Демон-хранитель
Шрифт:
В какой-то момент Адель проснулась, и я отпустил её. Она пошла рядом, нисколько не жалуясь на усталость. А ведь на ней были туфельки, а не удобные ботинки, как у меня.
Вскоре Виктор уверенно свернул с утоптанной тропинки и нырнул в густые кусты, заботливо придержав ветки. Я удивлённо посмотрел на него, мол, куда мы идём, но он показал мне ладонь и кивнул. Пришлось пожать плечами и довериться. Впрочем, других вариантов у меня не было в принципе. Без знания языка, в одежде, что вызывает куда больше вопросов, чем даёт ответов, в государстве, что, скорее всего, настроено против меня. Возможно, найдутся
Через час, а может, и больше, мы вышли к небольшому ручью. Трава здесь не была никем примята, плотные заросли окружали это место со всех сторон. Так что можно было сказать, что мы в условной безопасности, и вероятность наткнуться на кого-то чужого — минимальна.
— Привал, — перевела мне Адель слова отца и упала на зелёный ковёр.
В этот момент я понял, насколько мы все устали.
Сирень сразу же засуетилась. Она отрезала ещё кусок от многострадального пледа, попыталась промыть его в ледяной воде и с большой теплотой во взгляде, постаралась хоть как-то привести себя и мужа в порядок. Было приятно смотреть за этой парой.
Сильные, но явно глубоко любящие друг друга люди. Они так нежно смотрело друг на друга, что всё было ясно без слов. И оттого ещё больнее было видеть, как в бледных руках Сирени тряпка стремительно становилась красной от крови.
Я указал на ручей и спросил, можно ли из него пить. И как только получил уверенный кивок, запустил ладони в студёную воду и жадно глотал до ломоты в зубах. Ни с чем не сравнимое удовольствие!
Адель попыталась повторить мой опыт, но сделала всего несколько глотков и уселась обратно на траву. Она вела себя не как маленькая девочка: никаких истерик, требований, а только спокойствие и серьёзно нахмуренные брови. Только всё время прижимала к себе медведя и смотрела на меня. Подобное поведение меня крайне удивляло, но радовало. Куда сложнее было бы заниматься тем же самым, но с истерящим на руках ребёнком.
Мне было очень интересно узнать о них что-нибудь, но когда я обернулся, Адель уже сопела, завернувшись в плащ отца. Ладно, подожду.
Ко мне подошла Сирень, начала что-то говорить и показывать жестами. Кажется, она говорила, что нужно найти еды. Пришлось ей ответить, что из меня охотник, как из Виктора балерина. Уверен, что она ни слова не поняла, но аналогию уловила.
К слову, выглядела она бодрее, видимо, магия восстанавливалась со временем. Сирень что-то сказала Виктору, тот кивнул и скрылся в густых зарослях. Неужели пошёл на охоту? И кого же он мечом поймает? Кабана?
Пока его не было, женщина отмыла миску и даже смогла починить котелок, запустив в него маленьким зарядом огня. Стенки мягко расплавились и закрыли дыру. Новым он выглядеть не стал, но воду удержать теперь мог. Я же ещё больше убедился, что Сирень явно не раз была в походах. Обычному обывателю такое навряд ли придёт в голову.
С такими заклинаниями нам и костёр не был нужен!
Виктор вернулся совсем скоро с очень странным набором добычи: ягоды, корешки и листья. Всё это он передал жене. Она тщательно промыла, порезала и закинула в котелок. На суп не было похоже, но выбирать не приходилось.
Когда остыло, Сирень попробовала варево и удовлетворённо кивнула. Виктор
С недоверием понюхав содержимое котелка и не обнаружив подозрительного запаха, я сделал глоток. Прислушался к своим ощущениям и вдруг с удивлением понял, что по телу расползается не только приятное тепло, но и лёгкая бодрость. Оказывается, они знают толк в травах, это значительно повышало шансы на выживание.
На запах варева открыла глаза и Адель. Сирень подала ей котелок и погладила по голове, что-то ласково проговорив.
Вдруг мы услышали громкий шорох и жуткий визг ребёнка. Я мгновенно вскочил и был готов влететь в драку, но Виктор и ухом не повёл. Просто встал и снова скрылся в кустах, чтобы через десять минут явиться с окровавленной тушкой.
Сирень сразу поняла, зачем пошёл её муж, и поэтому отвела дочь подальше, чтобы не показывать ей пойманного зайца. Разделал его Виктор. Может быть, и недостаточно умело, но явно зная, что делать. А вот за готовку принялась уже жена.
Пусть у нас не были ни соли, ни специй, но съели мы все до косточек. Адель снова забралась под плащ вместе с матерью. Девушки забылись беспокойным сном, мы же с Виктором жестами договорились дежурить по очереди. Короткий жребий, в котором мне досталась вторая вахта, и я отправился спать.
Сна у меня не было ни в одном глазу, но стоило прикрыть веки, как я тут же провалился в темноту.
Спал без сновидений, чему был очень рад. Когда поднялся, заметил, что Сирень куда-то ушла, а Адель болтает с отцом, играя возле ручья. Он для неё смастерил маленькие лодочки из листьев, и они запускали их по воде. Был уже поздний вечер, стало прохладнее, и ребёнка завернули в огромный плащ, чтобы она не замёрзла.
Увидев, что я проснулся, мне выдали остатки вчерашнего питья. Хотелось, конечно, принять душ и нормально почистить зубы, но что поделать? Пришлось елозить по зубам пальцем, да плескать в лицо студёную воду.
— А где твоя мама? — спросил я Адель.
— В лес пошла, что-то ищет там, — пожала плечами она, — говорит, нужно тебе помочь.
Убедившись, что я окончательно пришёл в себя, Виктор завернулся в плащ и мгновенно уснул. Всё же мировой мужик. Надеюсь, он не ушёл в спячку на сутки.
Сирень появилась нескоро. Мы с Адель уже успели сделать десяток корабликов, накормить ягодами медведя, которого, как я выяснил, звали Беня, и нарисовать несколько домиков тонкой палочкой.
Я всё хотел расспросить её про семью, но решил, что разумнее говорить об этом с её родителями. Едва я об этом подумал, из леса вышла Сирень, вся перепачканная в земле и с листьями в светлых волосах.
Она разложила свою добычу на траве и тщательно всё помыла. Потом пришёл черёд котелка и миски. Я следил за тем, как ловкие пальцы магини аккуратно разрывают и разминают зеленушку. В воздухе поплыл приятный аромат мяты и, кажется, знакомо горький, ромашки. К этому добавилось ещё что-то пряное, а потом всё это забило мне нос, и я оглушительно чихнул.
Виктор приоткрыл глаз, убедился, что на нас никто не напал, перевернулся на другой бок и снова заснул. А Сирень тем временем продолжала колдовать над зелёной кашей, в которую превратились растения.