Чтение онлайн

На верхнюю площадку лестницы из коридора выскочил человек с автоматом и суматошно начал поливать свинцом стену напротив, словно хотел уничтожить только ему одному видимый призрак.

Болан пригнулся и, спрятавшись под лестницей, бросил наверх гранату. Не дожидаясь взрыва, он вбежал в рабочий кабинет Томми Сантелли.

На полу в луже крови с длинным ножом в груди лежал Марио Куба.

Его убили уже давно. Трупы Билли Гаранта и двух человек из охраны Ла Карпа лежали рядом с ним и уже успели окоченеть.

Да, как и предполагал Болан, грифы

начали с того, что стали выклевывать друг другу глаза.

Потайной ход в берлогу Сантелли был открыт, и на пороге стоял Кармен Редди. Он не увидел, а скорее почувствовал, как Болан вошел в комнату, и резко обернулся ему навстречу. Лицо Редди было разбито, плечи опустились, и интендант потерял весь свой великосветский лоск. Его прежде безукоризненный костюм представлял собой окровавленные лохмотья, на лбу красовалась большая рваная рана, а верхняя губа распухла и сочилась кровью. Судя по всему, борьба с Марио оказалась нелегкой, но даже звериная сила начальника охраны не устояла перед жестокостью в сочетании с хитростью.

Теперь в интенданте не осталось ни грамма жестокости, ни капли хитрости: его остекленевшие от ужаса глаза остановились на до зубов вооруженном человеке в черном комбинезоне.

Черный Туз Фрэнки бросил к его ногам значок снайпера. До смерти перепуганный Кармен открыл рот:

— А-а... а...

Больше он ничего не успел сказать. Очередь из М-16 прошила Редди наискосок от бедра до плеча. Отброшенный ударами пуль, он упал спиной к стене у края раздвижного панно и бессмысленным взглядом уставился на значок, лежавший у его ног.

— Итак, советник, чем я могу быть вам полезен? — любезно осведомился Черный Туз Фрэнки у Ларри «Торгаша», находившегося в комнате покойного Сантелли.

— Ах, черт возьми, это вы, Фрэнки!

— Вы ошибаетесь, я не Фрэнки, попробуйте угадать еще раз.

— Да, мы в курсе. Кто-то в Лодердейле...

Советник опустил голову, потому что не мог смотреть в глаза человеку, стоящему перед ним. Видимо, вид великана, увешанного оружием, привел его в панический ужас. Внезапно угловатым, механическим движением Ларри протянул Болану книги, которые держал в руках.

— Возьмите, — задыхаясь, пролепетал он. — Вот бухгалтерские книги.

— Вы мне их уже давали.

— Это мои личные.

— Вы полностью признаете себя виновным, советник?

— Думайте что хотите, в конце концов, это неважно... Как бы там ни было, это настоящие книги, и речь идет не о сорока, а о пятидесяти миллионах. Да, пятьдесят миллионов были погружены на судно!

— Если я правильно понимаю, то на этой махинации вы очень неслабо поднялись?

— Естественно, а разве вы поступили бы иначе?

Советник, казалось, начал приходить в себя — он стал говорить увереннее, и весь его прежний апломб начал постепенно возвращаться к нему.

— Будьте же благоразумны, — снова заговорил он. — Такие деньги! С ними мы можем купить весь мир, понимаете? Весь этот чертов мир.

— Кто это — мы?

— Вы и я, конечно.

Почему бы и нет? Ведь никто ничего не знает. Даже был бы жив Сантелли, и то он не смог бы нам помешать. Он вообще был законченным дебилом, неспособным разобраться в своем текущем банковском счете. Но теперь, Фрэнки, перед нами открываются грандиозные перспективы!

— Можете называть меня настоящим именем. Надеюсь, оно не обожжет вам губ. Выходит, жульничал не Сантелли?

Ларри «Торгаш» истерически рассмеялся:

— Томми никогда не смог бы никого обмануть! Он не был на это способен. Я же вам говорю, что он был совершенным придурком и непоколебимо верил в эту свою золотую яму во Флориде. Какой абсурд! Это просто смешно.

— И даже романтично, если угодно, — холодно подсказал ему Болан.

— Да, да, точно, до сумасшествия романтично. Господи, просто дыра в земле. Зачем она понадобилась ему? Подземные галереи никуда не вели. Какой уж тут романтизм! Просто этот парень поставил не на ту лошадь. Только одному придурку из тысячи нужны наркотики, а это слишком мало! Зато все без исключения, готовы на что угодно, лишь бы иметь горючее. И тот, кто может его предложить, имеет власть. Нефть — вот источник власти.

— Вы ошибаетесь, — невозмутимо возразил Болан.

— Нет, я не ошибаюсь, это...

— Эта мысль тоже очень романтична.

— Что?

— Мечта, вот источник власти. Мечта, вера, этика, советник.

— Чушь! Лучше взгляните сюда!

И Ларри попытался вручить Болану бухгалтерские книги, словно ключи от своего продажного царства.

Но, увы, он ошибся адресом.

Вместо Болана Ларри ответила автоматическая винтовка М-16. Она дала единственно возможный ответ, и Болан выпустил почти весь рожок в эти проклятые книги, которые являлись для него символом несправедливости и варварства.

Тело советника выгнулось дугой, задергалось, словно в каком-то дьявольском танце, и, отброшенное пулями, улетело в глубь берлоги Сантелли. Болан шагнул за ним следом, продолжая стрелять, и остановился только тогда, когда опустел магазин и раздался сухой щелчок ударника. Палач бросил рядом с трупом Вайнтрауба значок снайпера и процедил сквозь зубы:

— Да здравствует король!

Ведь и в самом деле король — настоящий король — умер только сейчас.

Охваченные пламенем, стены старого здания дрогнули и рассыпались в прах. Случилось это после взрыва зарядов взрывчатки заложенных в его подвале.

Болан отключил систему наблюдения, и его «караван» медленно покатил прочь.

Молодая женщина, сидевшая рядом, обняла Мака за шею и прижалась лицом к его щеке, еще пахнущей дымом, пороховой гарью и кровью.

— Я хочу всегда видеть вас на экране видео, — нежно прошептала она. — Я больше не могу обойтись без того, чтобы не видеть вас, не слышать вашего голоса. Я хочу видеть вас во время боя, но особенно тогда, когда вы разыгрываете свои скверные шутки с мафиози.