Чтение онлайн

Вернуть любым способом. Если понадобится, поднять весь Московский военный округ. Привлечь дополнительные войска. Доложить Президенту. — В кабинете наступила тишина.

— Это правильно, — сказал директор ФСБ. — Президент должен знать обо всем, что происходит.

— Он еще отдыхает, — возразил министр внутренних дел.

— Тогда нужно найти премьер-министра, — настаивал директор ФСБ, — и мэра Москвы.

Мы обязаны сообщить им в первую очередь.

Министр обороны понял, что не имеет права даже обсуждать эту ситуацию. Он просто обязан звонить. И первым

долгом — самому Президенту. Это был самый трудный звонок в его жизни. Трубку поднял помощник. Президент тоже отдыхал в этот воскресный день на даче. Но к этому часу он уже проснулся.

И почти сразу взял трубку.

— Что там у вас? — недовольно спросил Президент.

— У нас неприятности, — сумел выдавить военный министр.

— Что? — не понял Президент. — Какие неприятности?

— Сегодня утром совершено нападение на нашу воинскую колонну, перевозившую контейнер с биологическим оружием. Есть убитые среди наших солдат и офицеров. Террористы потеряли трех человек.

— В Москве уже нападают, — разозлился Президент, — а вы куда смотрите?

— Мы сейчас ищем террористов, — торопливо сказал генерал, — но они похитили контейнер и теперь выдвигают нам условия.

— Какой контейнер? Какие условия?

— Они хотят полмиллиарда долларов. Из которых триста миллионов деньгами, а остальные драгоценными камнями. Если мы не выполним их условия, они грозятся открыть капсулы в Москве.

— Это опасно?

— Да. Наши ученые говорят, что могут погибнуть несколько миллионов человек.

Президент молчал. Министр обороны чувствовал на себе взгляды присутствующих.

— Министр внутренних дел и директор ФСБ уже находятся здесь, — торопливо сказал министр обороны, словно это могло как-то оправдать его людей.

— Ясно, — строго сказал Президент, — а найти и забрать у них контейнер вы никак не можете?

— Мы ведем расследование.

Президент снова помолчал. Потом наконец сказал:

— Нужно сообщить городским властям и милиции.

— Милиция уже в курсе, — напомнил его собеседник.

— Кто ведет переговоры с террористами?

— Мы составили оперативную группу под руководством начальника Генерального штаба, — доложил министр обороны, — в нее входят руководители наших подразделений. ФСБ и МВД ведут расследование по своей линии. — Про погибший вертолет спецназа он, конечно, не стал говорить.

— Столько людей, а террористы у вас из-под носа увозят контейнер, — раздраженно сказал Президент, — ну раз вы там трое собрались без меня, то и решайте все вопросы. Только докладывайте мне все время. Террористов нужно арестовать, а контейнер доставить на место.

— Понимаю, — вздохнул министр обороны.

— В час дня жду вас с докладом у меня, — приказал Президент, — приезжайте все трое.

У вас еще есть два часа. Надеюсь, вы сумеете использовать это время.

Он бросил трубку. Именно бросил, а не положил. Министр обороны посмотрел на Лодынина.

— Вы еще не нашли своего полковника?

В воскресные дни он любил поспать больше обычного. Он вообще любил сон как некое зыбкое состояние равновесия его беспрерывно работающего мозга. Но и во сне не было того покоя, о котором он мечтал. Ежедневные сны, часто причудливые и запутанные, цветные и многосюжетные, не давали того нормального полноценного отдыха, к которому он стремился. Может, дело было в его плохой носоглотке, из-за которой он храпел по ночам, пугая людей, случайно оказавшихся с ним рядом.

Но вот уже много лет он чаще всего спал один. Даже женщины, с которыми он иногда встречался и которые ему нравились, не могли похвастаться тем, что слышали его храп. С красивой женщиной он предпочитал «бодрствовать» до утра, а уже затем, приняв душ, отправляться к себе домой. Либо под благовидным предлогом выпроваживать женщину. Он не любил спать в присутствии кого-либо постороннего. Может, это осталось еще с тех времен, когда много лет назад он заснул и оставшаяся с ним женщина едва не похитила его документы, оказавшись своеобразной «подставкой». Может, из-за этого он и видел постоянные тревожные сны, обрывающиеся в неподходящие моменты, и ворочался на постели, откликаясь на любой малослышимый шум за окном. Правда, с женщинами он давно уже не встречался. Сказывался возраст. Ему было уже шестьдесят пять лет.

И он с удивлением, смешанным с каким-то болезненным любопытством, замечал, что его уже не столь волнуют полные ножки молодых и не очень молодых женщин. Это было особенно обидно, так как его отец дарил цветы женщинам, когда ему было восемьдесят, а дед умер в девяносто четыре и, по слухам, до последнего дня был настоящим донжуаном.

Но в воскресенье он любил поспать больше обычного и теперь лежал на постели, с неприятным возмущением слушая сквозь сон уже одиннадцатый звонок назойливого телефона.

После того, как он вышел на пенсию, так рано обычно никто не звонил. Сыновья знали, что он любит выспаться, и не тревожили его по утрам. А жена только вчера уехала к одному из сыновей на дачу и, по всем расчетам, не должна была звонить так рано. Когда он понял, что телефон не замолчит, он наконец решил подняться и подойти к телефону.

— Да, — сказал он очень недовольным голосом, чтобы его собеседник понял, как именно он недоволен.

— Добрый день, — торопливо сказал кто-то очень нервный на другом конце провода. — Это квартира Тенгиза Абуладзе? — И вздохнул.

— Молодой человек, — сказал он укоризненно, — неужели вы позвонили только для того, чтобы узнать, куда именно вы звоните?

— Это квартира полковника Абуладзе? — повторил нетерпеливый голос.

Он понял, что именно их интересует.

— Бывший полковник, — уточнил он. — Кто со мной говорит?

— Я звоню по поручению генерала Лодынина, — торопливо сказал незнакомец, — мы хотели бы с вами встретиться.

— Это я уже догадался. Только в моем бывшем ведомстве знали мой телефон. Что произошло?