Чтение онлайн

— Знаешь, что я думаю. Если бы отношения с этим человеком не были бы важны для тебя, ты бы мне не позвонила.

— Просто я не хочу, чтобы он думал обо мне невесть что.

— Тогда, может, есть смысл спросить его самого, что он думает об этом? Это ведь мужчина, верно?

— Спасибо, Нэлл. Ты очень помогла.

Я обрубила связь, ненавидя сама себя. Нэлл потом выскажет мне за внезапный саботаж сеанса, но это волновало меня куда меньше. Ромашковый чай остыл, превратившись в мерзкое горькое пойло. Я выплеснула его в раковину. Написала Браунингу «можно». Постаралась ни о чём не думать, просто не думать.

Звонок не вставил себя ждать. Стоило записать его номер, чтобы набор незнакомых цифр не пугал меня. Я ведь не думала, что он начнёт звонить мне так часто…

— Привет, Флоренс. Ты как после поездки?

Я прокашлялась. Его голос щекотно коснулся слуха, оказавшись неожиданно приятным.

— Изрядно потрёпана, но жива, — криво ухмыльнулась я, стараясь проглотить ком, колючим ежом застрявший в горле. Снова занервничала.

— Хорошо. Ты так долго не отвечала, что я уже начал подозревать обратное, — я услышала, как он улыбнулся и почему-то отчётливо ощутила горький привкус ромашки на языке. — Я сейчас недалеко от твоего дома. Ты можешь спуститься, хочу кое-что показать тебе.

— Это кое-что до завтра не терпит? — спросила я нарочито усталым и безразличным голосом. Так я старалась скрыть свою нервозность, прежде всего от себя самой.

— Мне удалось вытащить обе фотки с базы, которые ты отправила мне…

— Секунду! Спускаюсь.

С этого и стоило начинать — предупредительность Браунинга сегодня сыграла ему не на пользу. Я сбросила связь и заметалась по квартире в поиске одежды. Старые тренировочные брюки я почему-то откинула. Распахнув дверцы шкафа я вытащила белую рубашку-платье. Сто лет его не надевала, Патрик говорил, что у меня на груди расходятся пуговицы. Однако, уже два года мне официально плевать на его мнение. От туфель на каблуке я отказалась, иначе платье превратилось бы в наряд для свидания, а для этого не было ни единого повода. Сунув ноги в кроссовки, я поспешила по лестнице вниз, на ходу заворачивая растрёпанные волосы в небрежный пучок на макушке.

Я вышла из парадной как раз в тот момент, когда Дэмиан парковался у обочины. Мой силуэт промелькнул в отражении начищенного до блеска корпуса его машины, и я в своём белом платье вдруг показалась себе привидением, а потом только что вставшей с постели дурочкой, забывшей переодеть ночнушку. Я приросла к пятачку асфальта под своими ногами, чувствуя себя конченой идиоткой.

Дэмиан вышел из машины, ослепив меня счастливой улыбкой. Он рад был меня видеть. Ну, а что мне оставалось делать в свою очередь? Конечно же напасть.

— Браунинг! — я сложила руки на груди и сделала серьёзное лицо. — Мне нужен чек на ремонт моей машины.

— М-м-м, я, кажется, его выбросил.

Он состроил невинное лицо, но хитринка, сверкнувшая в его глазах, не ускользнула от меня

— Ты не должен был делать этого, не спросив меня.

— Прости, я хотел помочь, мне было не трудно, серьёзно, — я не менялась в лице, и он добавил. — Больше не буду, — он сложил на груди руки лодочкой в примирительном жесте. На его мизинце блеснуло кольцо. Интересно, чьё оно?

— Назови мне сумму, я переведу, — я настаивала.

— Ладно, завтра, хорошо? — ровно на полсекунды я расслабилась, убедившись, что завтра буду свободна от непрошенных одолжений, пока Браунинг не договорил. — Я открою накопительный

счёт, назову «Для Белл». Если тебе вдруг срочно понадобятся деньги, ты всегда сможешь их снять.

— Вот же ты невыносимый! — я закатила глаза, тщетно стараясь не улыбаться.

— Сочту за комплимент.

Боже, я так отвыкла от того что кто-то что-то делает для меня, что воспринимала каждую такую попытку, как посягательство на честь и достоинство, но ведь Браунинг ни на что не посягал? Вроде бы. Я поймала его взгляд где-то на уровне моей груди, как раз там, где расходились пуговицы. Моргнув и наверняка проявив недюжинное усилие воли и такт, Браунинг вернул глаза на место.

— Что там с фотографиями? — я сменила тему, к денежным вопросам мы вернёмся завтра, есть вещи поважнее.

— Давай лучше в машину сядем, — он посерьёзнел. Обойдя авто спереди, Браунинг открыл мне дверь.

Я прошла мимо него на расстоянии ладони, почувствовала запах цитруса и розмарина. Так обычно пахло в небольшом ресторане «Лайм» на двадцать персон, расположенном прямо за «Крео». Мне вдруг стало жутко интересно, что он там делал. Я постаралась запихнуть свой интерес куда подальше.

На нём были чёрная рубашка и чёрные брюки — я заметила, как здорово этот цвет его оттеняет. Глаза стали ярче, кожа забронзовела, в этом строгом обрамлении Браунинг казался ещё выше и почему-то шире в плечах. В отличие от меня, маленькой и коренастой, он был худощав и строен, глядя на него, мне хотелось накинуть себе пару-тройку дюймов. Зря я отказалась от каблуков.

— Первое фото я сохранил на жёстком диске, — он достал коммуникатор, провёл по экрану пальцем, ввёл пароль почти молниеносно. Две последние цифры я так и не успела разглядеть. — Достал и второе. Пришлось влезть в облачное хранилище твоего коммуникатора, прости.

Я выхватила у него аппарат, дрожащими пальцами приблизила фото силуэта, стоящего у океана. Нет, мне не показалось. Это определённо человек. Мужчина. Мне было плевать на моё облачное хранилище, ради этой фотки я готова была выдать ему пароль от своего домашнего сейфа.

— К сожалению, чуть ушло качество…

— Ты же это тоже видел? — спросила я, не отрываясь от экрана.

— Да…

Где-то краем глаза я обнаружила, как задралось моё платье, пока я в нетерпении ёрзала по сиденью, и как непозволительно оголилось моё бедро. Вряд ли это осталось незамеченным. Я поймала себя на ощущении, что делаю это подсознательно, инстинктивно — соблазняю, и тут же ужаснулась этой мысли. Я, не глядя, потянулась рукой к краю платья, но ткань чёрт возьми, застряла и ни в какую…

— Ещё я обнаружил запрос к своему досье...

Силуэт у океана вдруг потерял для меня первостепенное значение. Я уронила руку с коммуникатором на сиденье, почувствовав, как желудок наполняет горечь, а в груди начинает полыхать.

— Прости, Дэмиан, — не поднимая глаз, сказала я.

— Тебе не за что просить прощения, просто там… Там не совсем то, чем хочется гордиться… сам бы я вряд ли завёл эту тему, но я понимаю твой интерес, ты имеешь право знать с кем… общаешься.

Чувство стыда заполняло меня с головой, я тонула в нём, а хуже всего было то, что Браунинг оправдывал меня. Лучше бы обвинил, я бы перенесла это легче. Вскинув голову, я взглянула на него, высказалась резко и безапелляционно.