Демон-искатель
Шрифт:
Все с ужасом посмотрели на незнакомца в черной шубе и опирающегося на трость.
– Да, возможно это волк или медведь? – предположил один из почетных гостей.
– А может кабан? – заговорил другой.
– Брось! Кабан? Это наверняка рысь!
– Рысь слишком мелкая тварь! – возразил другой голос.
И так началась настоящая неразбериха! Все дельцы Иркутской губернии начали наперебой спорить о возможных хищниках в Сибирских лесах.
Пока Хлевадий не закричал:
– Хватит!
Но парень этого не заметил, он искал своим тревожным взором Марианну, но ее, похоже, среди толпы не было.
– Я одобряю твое решение, май френд! – вышел вперед граф. – Я постараться быть полезным для ю и нас!
Он раскинул широко руки, как бы, обхватывая ими всю толпу и в этот момент, все одобрительно загоготали, даже батраки с Ваней одобряли это решение. И лишь отец Анатолий смиренно молчал.
Пока светила луна все жители Иркутска, которые еще не спали с интересом, выходили из своих лачуг, чтобы поглядеть, из-за чего эта круговерть началась.
К рассвету все уже знали, что произошло. И тогда все были напуганы случившимся. Но для некоторых мерзавцев данная картина была окном в лучшую жизнь, поскольку теперь вакансия надзирателя была свободна. В этот промежуток батраки отнюдь не веселились, ибо прекрасно понимали, что на место старого Григория придет новый!
Все это осознавали и Ваня в том числе. И ему пришлось хуже всех, потому что Хлевадий был уверен, что убийство совершила эта «собака»! Как Бараков говорил про паренька. Он дал ему задание служить Винчестеру.
– И смотри у меня батрак! Если и его убьешь! Я сдам тебя служащему!
Ваня на это ничего не ответил и вновь продолжал смиренно сносить оскорбления и удары хозяина. Единственное, что утешало это Марианна. Ее он видел теперь неоднократно, и отец теперь не мог никак этому помешать. Но буржуй отнюдь не огорчался, ведь он считал, что «собаку» все равно ждет виселица.
Сам парнишка испытывал еще более дикий страх, даже Марианна, которая так и тянулась к нему, не могла унять этот ужас.
Когда он возвращался в хлев к другим батракам, те встречали его презрительным взглядом, полным страха и недоверия. Они тоже полагали, что убийцей был сам Ваня. И для мальчика настали еще более тяжелые времена, его товарищи начали сторониться его и боятся, а те кто был, посмелее вообще отбирали у него еду.
– Из-за твоего деяния нам скоро еды давать перестанут! – говорили они.
Даже Дима ничего не говорил. Смиренно молчал и ел пшеницу с черным черствым хлебом. К вечеру Ваня подошел к брату и спросил:
– Ты веришь в это?! Веришь, что я убил его?!
– Я
– Возможно, что это ты это сделал! Тряпка смердящая! Ты это сделал!
В этот момент мальчик был в ярости, что родной брат его ничего не делает ради него! Когда он оскорблял Диму тот просто отвернулся и ушел ничего не говоря.
Два дня Ваня прислуживал Винчестеру. Тот оказался полнейшим снобом.
– Май деа! Ноу, ноу! Тебя должны были говорить, как низкий ты должен подавать мне брекфаст! Я важная особа, май деа и ты нау, что будет если для Хлевадия дойти моя жалоба!
«Бараков выбирает друзей себе под стать». Вот так и подумал Ваня первым вечером.
На второй день всех батраков встретила новость… Новый надзиратель нашелся! Это был огромный лысый боров, который был еще хуже старика Григория, но если Григорий был верен хозяину, то эта свинья плевать хотела на буржуя. В итоге всем батракам досталось ужасно. Иннокентий, а именно так звали этого мерзавца, был строг.
Тумаки и удары получали все без исключения! Каждый рабочий говорил:
– Я ничего не сделал?
На что Иннокентий отвечал:
– Ты все еще блеешь овца! За работу!
И тут получил удар по черепу плеткой! Вскоре их тела покрылись синяками, ссадинами. Но они молчали и тихо ложились на свои сеновалы и жутко страдали. Тело каждого ныло словно их жгли каленым железом. Но это было не самое худшее, что происходило в губернии. Скот и вся еда приобрела отвратительный привкус гнили. И на Баракова начали бросаться другие буржуи. И собаки тоже словно дикие стали бродить по улицам, постоянно скаля зубы.
Ване было также плохо. Винчестер насмехался над ним и говорил:
– Слезники, май деа, должны ползать в угоду старшим бразэр!
Теперь даже присутствие Марьяны не помогало. К вечеру третьего дня золотые волосы и его лицо покрылись кусками грязи и следами от сапог Иннокентия.
А Хлевадий как раз третьим вечером обсуждал с одним из гостей необычное происшествие.
– Говорю, – рассказывал гость. – Собаки словно с цепи сорвались! Сегодня двоих моих детей покусали!
– Да я в курсе, – машинально ответил Хлевадий.
– С тех пор как твой старый друг объявился всякая жуть начала твориться! Коровы не дают молока, курицы яйца не несут!
– Винчестер тут не при чем, Леонид Гаврилович! – внезапно вспылил Бараков. – Это все этот отброс! Он убил Григория! Раскромсал его тело, а части тела выбросил как мусор!
– Успокойся, друг, – мягко проговорил Гаврилыч. – Давай лучше ответь, когда сыскной приедет из столицы, в помощь нашему комиссару?
– Примерно через две недели, – уже спокойно ответил буржуй.