отделения раздачи. Притормозив, он перешел на быстрый шаг, стараясь подавить одышку, миновал номеров, бравших унипеки с вертикальных стеллажей, номеров засыпавших чайный порошок в стальные барабаны. На пути попалась тележка, нагруженная коробками с надписью «Салфетки»; он схватил ее за ручку, развернул и покатил перед собой мимо двух жующих номеров и еще двоих, собиравших унипеки из поломанной коробки.

Впереди была дверь с надписью «Выход», ведшая на одну из боковых лестничных клеток. Он подтолкнул к ней тележку, слыша возбужденные голоса позади. Уперев тележку в дверь, он открыл ее и вышел на площадку, закрыл дверь и развернул тележку ручкой назад, к двери. Спустился на две ступеньки и, подтянув к себе тележку, загнал ее намертво между дверью и стойкой перил; одно колесо повисло в воздухе и крутилось.

Чип бегом бросился вниз.

Ему необходимо было как можно скорее выбраться из дома, вырваться на свободу тротуаров и площадей. Он пойдет в музей — музей еще не открыт — и спрячется в кладовой или за баком с горячей водой и отсидится там до завтрашнего вечера, когда соберутся Маттиола и остальные. Эх, надо было прихватить с собой несколько унипеков. Почему он об этом не подумал? Ладо-гадо!

На первом этаже он вышел с лестничной клетки в холл, кивнул приближавшейся женщине-номеру. Она взглянула на его ноги и встревоженно закусила губу. Он тоже глянул вниз и остановился. Его балахон был порван, из поцарапанного правого колена сочилась кровь.

— Могу ли я вам помочь? — спросила она.

— Я как раз иду в медцентр, — успокоил он ее. — Благодарю, сестра. Чип двинулся дальше. Ему ничего не оставалось, как рискнуть. Если он выйдет из здания, то как-нибудь сделает себе перевязку и приведет в мало-мальский порядок балахон. Теперь, когда он узнал о повреждении колена, он почувствовал в нем боль. Чип прибавил шагу.