День гнева
Шрифт:
Сергей ворвался в спальню: от стиснутых челюстей на скулах выступили желваки, крылья носа подрагивали, точно он принюхивался, глаза потемнели от злости. Не размениваясь на упреки, он шагнул к вытянутому в струну Алексу, оттолкнул его с дороги и с размаху врезал Вике по лицу. От толчка в грудь Алекс пошатнулся, но, распределив вес, вернул равновесие, недоумевая, как отец вычислил виновного.
Он удержал руку Сергея, занесенную для второго удара. Вика вжалась в угол, закрыв голову руками, но ее взгляд, бросаемый на демона из-под ладоней, был полон враждебности. Будь у нее достаточно сил, она
– Прекрати!
– рявкнул Алекс в ухо отцу, вцепившись ему в локоть.
– Ты ее покалечишь.
Что на него нашло? В открытую выступить против могущественного демона (пусть он и его отец) верх безрассудства. Много раз Алекс не повиновался Сергею, но никогда столь явно.
– Девке пойдет на пользу испорченное личико. Шрамы послужат напоминанием - ее удел подчиняться, - прорычал Сергей.
Рывком отец высвободился из хватки Алекса и намотал на руку волосы Виктории. Кулак полетел к ее щеке. Перстень на указательном пальце Сергея с красным рубином и острыми краями оправы нанес бы неизгладимый урон девичьей коже. Рубец от раны остался бы на всю жизнь.
Когда щеку Виктории и кулак Сергея разделяли пара сантиметров, с кровати крикнули:
– Стойте!
Кулак Сергея так и не достиг цели. Все, будто по команде, повернулись к сидящей на кровати Еве. В ее распахнутых глазах застыл страх, но боялась она не за себя. Девчонка переживала за Викторию, которая полчаса назад едва ее не угробила. Это было выше понимания Алекса. Вика на месте Евы не утруждала бы себя спасанием обидчицы.
– Пожалуйста, не трогайте ее, - попросила Ева.
День преподнес Алексу новый сюрприз: Сергей отпустил Викины волосы, и она, получив свободу, отбежала к кровати, поближе к своей защитнице. Отец изменил планы, потому что об этом попросила какая-то девчонка? Устройство мира привычного для Алекса дало трещину.
Демон, тяжело дыша, смотрел на раненую девушку. Взгляд у него был тяжелым (Алекс знал это не понаслышке), но Ева не отводила глаз. Обескровленная, с прижатыми к животу ладонями она выглядела настоящим бойцом. И (неслыханное дело!) первым сдался Сергей.
Благодаря Еве Вика отделалась выговором:
– Я запрещаю Виктории занимать с тобой. Отныне это твоя обязанность, Алекс.
В несколько широких шагов Сергей пересек комнату, буркнув напоследок:
– Я пришлю врача.
Вика сияла так, будто сегодня Новый год и Дед Мороз преподнес ей желанный подарок. Не считая разбитой губы, которой не повезло попасть под удар Сергея, она была цела и невредима.
– Эээ, - протянула она, - спасибо, что ли.
– Не за что, - кивнула Ева.
– Ну да, - Виктория замялась: - я пойду. Ладно?
Избегая дальнейшей неловкости, она юркнула за дверь. Таким, как они, тяжело поверить в чью бы ни было бескорыстную доброту. Не так их воспитывали. "Мир - злое, мечтающее о вашей смерти, существо. Он беспощаден и коварен. Либо он уничтожит вас, либо вы его", - Алексу на память пришли слова наставника. За один день не сломать укоренившиеся стереотипы.
– И что теперь?
Алекс пожал плечами:
– На твое выздоровление уйдет несколько дней, а после
– У нас ничего не вышло, - Ева откинулась на подушку, смахнув прядь с лица.
– О чем ты?
– Тьма не явилась.
– Ты поэтому расстроена?
– удивился он.
– У меня ощущение, что я всех подвожу, - призналась она.
– Ты, должно быть, святая. Виктория намотала твои кишки на нож, а ты переживаешь, что не оправдала ее надежд?
– Просто я не хочу, чтобы из-за меня кто-то пострадал.
Александр склонился над Евой, и она вжалась в подушки:
– Начинай привыкать. Причинять страдания другим - смысл твоего существования.
Глава 3. Незваный гость
Ужас, сковавший ее при виде взбешенного Сергея, отступил. Где она ошиблась? Все было сделано правильно, а положительного результата нет.
Быть любимчиком Сергея непросто, но еще хуже угодить в число опальных. Пусть бы он ее не замечал, как например Виталика. Иногда она неистово завидовала ему: никому нет до него дела, он предоставлен самому себе и может делать все, что пожелает. Она бы многое отдала за такие привилегии. Но почему-то одним все, а другим ничего.
Скрестив руки на груди, Вика через окно, выходящее на задний двор, наблюдала за мрачнеющим небом. Солнце спряталось за пепельными тучами, на улицу опустились сумерки, точно был вечер, а не разгар дня. Кончиком языка она нащупала ранку на губе. Она почти затянулась. Прав был Алекс: благодаря Еве их силы возросли. Однако вместо прилива благодарности она испытала отвращение. Ее не выворачивало при мысли о девчонке.
Она хотела отыскать Алекса и разведать обстановку, но едва уловимое движение на заднем дворе удержало ее на месте. Забор, увитый плющом и наполовину скрытый кустарником, служил непреодолимым препятствием для воров. По крайней мере, она раньше так думала.
Губы Вики тронула улыбка - через забор точно паркурщик мастерски перемахнул парень. Колючки вцепились в одежду, и ему пришлось прорываться с боем. Наконец, кустарник остался позади и он, оглядываясь по сторонам, на полусогнутых побежал к дому. Вероятнее всего, он воспользуется дверью, ведущей в глухой коридор, а оттуда в библиотеку, так как кухонная дверь, выходящая на террасу, заблокирована Виталиком.
Почему бы не сыграть в кошки-мышки? После перенесенного стресса Вика была не прочь развлечься.
Виктория заскочила на кухню, прихватила из кладовки веревку и пошла навстречу с незваным гостем. Она узнала парня. Его звали Рома. На выпускном вечере он пригласил ее на медленный танец, но сюда он явился не ради нее.
На цыпочках она миновала дверь в кабинет. Судя по звукам, Сергей отчитывался перед начальством. Интересно, он упомянет о ранение Евы? Вика покачала головой. Нет, он этого не сделает. Хотя бы ради себя.
Завернув за угол, она прислушалась. Многие полагали, что как Войне ей присуща физическая сила плюс блестящее владение оружием, и Вика позволяла им заблуждаться. Недооценивающий тебя противник проиграл, еще не начав бой. А между тем у нее был отличный слух, превосходное зрение, она умела незаметно подкрадываться и на этом список ее достоинств не заканчивался.