День Астарты
Шрифт:
— Но мы уже сейчас считаемся подразделением CSAR «Hybird»? — уточнила Лакшми.
— Совершенно верно. Именно поэтому вы получили инструкции по секретности. Еще вопросы? Нет вопросов? Экипажам — 7 минут на переодевание. С этого момента вы не должны работать в униформе наших ВМФ, поскольку… Не буду повторять текст того заявления, которое вы подписали, и той инструкции, которую вы перед этим прочли. Переодевайтесь — и по машинам. Через 10 минут мы выходим в море для выполнения первой учебно-боевой задачи, — Пак Ен помахал
— А что мы будем делать? — поинтересовалась Чуки.
— Черный конверт, — сказал он, — Я вскрою его, когда мы отойдем от базы на 12 миль.
Представим себе некого неадекватного геометра, который посмотрел на правильную равнореберную пятигранную пирамиду с 5-метровыми ребрами (легко запомнить, не правда ли), и вообразил, что эта пирамида должна стать модерновым боевым катером-глайдером. Назначив один угол носом, а два противоположных угла — хвостом, геометр долго и изощренно глумился над беззащитной стереометрической фигурой, сминая и загибая края, после чего, позвал такого же неадекватного инженера, который довел эту машину до действующей плавающе-планирующей модели.
Увидев такую штуку, скользящую в двух метрах над водой почти со скоростью пули, оставляя за собой быстро опадающий шлейф тонкой водяной пыли, можно поверить в инопланетян или навсегда бросить вредную привычку пить алкоголь с утра. Впрочем, полирежимный штурмкатер-скринер «Yeka», можно не заметить, даже пройдя всего в четверти мили от него. Возможно, вы увидите на поверхности моря полузатопленный 1000-литровый пластиковый контейнер (на самом деле, это верхушка рубки, но как об этом догадаешься?). В другом случае, мимо вас может пройти 9-метровый парусный катамаран с широко расставленными надувными поплавками, Как догадаешься, что габариты туристической игрушка точно покрывают небольшой штурмкатер?
Три сцепленных между собой катамарана спокойно дрейфовали примерно в ста милях северо-западнее Сала-и-Гомес. Над мачтами реяли зеленые в белую полоску вымпелы международного эколого-натуристического движения. Кампания парней и девушек на катамаранах была одета так, как и положено натуристам, т. е. никак. SeaWolf морского патруля Чили сделал над катамаранами четыре круга на малой высоте (не потому, что возникли подозрения — просто военные летчики глазели на девушек, чтобы потом, по дороге на опорную базу Ханга-Роа, обсудить их сравнительные достоинства).
Дальнейшие эволюции катамаранов привели бы их в полное изумление — но когда эти эволюции начались, SeaWolf уже был между Сала-и-Гомес и Рапа-Нуи. Итак, экипажи натуристов исчезли под настилами (где, казалось бы, не было ничего, кроме морской воды), а затем, катамараны стремительно съежились. Над волнами появились верхушки трех рубок. Яркие рулоны, еще недавно бывшие катамаранами, исчезли в люках, а через минуту из воды вынырнули пятиугольные силуэты,
Экипаж № 2.
— Не нравится мне этот автопилот, — решительно заявил Оури Хитуоно, созерцая сине-зеленые волны, огромные и ленивые, равномерно возникающие и исчезающие перед панорамным иллюминатором, — он не умеет плавно корректировать невязку курса.
— А ты уверен, что при движении под углом к волне это вообще возможно? — спросил Кайемао Хаамеа, — мы зависим от поверхности и каждый раз скатываемся по-разному, поскольку волна вдоль гребня немного неравномерна.
— Ну, я же корректирую плавно, когда держу штурвал, а этот тупой комп выписывает ломаную, и мы теряем два узла курсовой скорости.
— Невелика потеря. Мы легко держим 200 узлов курсом 32, как скомандовал шеф-кэп.
— Кай, в вдруг нам когда-нибудь понадобится предельная скорость? — спросил Оури.
— ОК, я делаю пометку — Кайемао достал бумажный блокнот и карандаш.
— Принц, зачем тебе такая штука? — спросила Чуки Буп, — есть же электронные.
— Так надежнее, — лаконично ответил он.
— А мы будем воевать с теми пиратами, которые украли киви?
— Это как фишка ляжет, — ответил он, — Пока мы занимаемся разведкой.
— Ты не веришь, что это пираты, — в утвердительном тоне сообщил Оури.
— Ты телепат? — поинтересовался суб-лейтенант.
— Нет, просто это видно. И Пак Ен тоже не верит. Это тоже видно. И я не верю.
— Почему? — спросила Чуки.
— Сейчас послушаем, что скажет нам капрал-пилот Хитуоно. Излагай, пилот.
Оури кивнул и коснулся пальцем экрана резервного навигационного монитора.
— Вот, диспозиция. Я рассуждаю просто. Летел чилийский флит-карго, и его случайно сбили свои. Бывает. Он прыгнул, и его утащило на парашюте миль на 5 к юго-востоку. Тоже бывает. Его подобрали киви-яхтсмены. Типа, они случайно там болтались.
— Ты не веришь, что это были случайности? — перебил Кайемао.
— Ну, — пилот задумался, — Тут еще есть сомнения, но дальше… Ведь с момента, когда чилийского мичмана подобрал парусник киви до момента, когда с озера Титикака взлетела пиратская «Catalina», судя по развертке со спутника, не прошло и часа.
— 52 минуты, — уточнил суб-лейтенант, — Ты хочешь сказать, что они получили сигнал, которого заранее ждали, и держали летающую лодку наготове?
— По ходу, так. «Catalina» — тихоходная штука, всего полтораста узлов. Они 10 часов летели наперехват. Они совершенно точно знали свою цель. Они приводнились, взяли яхту на абордаж, захватили четверых киви и чилийского мичмана, и полетели на свою базу на Галапагосы. Когда чилийский воздушный патруль нашел пустую яхту, и поднял всех на уши, пираты уже долетели до своей базы. Логика, ага?