Чтение онлайн

За час с небольшим, не без помощи кулинарной книги Георг состряпал вполне достойный обед из трех блюд. В качестве закуски он собирался предложить Марте зеленый салат из молодой капусты. Основным блюдом предполагалась остывшая, но (молодому человеку очень хотелось в это верить) от этого не менее вкусная запеканка из макарон с фаршем. Роль десерта была торжественно возложена на свежие ягоды, которые Георг заботливо уложил в герметичную коробочку.

Собрав обед и нехитрые пожитки в свой ученический рюкзак, Георг добрался до колледжа вдвое быстрее обычного. Все мысли молодого человека были

заняты скорой встречей с Мартой, отчего он сделался подслеповатым и глуховатым, и едва не сбил с ног директора на ступенях крыльца.

– О! Господин инквизитор, я вижу разговор вчера прошел успешно, – вполголоса окликнула она Георга.

Упоминание должности тут же привело Георга в чувство. Оно могло натворить немало бед, если бы было услышано посторонними! К счастью, на крыльце и рядом с ним больше никого не оказалось, и инквизитор смог облегченно выдохнуть.

– Да. Я очень благодарен вам за помощь, госпожа директор.

– Надеюсь, вы не только свой личный интерес вчера удовлетворили. Не в укор вам будет сказано, и все же скоро полнолуние. Если мой настенный календарь верен, то уже в следующую среду в этих стенах… Кто знает, что может случиться?!

Молодой инквизитор смутился.

– Ну, что вы? Какой «личный интерес»? – попытался было откреститься Георг, но вовремя сообразил, что заверения о том, что Марта ему безразлична, прозвучат фальшиво. Да, о любви между ними речи вести не стоило, но симпатия и дружеские чувства к девушке после вчерашней прогулки и не подумали ослабнуть.

Опустив голову и стараясь не смотреть в глаза наблюдательной женщины, Георг заговорил о другом:

– Не беспокойтесь, госпожа директор. Я полностью контролирую ситуацию в колледже. Я обещаю, никто не пострадает. Сегодня у нас…

– Пятница, господин инквизитор.

– Пятница… Значит, до полнолуния еще целых пять дней и кусочек сегодняшнего! Преступники будут пойманы.

Ледяная королева неопределенно качнула головой. В одной руке она держала сумочку, другой – прижимала к груди пачку каких-то документов. Перехватив сползшие бумаги, она было продолжила путь к своему кабинету, но потом вновь обернулась к инквизитору.

– Вчера я дала вам совет, Георг, – задумчиво проговорила госпожа директор, переходя на самое простое обращение: вокруг них образовался небурный поток учащихся, и только оно могло теперь использоваться. – Однако происходящее сейчас, заставляет меня думать о его ошибочности. К несчастью, вы оказались не столь разумны, как, мне казалось.

– Я…

– Вы еще только в начале, смею надеяться, долгого пути. И именно поэтому я сегодня ограничусь разговором с вами. Однако если вы не услышите меня, мне придется обратиться к вашим… наставникам. Поймите меня правильно: я ничего не имею против вас, но моя должность обязывает меня принимать все возможные меры для обеспечения безопасности учащихся «Белой розы».

От справедливого упрека Георгу сделалось не по себе. В самом деле, ведь он не какой-то ученик! Он – инквизитор. Его выбрали из многих претендентов, доверили ответственное дело, а он… Он повел себя недопустимо, после беседы с Мартой с головой окунувшись в обычную жизнь и напрочь позабыв о деле.

Впрочем, этот неприятный урок Георг,

пожалуй, перенес бы без излишних гнетущих размышлений, если бы чуть позже Марта также не сделала ему замечания. Георг подошел к ней в начале обеденной перемены и продемонстрировал коробочки с приготовленной утром едой.

– Вчера вы сделали неправильный вывод из нашего разговора, Георг, – пролепетала Марта, нарочно делая акцент на обращении к однокласснику.

Ее «вы» ощутимо ужалило Георга.

– Я решил, что мы с тобой можем подружиться, – ответил он, в свою очередь старательно подчеркнув интонацией «тобой».

– Нет, Георг. Вы решили, что я нуждаюсь в вашей дружбе и заботе. Вы решили, что мне необходима ваша жалость. И не говорите, что это не так! Вы смотрели на меня с сочувствием еще вчера.

«Вы, вы, вы…» Георг упрямо пододвинул девушке коробочку с обедом, откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на Марту: на поникшие плечи, на крепко переплетенные бледные тонкие пальцы, на прикрытые пушистыми ресницами покрасневшие глаза.

– Я понимаю, – сказал он, сделав из этого единственно возможный вывод. – Дело не в том, как я смотрел на тебя вчера и что думал. Дело в том, что гувернер вчера обошелся с тобой суровее обычного.

– Мой гувернер, Георг, здесь совершенно не причем!

Георг почувствовал, как презрение и ненависть к месье наполняют его.

– Да, конечно, – процедил он сквозь зубы. – Иначе ты не смеешь сказать.

– Потому что это правда!

– Нет! – возмущенно прокричал молодой человек и виновато потупился.

Георг сделал глубокий вдох, приводя чувства в порядок. Кричать, привлекая внимание, или голословно обвинять гувернера в жестокости было бесполезно. Этим он мог скорее навредить Марте, чем помочь.

«Я – инквизитор, – уже второй раз за день напомнил себе Георг. – Мое дело – еретик, но… Огненная бездна! Я же не могу бросить ее в беде!»

– Марта, у тебя глаза красные и серый цвет лица. Так бывает, когда не спишь и плачешь всю ночь, – привел Георг неоспоримое доказательство своей правоты.

Марта машинально обхватила себя за плечи, от чего стала выглядеть еще более несчастной.

– Это не имеет значения…

– Имеет! – решительно заявил Георг. Вновь поддавшись чувствам, он вскочил на ноги и обрушил удар ладони на столешницу. – Этого нельзя так оставлять. Я этого так не оставлю! Если хочешь, можешь не считать меня своим другом, но именно по-дружески я помогу тебе.

Марта ничего не ответила на это, что Георг посчитал добрым знаком. Если она смирилась с помощью, она не станет препятствовать ему.

– Твой гувернер – страшный человек, Марта. Знает ли твой отец, какого человека он нанял?

– Мой отец нанял лучшего из возможных.

– Раз так… Значит, он опрометчиво дал месье Дэмону слишком много прав, и власть ослепила твоего гувернера!

Внезапно Марта улыбнулась и расслабилась. Кончиками пальцев коснулась коробочки с обедом. Провела по прозрачной крышке от края до края и, едва пальцы соскользнули с коробочки, спрятала руки под парту. Еще немного девушка посидела, будто выжидая, пока эмоции улягутся и голос будет выдавать лишь те из них, которые она может ему позволить.