Чтение онлайн

— Вам приходилось слышать слово «семтекс», мистер Аддисон?

— Да, это взрывчатка.

— Циклотриметилен, тетранитрат пентаэритритола и пластификатор. При взрыве оставляет заметные следы нитрата и частицы пластификатора. Разрывает металл на мелкие кусочки. Именно он и взорвался в автобусе, который ехал в Ассизи. Взрывотехники установили это лишь сегодня утром, а ближе к вечеру мы объявим об этом публично.

Гарри понимал, что Пио сообщал закрытую информацию и это имело некоторое отношение к его обещанию. Однако это никак (ну, почти никак) не

объясняло причин, по которым полиция обвинила в убийстве кардинала именно Дэнни. Пожалуй, Пио сейчас продолжал дело, которое начал в полиции Роскани, давая собеседнику ровно столько информации, сколько необходимо для того, чтобы вводить в допрос новые направления.

— Вы установили, что взорвалось в автобусе. А кто это сделал, вам известно?

— Нет.

— И вы считаете, что цель преступления состояла в том, чтобы убить моего брата?

— Мы этого не знаем. Пока нам известно наверняка лишь то, что у нас на руках два вроде бы не связанных между собой дела. Убийство кардинала и взрыв междугороднего автобуса.

Подошел пожилой официант азиатской наружности. На Гарри он взглянул лишь мельком, а с Пио обменялся несколькими любезными фразами по-итальянски. Пио без колебаний заказал на двоих, официант коротко поклонился, сложив ладони перед грудью, и удалился. Пио вновь повернулся к Гарри.

— Круг ближайших советников Папы составляют, вернее, составляли пять высших прелатов Ватикана. Кардинал Парма был одним из них. В их число входит и кардинал Марчиано…

Пио налил себе минеральной воды и испытующе взглянул на Гарри, ожидая реакции, которой, впрочем, не последовало.

— Вам известно, что ваш брат был личным секретарем кардинала Марчиано?

— Нет…

— На этой должности он имел прямой доступ к самым потаенным секретам Святого престола. В частности, к полному расписанию поездок Папы. Со всеми подробностями — куда, когда, на какое время. Кого он примет. Через какие двери будет входить в какое-нибудь здание, а через какие выходить. Кто будет осуществлять охрану — только швейцарская гвардия, или полиция, или они вместе. Отец Дэниел никогда не рассказывал вам об этом?

— Я же говорил вам, что мы с ним не были близки.

Пио взглянул Гарри в лицо.

— Почему?

Гарри промолчал.

— Вы восемь лет не разговаривали с родным братом. Что же послужило причиной?

— Не вижу смысла вдаваться в это.

— По-моему, вполне естественный вопрос.

— Я уже все вам сказал. Такие вещи попросту случаются иногда. Старая история. В каждой семье свои странности. Это неинтересно. И вряд ли имеет какую-то связь с убийством.

Несколько секунд Пио молчал, затем поднял стакан и сделал небольшой глоток минеральной воды.

— Мистер Аддисон, вы впервые в Риме?

— Да.

— И почему вы приехали именно сейчас?

— Я приехал, чтобы увезти домой тело брата. И никакой другой причины у меня не было. Как я уже говорил…

Гарри чувствовал, что Пио начал давить на него почти так же, как это недавно делал Роскани, несомненно рассчитывая наткнуться на что-то

определенное: поймать допрашиваемого на противоречии, бегающем взгляде, колебании. На чем угодно — это дало бы ему основание считать, что Гарри что-то скрывает или попросту лжет.

— Ispettore capo!

Подошел улыбающийся официант. Непрерывно болтая по-итальянски, он освободил на столе место и поставил перед посетителями четыре тарелки, над которыми курился парок.

Гарри выждал, пока он отойдет, и лишь тогда вновь продолжил, в упор глядя на Пио:

— Я говорю вам правду. И все время говорил. Почему бы и вам не сдержать свое обещание и не рассказать мне о том, что вам известно? Прежде всего о том, почему вы так уверены в причастности моего брата к убийству кардинала.

От блюд исходил соблазнительный аромат. Пио жестом предложил Гарри приступить к еде, но тот отрицательно мотнул головой.

— Ладно. — Пио вынул из кармана сложенный лист бумаги и протянул его Гарри. — Это обнаружили мадридские полицейские, когда обыскивали квартиру Валера. Посмотрите.

Гарри развернул листок. Это оказалась увеличенная ксерокопия, по всей вероятности, листка из записной книжки. Слева колонкой были записаны по-испански имена и адреса, а справа шли телефоны. По большей части, похоже, мадридские. А в самом низу значился телефонный номер, сопровождавшийся слева только буквой «R».

Совершенная бессмыслица, подумал Гарри. Испанские имена, мадридские телефоны. Какое отношение это может иметь к чему бы то ни было? Остается разве что допустить, что «R» — это «Рим»… Ну и что из того? Все равно неизвестно, чей это номер… И тут до него дошло.

— Господи… — пробормотал он сквозь зубы и снова уставился на листок.

Номер, подписанный буквой «R», был тем самым, который Дэнни назвал, оставляя свою запись на его автоответчике. Гарри резко вскинул голову. Пио пристально рассматривал его.

— Дело не ограничивается телефонным номером, мистер Аддисон, — сказал Пио. — Были еще и звонки. — За три недели, предшествовавшие убийству, Валера больше десяти раз звонил со своего сотового телефона на квартиру вашего брата. Чем ближе к преступлению, тем чаще становились звонки и в то же время короче, как будто он получал дополнительные инструкции. Насколько мы можем судить, за все время пребывания Валера в Риме он не звонил больше никому.

— Говорить по телефону еще не значит быть убийцей! — скептически заметил Гарри.

Неужели они обвиняли Дэнни на основе этой единственной улики? И больше у них ничего не было?

Недавно подошедшая пара уставилась на них. Пио выждал, пока они отвернутся, и лишь после этого продолжил, понизив голос:

— Вы ведь слышали, что в комнате был еще один человек, верно? И мы уверены, что именно этот второй, а вовсе не Валера убил кардинала Парму. Валера был коммунистическим агитатором, но нам так и не удалось установить, что он когда-либо занимался стрельбой. А ваш брат, напомню вам, был отличным стрелком, чемпионом, да к тому же прошел армейскую подготовку.