Демоны Вальхаллы
Шрифт:
– Что у вас там происходит, срань Господня? Что с Ашкрабичем? Рядовой Снарк, доложить!
– Не могу знать, сэр! Сейчас посмотрю!
Вильям поднялся, спешно подбежал к Огнену. Тот лежал на спине, раскинув руки, а вместо лица у него была кровавая каша.
– Э… он ранен, сэр… – Вильям заученным движением задрал сослуживцу рукав, приложил палец к запястью, – нет, мертв, сэр…
– То есть как – мертв? – изумился Фрезер. – Оставаться на месте! Сейчас я буду!
Ощущая, как судорога сжимает сердце, Вильям стащил с головы шлем. Горячий ветер
– Он что, умер, клянусь крокодильей задницей?
– Да, – ответил Вильям, утирая лицо. – Мертвее, чем королева Виктория.
– Упокой Святая Дева его душу! – подошел Арагонес. – Как такое могло случиться?
– Видят духи, пуля угодила в щиток перед лицом, – Ли, как обычно, готов был ответить на любой вопрос. – Разбила его, а какой-нибудь осколок через глаз проник в мозг.
– Разве это возможно? – нахмурился Гаррисон. – Стекло ведь бронированное! Оно должно выдерживать удар настоящей пули!
– Кто знает, сколько эти шлемы валялись на складе, прежде чем их выдали нам? – с горечью сказал Вильям. – Любой из них может оказаться бракованным, клянусь четверкой!
– Это уж точно, – Арагонес перекрестился. Кое-кто последовал его примеру.
Спустя пять минут через гребень дюны с сердитым урчанием перевалил небольшой крытый вездеход. Выпрыгнувший из него Фрезер в мгновение протиснулся через собравшуюся вокруг тела толпу.
Сержант опустился рядом с Огненом на корточки, ловко расстегнул бронежилет, приник ухом к груди. Когда поднялся, лицо его было мрачным, а глаза метали молнии.
– Срань Господня, – проговорил он. – Вот уж чего не бывает хуже – терять солдат до начала боя. А вы чего встали? Вас еще ждет обратная дорога! Или вы забыли, что до базы двадцать километров. А ну – бегом, марш!
Вильям водрузил шлем на место, поставил винтовку на предохранитель и повесил на плечо. На душе было погано, как в брошенном жилище.
Сержант-наставник Фрезер выглядел довольным, как петух, отогнавший соперника от куриц.
– Слушайте меня, засранцы, – орал он, прохаживаясь вдоль строя, новобранцы в котором безуспешно пытались выглядеть бодрыми в четыре часа утра, – сегодня для вас торжественный день! Тот, кто покажет себя отличным парнем – останется в Легионе, а бабы и слабаки, – последовал гневный взгляд в сторону Вильяма, – вернутся туда, где им и место – в центры правосудия!
С того дня, как бывший сотрудник архива из Ливерпуля появился на базе "Инферно-1", прошел месяц. За это время он похудел, научился стрелять, рыть окопы в песке и бегать по изнуряющей жаре, навесив на себя десяток килограмм всякой ерунды. Лицо его покрыл загар, брюхо вечно грыз голод, а в мышцах прочно обосновались судороги.
Мозоли на ладонях успели затвердеть, а воспоминания о спокойной жизни – поблекнуть.
– Ну что, срань Господня, – закончил речь сержант, – вы готовы всыпать этим засранцам?
– Так точно, сэр! –
– Тогда получайте оружие, и да поможет вам Бог, – и Фрезер перекрестился.
Пока у оружейного склада выстраивалась очередь, с взлетно-посадочной площадки долетел равномерный гул. Там прогревали двигатели десантных флайеров, в тесных чревах которых легионерам предстояло трястись до места выброски.
Полевые учения предусматривали десант.
Позавчера выдавали новое обмундирование. К всеобщему удивлению, оно оказалось ярко-зеленым, с желтыми и алыми пятнами. С природными условиями на Тритонии легионеров ознакомить не сочли нужным, но тут даже до Гаррисона дошло, что воевать предстоит в джунглях.
Не сказать, что это сильно подняло боевой дух.
– Говорит капитан Николаидис! Погрузка – в четыре тридцать! – прошуршало в наушниках, едва Вильям надел шлем. – Командирам отделений обеспечить порядок!
Командиров назначили вчера по результатам общего тестирования. Неудивительно, что среди них оказался Ли.
– Стройся! – в бронежилете, разгрузке, с привешенными к поясу подсумками китаец выглядел толстым, как малорослый медведь, вот только лицо его, бесстрастное и узкоглазое, ничем не напоминало добродушную медвежью морду.
Вильям привычно занял место во главе строя. Слева от него расположился Гаррисон, дальше Арагонес, за ним – прочие бойцы.
– Видят духи, сегодня "гробы" будут стрелять настоящими пулями, – сказал Ли. – За мной!
Гробами боевые симуляторы прозвали со дня гибели Огнена.
Выкрашенные в серо-зеленый цвет флайеры выглядели стаей навозных мух, присевшими отдохнуть на бетон ВПП.
– Наш – вон тот, – Ли махнул рукой в сторону крайнего, с выведенной черной краской цифрой семь у кабины.
– До взлета – пять минут! – систему связи настроили так, что командира отделения слышали только свои, а слова офицера, когда он этого хотел, доходили до каждого солдата.
Вслед за Ли Вильям взбежал по опущенному люку. Вдоль боковых стен довольно тесного трюма рядами стояли похожие на огромные пули с ремнями цилиндры КПП – комплексов персональной посадки.
Тот день, когда легионеров знакомили с ними, стал черным – погибли сразу пятеро.
Отогнав мрачные мысли, Вильям спешно подскочил к крайнему, всунул руки в ремни, затянул крепление. Теперь КПП отвалится от его спины только после приземления.
Очень хотелось верить, что мягкого.
Рядом усаживались легионеры, у передней стенки, около двери в пилотскую кабину связисты возились с похожей на набор ящиков БИС – боевой информационной системой.
Люк со скрежетом поднялся, закупоривая то, что по аналогии с птицей у флайера можно было посчитать задним проходом. Взревели двигатели и Вильяма вдавило в пол.
– До точки выброса – пятнадцать минут, – сквозь непонятно откуда взявшийся треск донесся голос капитана.
– Проверьте оружие еще раз! – напомнил Ли. – Из-за севшего энергетического блока любой из вас может погибнуть…