Чтение онлайн

– Предусмотрено ли в БИС взаимодействие с другими родами войск? С артиллерией, танками?

– Э… дело в том, – лейтенант огладил подбородок, – что, как это ни парадоксально, в конфликте с тритонианцами пехота остается наиболее эффективным средством решения боевых задач на планетарном уровне.

– Как так? – не выдержал кто-то.

– Теперь мы знаем куда больше об оружии противника, чем два года назад, – по привычке всякого сильно образованного человека лейтенант начал издалека. – И нам известно, что он использует защитные силовые поля, пробить

которые с помощью снаряда, пули или луча энергии невозможно. Поле также не пропускает внутрь массы, эквивалентные определенному уровню энергии…

– Умно говорит, клянусь задницей крокодила, – прошептал сидящий с открытым ртом Гаррисон. – Только вот я ни хрена не понял…

– Тихо, – цыкнул на него Арагонес. – Дай послушать, а потом я тебе все объясню…

Колоччини продолжал говорить, и Вильям, с некоторым трудом отсеяв научную шелуху, понял, что поразить защищенные полем объекты можно лишь войдя внутрь самого поля, а способны на такой подвиг только люди, не имеющие оружия тяжелее гранатомета.

– Кто бы мог подумать, – сказал Ли, когда они вышли из аудитории. – В век космических перелетов пехота вновь решает судьбы сражения, как и тысячи лет назад…

– И что сказал по этому поводу великий Сунь-цзы? – съязвил Арагонес.

– Нечто, по причине наличия ненормативной лексики не вошедшее в окончательный вариант его трактата, – невозмутимо ответил Ли.

После лейтенанта Колоччини их ждало стрельбище, где инструктор со страшно обожженным лицом продемонстрировал возможности новой автоматической винтовки М-313 "Гюрза".

От "Кобры" она отличалась так же, как автомат Калашникова от винтовки Мосина. Появилась возможность выбора боеприпасов – пули бронебойные, с инфракрасным наведением, для особо точных выстрелов, разрывные и даже разведывательные.

Выпущенный из ствола стремительный посланец, каких в боекомплекте каждого легионера предусматривалось два, за время полета успевал передать в БИС достаточно информации, а затем, прилипнув к стене, броне или амуниции вражеского солдата, продолжал транслировать.

– Неплохо! – сказал Вильям, увидев как мишень после его выстрела разлетелась на обломки. – Теперь мы покажем этим ящерицам!

– А ты не думал, – голос Ли по обыкновению звучал тихо, но слышали его все, – что могли придумать ящерицы за те же два года?

Вильям только мрачно засопел. Думать о тритонианцах не хотелось.

Медицинский центр базы, когда-то занимавший небольшую комнату в одном из бараков, разросся до отдельного здания.

– Ожидайте, – приказал офицер в погонах капитана медицинских войск, приведший сюда обитателей пятой казармы. – Вас будут вызывать по одному.

В просторном светлом помещении вдоль стен стояли лавки и пахло пластиком. Белые двери без всяких номеров или надписей выглядели одинаковыми, как стебли осоки.

– Арутюнян, – пригласил высунувшийся из открывшейся двери юноша в белом халате.

Чернявый и носатый легионер, уроженец Кавказа, перекрестился и встал с лавки.

Вильям дремал,

прислонившись к стене, пока не назвали его фамилию. За дверью ждала сверкающая белизной лаборатория. Вдоль стен высились какие-то шкафы, на столе мерцал виртуальный экран, а у окна стояло чудной конструкции кресло.

– Садитесь, – кивнул оказавшийся тут же капитан.

Вильям сел, за его спиной возились, а потом в основание черепа что-то воткнулось. Боли не было, тело стало вдруг горячим, а краски окружающего мира – яркими до рези в глазах. Вильям опустил веки, а когда поднял, то вокруг все стало по-прежнему.

– Свободны.

– Разрешите вопрос. Что это было?

– Долго рассказывать, – махнул рукой капитан. – Но хуже тебе от этой прививки не будет. – Считай, что она принесет тебе удачу в бою.

Ощущая, как внутри черепа что-то неприятно пульсирует, Вильям вышел в коридор.

– И чего с нами сделали, во имя Святой Девы? – бурчал Арагонес, пока они шли к выходу из медицинского корпуса. – Обходились раньше без всяких прививок, и ничего…

– Разговорчики, – сержант Фрезер, не проходивший через процедуру, тут же пресек крамольную беседу. – Тридцать минут вам на сборы, в два пятнадцать прибудет флайер.

Курс "повышения квалификации" закончился позавчера, вчера новобранцы принесли присягу, а вечером выдавали снаряжение. Новые бронежилеты оказались куда легче старых. Вшитые в ткань гибкие пластины образовывали нечто вроде панциря, закрывающего тело от горла до паха.

Голову прикрывал шлем, руки – перчатки, а ткань штанин и рукавов выдерживала попадание небольшого осколка, так что готовый для боя легионер напоминал средневекового рыцаря.

Не хватало только лошади.

– Так-так, – проговорил Ли, запихивая в рюкзак вещи, – сдается мне, что мы если выживем, сюда еще вернемся.

– Осталась ерунда, клянусь четверкой, – кивнул Вильям, – выжить.

До взлетно-посадочной полосы добрались за пять минут. Тут все выглядело так же, как в первый раз – туша флайера, суетящиеся люди. Разве что летающая машина на этот раз была поменьше, да и таскать груз пришлось новобранцам Легиона.

– Отдыхайте, засранцы, – велел сержант Фрезер Ли и компании. – Вы свое отработали.

Его коллеги рычали оголодавшими тиграми, свежеиспеченные легионеры носились горными козлами, чуть в стороне, наблюдая за происходящим, прохаживались офицеры. Знакомых среди них было мало, один-два человека.

– А где же наш майор? – поинтересовался Вильям, оглядевшись. – Или он ждет на космодроме?

– Майор Николаидис больше не командует Первым Ударным Полком, – сообщил Фрезер и чуть понизил голос. – Насколько я слышал, после Урдистана его признали негодным по состоянию психического здоровья. Сейчас наш командир – майор Рагнарссон.

– Как сказал великий Сунь-цзы – полководец для государства, что крепление у повозки, – изрек Ли. – Если это крепление пригнано плотно, государство непременно будет сильным; если крепление разошлось, государство непременно будет слабым!