Чтение онлайн

– Хватит, Катарина, – шепнул он чуть слышно, пристально наблюдая за дядей, который в этот момент заливисто смеялся над очередной своей чрезвычайно остроумной шуткой, не забывая при этом незаметно поглядывать по сторонам, проверяя – все ли ее оценили. – Прошу, достаточно! Иначе и сама опозоришься, и меня заставишь краснеть за тебя.

Я вскинулась было ответить ему что-нибудь резкое, но перехватила взгляд Марко. Дядя Фабиона искоса посмотрел на меня с затаенной иронией, и я вдруг поняла, что он в курсе всего происходящего.

Вполне вероятно, даже сам заставил глухого Ацария якобы случайно наполнить мой бокал вином, чтобы потом было легче разговорить меня на опасные темы.

Я отодвинула бокал, и в тот же миг Марко встал, скинув с себя притворную любезность и смешливость.

– Прошу меня простить. – Его губы все еще улыбались, хотя холодный взгляд был прикован ко мне. – Саэр Алоний, саэра Алисандра, если вы не против, я бы переговорил с вашей дочерью. По-моему, незачем больше откладывать этот неприятный момент.

– Да-да. – Отец вскочил со своего места и согнулся перед ним в поклоне, преисполненном раболепия. – Как скажете, ирон Марко. Я сделаю все возможное, чтобы вашей беседе никто не помешал.

– Спасибо, – все так же не отрывая от меня глаз, сухо поблагодарил Марко. С легким вежливым поклоном протянул мне руку, обойдя длинный обеденный стол. – Саэрисса Катарина, надеюсь, вы не откажетесь составить мне компанию?

Я в свою очередь поднялась, порывистым движением едва не опрокинув стул с высокой резной спинкой. Некоторое время с молчаливым вызовом смотрела в прозрачные ледяные глаза Марко, затем с притворной покорностью склонила голову.

– Как скажете, – прошелестел мой нарочито равнодушный голос. – Я вся в вашем распоряжении, ирон Марко.

И вложила свою ладонь в его руку, затянутую в тончайшую кожу перчатки.

Мужчина сжал мои пальцы. Не до боли, но ощутимо, прекрасно чувствуя ту самую грань между простым рукопожатием и пыткой, в которую оно может обратиться. Я не позволила себе и поморщиться, глядя ему в лицо с невинной улыбкой растерянной девочки. Эта роль мне всегда удавалась наилучшим образом.

– Неплохо, Катарина. – Марко широко улыбнулся в ответ на мое представление. – Очень неплохо. Но не забывай, кто ты, а кто я. Я не люблю, когда в играх заходят слишком далеко.

– Не понимаю, о чем вы, – ровно проговорила я, ни на миг не позволяя себе отвести от него взгляда. – Ирон Марко, вы меня пугаете.

– Пока еще и не начинал, моя дорогая, – сказал он так тихо, чтобы только я это услышала. – Но в любой момент могу приняться за тебя всерьез, учти это.

– Дядя… – Со своего места поспешно встал Фабион, видимо почуяв ледяное дуновение ветерка опасности. Кашлянул и поправился: – То есть ирон Марко. С вашего позволения, я бы желал принять участие в разговоре с Катариной Валания. Как-никак я был одним из основных действующих лиц разыгравшейся трагедии. Полагаю, мои показания могли бы оказать неплохую помощь в расследовании.

– Дело уже раскрыто, –

лениво отозвался Марко, разглядывая меня с энтузиазмом безумного борца с ведьмами, которые всего несколько десятилетий назад сжигали целые деревни по подозрению в занятиях темной магией. – Но если ты желаешь этого – не буду препятствовать. Все равно мне необходимо переговорить с вами обоими. Насколько понимаю, ты, Фабион, слишком завяз в проблемах рода Валания, позволив себе недопустимую личную заинтересованность.

Фабион зло сверкнул зелеными глазищами, но промолчал, лишь покорно склонил голову, принимая заслуженный упрек.

– Проводите нас, – приказал Марко моему отцу, наконец-то оторвав от меня тяжелый изучающий взгляд, и я позволила себе чуть слышный вздох облегчения, поскольку свинцовый обруч вокруг головы немного разжался. А мужчина тем временем продолжил, все так же сжимая мою руку в своей: – Саэр Алоний, пожалуйста, предоставьте нам комнату, где нас никто не побеспокоит.

– Да, конечно, – проблеял мой отец. – Мой кабинет…

– Показывайте дорогу, – сухо распорядился Марко. И почти насильно выволок меня из обеденного зала, словно не заметив слабого сопротивления.

Последовал за нами и Фабион, странно бледный и расстроенный. Чудно, неужели он настолько переживает за мою судьбу? С чего бы это, спрашивается?

В кабинете моего отца Марко Шаорраш первым делом подошел к небольшому столику, полностью отведенному для разнообразнейших алкогольных напитков. Неполную минуту любовался на ровный ряд бутылок всех цветов и размеров, затем плеснул себе в стакан загадочной зеленоватой жидкости, от которой исходил сильный запах полыни и меда.

– Вам может прийтись не по вкусу, – рискнул предупредить его отец, который все еще нерешительно мялся на пороге, не зная, то ли остаться, то ли удалиться. – Это настойка, сделанная по особому рецепту…

Марко искоса глянул на моего отца – и тот замолчал, моментально потерявшись. А мужчина тем временем осторожно пригубил напиток и закрыл глаза, смакуя послевкусие.

– Неплохо, – наконец вынес Марко свой вердикт, и отец расцвел в улыбке, будто лично готовил настойку. Впрочем, он моментально пожалел об этом, поскольку дядя Фабиона еще раз посмотрел на него и негромко скомандовал: – Прочь! И не вздумайте подслушивать под дверью!

– Но… – растерянно замямлил отец, вряд ли ожидая столь строгой отповеди в собственном доме.

Марко приподнял кустистую бровь, и отца словно корова языком слизнула. Лишь хлопнула, закрываясь, дверь.

Я угрюмо стояла примерно в центре комнаты, ожидая, когда Марко соизволит обратить на меня свое высочайшее внимание. Он, однако, словно совершенно забыл о моем присутствии. Медленно отошел к одному из книжных шкафов и надолго замер около него, придирчиво изучая потрепанные корешки многочисленных фолиантов.