День грифов
Шрифт:
— Ну а теперь скажите, что нам делать после всего того, что вы мне рассказали?
— Могу только гарантировать, что предстоящий день в Балтиморе будет длинным и трудным, — вздохнул Болан. — Его называют «пятницей мести», или днем грифов. Так что чего-то подобного и следует ожидать.
Глава 3
Часовой стоял так близко, что до него можно было дотронуться рукой. Он чуть слышно мурлыкал себе под нос какую-то песенку и, казалось, о чем-то мечтал. Его винтовка
Часовой был совсем молодой парень, почти ребенок. А что мог знать мальчишка, выросший в городе, о тишине ночных постов и о том, как опасно мечтать, стоя на часах? Он, наверное, даже и не подозревал об этом. Двое других часовых, которые стояли дальше, должно быть, знали все, что им положено... А этот парень, он действительно был слишком юным, чтобы...
Болан задумчиво покрутил в руке нейлоновую удавку и решительно сунул ее в карман. Он вытащил сигарету, зажал ее в углу рта и, резко щелкнув зажигалкой, ткнул ее под нос мальчишки.
— Бах! Ты убит! — шепнул он ему на ухо.
Мальчишка чуть было не упал, когда попытался дотянуться до винтовки, и зашептал глухим голосом:
— Господи, как ты меня напугал!
— Не хнычь, малыш, ведь я мог тебя не только напугать! — грубо сказал Болан. — Стоя на посту, не надо мечтать и глядеть на звезды.
Мальчишке захотелось оправдаться:
— Да нет, мне послышался какой-то шум в той стороне, вот я туда и смотрел...
— Перестань болтать! — оборвал его Болан. — Ведь этого никто, кроме тебя и меня, не видел, правда?
— Да, — сказал юноша и облегченно вздохнул, потому что поведение незнакомца было почти дружеским.
Он никак не мог рассмотреть его лицо и продолжил:
— Если уж говорить честно, так я сам не знаю, что тут делаю. Ведь я действительно ничего не видел и не слышал за всю ночь.
Произнося это, он пытался рассмотреть Болана, и Мак решил доставить ему такое удовольствие: он протянул свою сигарету молодому человеку, а сам прикурил еще одну для себя, специально долго освещая свое лицо пламенем зажигалки. После этого он произнес:
— Но ведь тебя сюда поставили совсем не для того, чтобы ты думал?
— Да, мистер, я...
— Зови меня Фрэнки.
— Ладно. Спасибо за сигарету, мистер.
Мальчишка оказался довольно симпатичным. Во всяком случае, в этих обстоятельствах, потому что в других...
— Я же тебе сказал, что меня зовут Фрэнки.
Парнишка чувствовал себя словно не в своей тарелке:
— О'кей, Фрэнки.
— А как тебя зовут?
— Сонни.
— Похоже, что тебе не очень нравится твое имя?
— Конечно, мистер. Меня зовут Сонни с тех пор, как я родился на свет, а мне уже пора приобрести настоящее имя.
Болан сурово глянул на него.
— С этой минуты ты будешь
— Как-как, мистер?
— Ты хотел получить кличку? Теперь она у тебя есть.
— А почему «Землемер»?
— Потому что, когда я тебя увидел в первый раз, ты должен был мерить землю шагами, а не мечтать. Вот я и нашел тебе кличку, которая тебе подходит, и теперь ты будешь «Землемером».
На сопляка все это произвело огромное впечатление: получить имя в среде мафиози считалось таким же значительным событием, как обряд крещения у христиан. Неважно, что значило имя, важно было иметь его. Только капо могли дать кличку своему человеку, и хотя мальчишка был еще совсем зеленым, он знал это.
Часовой неуверенно пробормотал:
— Мне очень жаль, я не узнал вас... Столько народу сейчас здесь ходит... что я... я хочу сказать...
Болан знаком руки заставил его замолчать и сурово спросил:
— Сколько времени тебя не меняли?
— С двух часов ночи.
— Черт возьми, но уже утро! И тебя так никто и не сменил!
— Нет, мистер.
— Теперь мне ясно, почему ты едва не заснул! — прорычал Болан. — Кто твой босс?
— Марио, — с трудом выдавил из себя мальчишка.
— Марио Куба? — переспросил Болан, не сомневаясь в том, что попал в точку.
— Да, мистер.
— Ладно, немного пройдись и отдохни, — приказал Болан. — Но прежде найди Марио и скажи ему, что я хочу его видеть самое позднее через десять минут и ни секундой позже. Понятно?
Теперь парень вообще не знал, как ему вести себя.
— О'кей, мистер Фрэнки! — пробормотал он. — Я понял: через десять минут. Не беспокойтесь, я все сделаю.
Он взял свою винтовку и пошел к заднему входу в дом.
Болан двинулся в другую сторону: ему предстояло заняться последним часовым, который охранял противоположную сторону усадьбы. Остановившись в нескольких шагах от часового, Мак спокойно спросил:
— Как тебя зовут?
Голос взрослого мужчины ответил ему:
— Джимми Джени. А вы кто?
— Подонок Мак Болан!
— Неплохая шутка. Каким ветром его сюда занесло?
— Уже светает; ты не заметил ничего подозрительного? — спросил Болан.
— Скажешь тоже! — хмыкнул часовой. — За два часа я успел поиметь трех страстных блондинок, очаровательную китаяночку и упитанную итальянку. Ну а как у тебя дела?
Болан тихо рассмеялся, прежде чем ответить:
— Ну и способный же ты парень! Мечтай только с раскрытыми глазами, сам понимаешь почему.
— Понимаю... Ты не знаешь, куда делся Марио?
— Как раз хотел тебя об этом спросить. Когда ты его видел? Как только я его найду, он получит от меня пинка под зад. Сонни сказал мне, что его не меняли с двух часов!
Теперь и этот часовой растерялся не меньше мальчишки.
— Это не совсем верно, — пробормотал он. — Марио два или три раза обошел нас за эту ночь.