Чтение онлайн

– Все это чушь, - зло бросил Матвей Осипов, бывший боец ОМОНа, бросив под ноги раструбы реактивных огнеметов и возясь теперь со своим АКС-74, под цевье которого был прикреплен подствольный гранатомет ГП-25.
– На их вертушках инфракрасные приборы наблюдения, они горящую спичку за километр могут обнаружить!
– Партизан словно нарочно пытался разрушить надежды Бурцева, в груди которого все застывало при мысли, что в любой миг на их ненадежное укрытие с небес обрушится поток огня.
– Мы как на ладони!

По земле, по напряженным лицам людей, обращенным к небу, скользнула нечеткая тень. Она появилась и пропала, и спустя несколько секунд треск лопастей начал затихать,

отдаляясь куда-то, чтобы затем вовсе сойти на нет. Винтокрылая машина - самый ненавистный враг любого диверсанта, если не считать идущего по следу пса, с чутьем которого не сравнятся никакие приборы. Вертолет, летевший на малой высоте, с приличной скоростью промчался над лесом, исчезнув за горизонтом. Все пятеро разом, как один, облегченно выдохнули - судьба все-таки подарила им шанс исполнить задуманное.

– Убрался, кажется, - еще с некоторой неуверенностью почти прошептал Бурцев, позволив себе чуточку расслабиться.
– Улетел!

– Суки, - глухо прорычал Осипов, уставившись куда-то в небо, а затем, переведя взгляд на Бурцева, с горечью произнес: - На своей земле от этих выродков прячемся! Какой позор!

Олег ничего не ответил - в этом не было нужды. Их страна проиграла войну, вернее, кажется, лидеры и не пытались ее выиграть, вообще не пытались сопротивляться. Враг победил, и теперь ему принадлежал этот лес, земля, что горела под ногами пяти отчаянных храбрецов, небо над головами безумцев - врагу отныне принадлежало все. Но сами они, эти пятеро - и не только - простые люди, много отдавшие свой стране, в отличие от тех, кто был облечен высшей властью, не были готовы признать поражение.

– Вперед, мужики, - приказал Алексей Басов, голос которого предательски дрогнул - никто не мог оставаться спокойным, встретившись с противником, вольно парящим над землей, вне досягаемости их огня.
– Осталось всего ничего! Мы почти на месте! Пошли!

Они сорвались с места, перестав чувствовать усталость. У партизан, преодолевших не один десяток верст, словно открылось второе дыхание. Всего пятнадцать минут - и группа выбралась из зарослей, оказавшись на свежей просеке. Совсем недавно здесь кипела работа, было полно людей, валивших лес, расчищая путь для трубопровода, ведущего из сердца сибирской тайги к водам Баренцева моря. Теперь они ушли, сделав свое дело и оставив на память шрамы-следы тяжелой техники на земле, помнившей, наверное, еще мамонтов. Всюду торчали высокие, в половину человеческого роста, пни, а поодаль, в смятых наполовину зарослях низкого кустарника, желтела громада трактора "Комацу" - вышедшую из строя гусеничную машину просто бросили здесь, не тратя силы на эвакуацию и не размениваясь по мелочам.

Все выглядело на удивление буднично. От горизонта до горизонта протянулась покрытая теплоизоляционным кожухом труба полутораметрового диаметра. Не было ничего, что могло бы подтвердить исключительную важность этого объекта - ни ограждения из колючей проволоки, ни систем наблюдения, вроде лазерных датчиков движения. Но эта пустота могла оказаться обманчивой.

– Вот она!
– выдохнул командир группы, увидев вожделенную цель, конечную точку маршрута, протянувшегося по лесам и болотам на много десятков верст.

Алексей Басов с ненавистью смотрел на черное тело трубопровода, извивающееся по земле, словно исполинская змея, вонзившая ядовитые зубы в плоть его родной страны. Ради того, чтобы протянуть эту трубу, тысячи людей выбивались из сил, валя вековые деревья, расчищая просеку, крепя опоры. И еще тысячи раньше принесли свои жизни в жертву тому, чтобы эта труба вообще могла появиться. Враг возлагал огромные надежды на нее, не останавливая стройку ни на минуту,

вкладывая колоссальные средства, бросая все возможное ресурсы. Совсем скоро отряд партизан заставит противника задуматься - а стоит ли результат затраченных усилий.

– Всем внимание, - приказал Басов, выпрямившись в полный рост и обводя взглядом окрестности.
– Оружие к бою! Бурцев, Осипов - прикрываете подходы со стороны леса. Бердыев, готовь ракету!

Олег и Матвей, развернулись лицом к лесу, готовые точными очередями встретить неожиданно появившегося врага. А тем временем Азамат Бердыев, отступив в сторону, вскинул на плечо покрытый зеленой краской раструб переносного зенитно-ракетного комплекса.

– Игорь, действуй!

Услышав свое имя, пятый член группы, Игорь Марченко, когда-то, будто в прошлой жизни, носивший звание капитана, вздрогнул, принимая стойку смирно, и тотчас рысью бросился к цели, похожей на жирного черного червяка трубе. Партизан, сопровождаемый взглядами товарищей, бежал, петляя меж пней и на бегу стаскивая со спины ранец, намного более тяжелый, чем у остальных бойцов. Там были уложены вплотную брикеты пластида с радиодетонаторами, а в кармашке разгрузочного жилета мастера-подрывника лежал пульт управления, предельно простое и безотказное устройство, тем более, сейчас, когда никто и не пытался глушить радиоимпульсы.

– Смотреть в оба, - приказал Басов, припав на колено и взяв наизготовку свой АК-74М, утяжеленный подствольным гранатометом.
– Не расслабляться! Они могут появиться здесь в любую секунду!

Не было нужды говорить, кто именно - "они". Транзитный нефтепровод, строительство которого велось всего пару месяцев, продвигаясь с невиданными темпами, уже почти дотянулся до Мурманска, где, наверное, уже в нетерпении ждали на рейде супертанкеры под звездно-полосатым флагом. Русская нефть была нужна многим, особенно нуждались в ней по другую сторону Атлантики - сейчас, когда Ближний Восток мог вспыхнуть в любую секунду, когда в зоне Карибского бассейна не прекращались вылазки повстанцев разного толка и наркоторговцев. Именно поэтому одновременно с трубопроводом началось строительство нефтяного терминала на побережье Кольского полуострова. Он был важен, и его охраняли со всей серьезностью, а полковник Басов всегда, и на учениях, и в той короткой, жестокой войне, войне необъявленной, и теперь, предпочитал переоценивать противника, нежели недооценивать его.

– Давай, давай, - цедя слова сквозь зубы, приговаривал Басов, тиская рукоятку автомата и чувствуя, как ладонь становится скользкой от пота.
– Давай, парень!

А Марченко, не нуждаясь в понуканиях, уже прилепил на поверхность трубы, на ажурные фермы невысоких опор, поддерживавших эту трубу примерно в метре над землей, несколько брикетов взрывчатки, заминировав не меньше сотни метров нефтепровода и не собираясь останавливаться на достигнутом. Не жалуясь, двигаясь наравне со всеми, капитан тащил четыре килограмма мощной взрывчатки и детонаторы - этого хватило бы, чтобы сровнять с землей приличное каменное здание, а не то что разрушить какую-то паршивую трубу, но Игорь Марченко предпочитал подстраховаться.

– Время, - напомнил Басов, поднимаясь с колен и не опуская оружие.
– Отходим! Игорь, заканчивай!

– Готово, командир!

Марченко, забрасывая за спину изрядно полегчавший ранец, уже бежал обратно, оставив после себя немало смертельных "подарков". Дело было почти сделано, оставалась лишь одна мелочь, ради которой группа и преодолела несколько десятков километров по полному опасности лесу.

– Чего ждем?
– Басов взглянул на подрывника, который, кажется, торопился больше всех прочих: - Давай!