Чтение онлайн

Женщины слабы и духовно, и физически. Они не могут править. Даже все законы, написанные богами и людьми, говорят о том, что женщина должна быть под опекой отца, а потом мужа. Она может наследовать отцу или мужу, но она не может управлять тем, что на нее свалилось. Это факт. Ей нужна защита, твердая рука и опора, иначе она впадает в бездну глупости и тщеславия. Недаром самыми страшными периодами в истории Розми и других стран были те времена, когда правили женщины. Вокруг них роились сонмы любовников и фаворитов, раздирающих страну на мелкие куски, правящих за них, договаривающихся с врагами, продающих врагам не только королевство, но и все, что можно продать. В результате вспыхивали истребительные войны,

которые длились и длились десятилетиями, иногда прерываемые относительными затишьями, иногда — бесконечные кровавые бойни, когда назад откатывались науки, искусство, жизнь замирала.

Можно только ужасаться тому будущему, которое уготовил Джонатан своей стране, назначив девчонку-подростка королевой! Как он мог?

Наверняка, девчонку очень быстро выдадут замуж, и тогда начнется засилье каких-нибудь иностранцев, которые будут задирать носы перед коренными жителями страны. Они приведут могучую державу к страшному краху! Нет, Розми нужна сильная рука!

Нил встал с дивана. Открыл секретер, располагавшийся в одном из книжных шкафов, налил себе белого вина (красное он держал лишь для Дарела, т. к. сам предпочитал исключительно белое полусухое вино), уселся за письменный стол. Отвернул кресло к двум окнам, и устремил взгляд в большой ухоженный парк, окружавший его дом. У окон раскинулись кусты нежнейших красно-кремовых магнолий, сочетающиеся с роскошными кизиловыми деревьями, раскинувшимися по всему парку. Их ярко-желтая пена в эту весну была особенно сочной и пышной, подчеркивая нежность магнолий, строгость нарциссов. Нил не мог налюбоваться на свой сад.

Неужели, эта буйная, яркая, наполненная такой жизнью и красотой весна, говорит ему, что пришло время стать тем, кем он и должен был быть? Неужели эта весна — весна начала его пути к короне? Ведь он так долго хотел ее и сетовал на несправедливость богов, давших уже пожилому королю Кристоферу VIII любовь. После смерти его жены, матери Джонатана, мать Нила стала светом в окошке для короля. Кто знает, во что могла бы превратиться эта любовь, если бы не смерть отца Нила. Джонатан никогда не обижал сводного брата, не забывал о его матери. Он никогда не испытывал враждебных чувств к своему брату, потому что эта любовь короля распустилась уже после смерти матери самого Джонатана. Старший брат и правитель Розми всегда оказывал младшему брату и его матушке знаки внимания, приглашал в Замок Королей, но Нил хотел большего. Всегда хотел большего.

И тут сами боги послали ему знак!

Некогда, еще в начале правления Кристофера VIII, небольшое поселение в заливе Морских Королей, гордо объявило на всю страну, что Розми для объединения нужно больше петь, больше веселиться, нужно проводить больше карнавалов и праздников, и оно, поселение, собирается провести конкурс молодых исполнителей песней, а заодно уж и фестиваль кино. Надо сказать, что тогда многие солидные попечители крупных городов рассмеялись над столь громким заявлением маленького поселка, не имевшего даже статуса города. Они не знали одного: на мысу, что выдавался в залив около небольшого порта, поселился очень успешный и знаменитый продюсер, открывший нескольких известных певцов, актеров и композиторов. Именно ему и пришла в голову идея устроить праздник кино и песни.

Его жена, в прошлом популярная певица, нынче прикованная к инвалидному креслу, открыла в себе талант к составлению цветочных композиций. Она предложила проводить фестивали цветов, на подобии ежегодных весенних фестивалей в Джанелли и на Островах Свободы: с праздничными шествиями, карнавальными костюмами, платформами, украшенными цветами, вечерними танцами и прыжками через многочисленные костры, что зажигают на побережье. Она провела подобные карнавалы три раза перед фестивалем песни

и кинофильмов. К сожалению, потом она умерла, а ее муж в память о своей любимой Джорджии решил продолжать ее дело.

Так уж получилось, что фестивали удались на славу, а о карнавалах пошла молва не только по всей Розми, но и по всему миру. Поселение начало разрастаться. Еще пять лет спустя на живописное побережье перебралась одна из киностудий, специализировавшаяся на детских и юношеских фильмах, а вслед за ней еще одна, и еще. Знаменитые певцы и актеры прибывали вслед за киностудиями и продюсерами, доставляя своим отъездом немыслимую радость жителям остальных городов Розми, полагавших их людьми излишне фривольными и распущенными. Как ни как, а актеров и актрис в строгой Розми все же считали легкомысленными и склонными к плотским увлечениям, что, впрочем, совершенно не мешало розмийцам от мала до велика ходить в кинотеатры, театры, смотреть кино по телевизору, да еще и с увлечением читать колонки светской хроники.

Вслед за представителями киноиндустрии и певцами в развеселый город на побережье, получивший название Джорджия в честь основательницы карнавала цветов, потянулись и модельеры, превращая его в город современной моды и модельных агентств; за ними перенес свое производство крупный автомобильный концерн; а уж потом на почтенном удалении от развеселых пляжей в удобной бухте появился военный порт.

Позже всех в Джорджию была перенесена штаб-квартира РСР, когда прежнюю взорвали недоброжелатели. Сие прискорбное событие произошло уже во времена правления Джонатана II. РСР пришла к выводу, что неподалеку от Джорджии есть уникальные природные условия для создания самой надежной и сверхсекретной тюрьмы в мире, где отныне будут содержаться государственные преступники, и построила эту самую тюрьму на острове в заливе. Местные жители сделали вид, что ничего не заметили. РСР была только рада этому.

Наверное, от того, что многие жители Джорджии были людьми творческими, жизнерадостными, любящими пляж, свободу, веселье и карнавалы, этот город и имел легкий нрав. Он мало кого ломал или выбрасывал на обочину жизни, как делали Фритаун или Ариэль. Здесь всегда можно было найти работу, или же работая уборщиком на киностудии, дожидаться шанса сняться в кино. Сюда приезжали молодые и не очень молодые люди в надежде стать знаменитыми и богатыми, в надежде, что однажды их песни услышит весь мир, или фильмы с их участием станут самыми кассовыми в истории кино!

Местный фестиваль кино и песни со временем превратился в церемонию награждения самой престижной наградой в киноиндустрии. Карнавал цветов породил множество школ танцев и праздников танцев и костюмов, которые длились по несколько дней каждый.

Веселый красивый город, стоящий на пляже, взбирающийся в горы, он радовал своих жителей постоянным солнцем, теплым морем, легкой жизнью и искрящимся весельем. Даже самые бедные жители города были людьми веселыми и не теряли надежду на лучшее, даже если жили на пляже, и их домом была коробка из-под холодильника. Кто знает, может быть, однажды их заметит знаменитый режиссер и вознесет к вершинам славы?!

Сумасшедший, неунывающий город, где царило вечное веселье и карнавал, а смех слышался из каждого распахнутого окна, из каждой двери, из-за каждой живой изгороди или забора. Жители города не замечали, что рядом с их развеселыми компаниями и домами возвышается главное здание РСР, где обитает грозный кошмар всех иностранных шпионов, всех розмийских мятежников и кошмар всех недоброжелателей короны и Розми генерал Бодлер-Тюрри. Честно говоря, похоже, что жители развеселой Джорджии и не знали ничего о том, что штаб-квартира РСР расположена в их городе… Такое было вполне вероятно, ведь они обладали потрясающей способностью: не замечать то, что могло нарушить их покой.