Чтение онлайн

— Как дела? — спросил Слепнев, наблюдавший из салона за входом в здание парламента.

— Порядок, — улыбнулся Харчиков, — рванет через несколько минут.

Слепнев достал мобильный, набрал номер секретариата Государственной думы, посмотрел на Арнольда Григорьевича и быстро сказал:

— В здании Государственной думы заложена бомба. Через пять минут произойдет взрыв. Будьте осторожны. — И отключился. Затем передал аппарат Семену. — Унесешь подальше отсюда и позвонишь через две минуты в службу безопасности.

Скажешь то же самое и сразу выключишь телефон. Понял? Сразу отключи телефон. Разбей аппарат или выбрось, но не таскай его с собой.

— Ясно, — сказал Семен.

— А вот и последние гости приехали, — заметил Слепнев, глядя в сторону Думы. К зданию подъехало несколько машин. В одной из них был премьер-министр. Его охраняли не так интенсивно, как министра финансов.

Премьер со своей свитой вошел в здание, и двери снова закрылись. Слепнев взглянул на часы, проверил свою снайперскую винтовку.

— Ну, давай, — улыбнулся он, — давайте, ребята, ведь скоро рванет.

Бензин разъедал презервативы. Но Харчиков не рассчитал. Презервативы были импортные, качественные, а потому взрыв должен был произойти позднее предполагаемого времени.

За пять минут до открытия сессии в парламент прибыл премьер. Очень вежливо поздоровался со спикером парламента, как-то хмуро кивнул депутатам и, приветливо улыбнувшись Полетаеву, подозвал его к себе.

— Знаешь, что говорить? — спросил премьер.

— Знаю, — твердо ответил Полетаев.

— Извините, — вмешался в их разговор спикер, — придется перенести открытие сессии на полчаса. Кто-то позвонил и сообщил, что в здании заложена бомба.

Премьер с трудом сдержался, чтобы не выругаться. Он взглянул на спикера и сухо спросил:

— Что нам делать?

— Организованно выйти из здания, — ответил спикер, — сотрудники ФСБ уже работают. Они считают, что это блеф, но советуют на всякий случай выйти из здания.

— Только этого не хватало, — нахмурился премьер. — Никуда я не пойду. Останемся здесь, посмотрим, что там обнаружат.

…Слепнев посмотрел на часы и перевел взгляд на Арнольда Григорьевича.

— В чем дело? — спросил он. — Где взрыв? Может, вы ошиблись?

— Не ошиблись, — угрюмо ответил Арнольд Григорьевич, — наверно, использовали не тот материал. Но все равно сейчас рванет. Вот увидите, рванет.

Спикер пообещал премьеру, что Дума примет бюджет на утренней сессии. Дронго заметил, что сотрудники службы безопасности в коридоре засуетились.

— В чем дело? — спросил он Корниенко.

— Кто-то позвонил и сообщил, что заложена бомба, — пояснил полковник, — сейчас ее ищут. Но, возможно, это чистая туфта. Может, кто-то решил напугать нас таким идиотским способом… — Он не договорил. Бензин наконец разъел презервативы, и раздался громкий хлопок. Ведро громыхнуло, в туалете повылетали стекла.

Испуганный Руднев ворвался

к спикеру в кабинет, где находились премьер и Полетаев.

— Что случилось? — спросил спикер.

— Пожалуйста, срочно покиньте здание, — твердо сказал Руднев, — в туалете взорвалась бомба.

— Нас предупредили об этом по телефону, — сказал спикер и уже тише спросил: — Есть жертвы?

— Кажется, нет, — ответил Руднев, — но здание надо покинуть, — повторил он. И в этот момент раздался второй взрыв, уже в конференц-зале. Послышались крики женщин, звон разбитого стекла.

— Нужно уходить, — согласился спикер, — вам лучше уехать, — обратился он к премьеру и министру финансов.

— Нет, — заявил премьер, — я никуда не уеду, если даже начнется настоящая бомбежка, как в годы войны. Мне нужна определенность.

— И мне, — эхом откликнулся Полетаев.

— Нужно уходить, — уже зло сказал Руднев, — у меня есть указание руководства.

— Все правильно, — согласился премьер, услышав крики в коридоре. Депутаты и их помощники спешили к выходу. — Вам действительно лучше выйти из здания, Артем Сергеевич. Они охотятся на вас, хотят сорвать ваше выступление.

— Уходим, уходим, — закричал Руднев, — третий взрыв может произойти прямо здесь.

Дронго бросился к туалету и увидел, что там выбиты стекла и обгорела дверь, но человеческих жертв не было. Он потрогал ведро. Так вот куда они заложили взрывчатку. Но почему тогда взрыв такой слабый? Чего хотели террористы? Запугать кого-то?

Он вернулся в коридор. Увидел бегущего Корниенко.

— Наверно, Слепнев проник в здание, — крикнул на ходу полковник, — хочет воспользоваться суматохой. Ничего у него не выйдет. Руднев увезет Полетаева и привезет на открытие сессии.

— Где Полетаев? — закричал, холодея от ужаса, Дронго.

— Он с Рудневым, тот его увезет, бежим, — сказал Корниенко. Мимо бежали люди.

— Нет, — закричал Дронго, — пусть остаются в здании! Это провокация!

Он достал пистолет и побежал к выходу. Корниенко за ним. У выхода было настоящее столпотворение, все рвались на улицу. Дронго благодаря своему росту увидел впереди головы Полетаева и Руднева.

— Нет, — закричал он, работая руками и ногами, — не выходите из здания! Не выходите!

Он с огромным трудом пробивался к выходу, с ужасом наблюдая за Полетаевым, которого выводили из здания.

— Стойте! — кричал он изо всех сил. — Это провокация! Взрывы организованы специально, чтобы устроить панику в Думе. Не выходите из здания!

Никто его не слышал. Каждый кричал свое. Руднев вышел первым. За ним Полетаев. Слепнев, наблюдавший за выходом из здания через прицел снайперской винтовки, удовлетворенно засмеялся. Он целился прямо в сердце министра.

— Нет! — кричал Дронго, пытаясь выбежать из здания.