Дело генетиков

В современной России в истории нет фактов, есть мифы, созданные научными князьками, снобами от науки, монополизировавшими доступ к издательствам и средствам массовой информации. У них много денег,

поступающих из Вашингтонского обкома денег, и они вдалбливают в мозги читателей удобные им интерпретации фактов и мифов о СССР и Сталине. Давайте же пройдемся вместе со мной по пути познания истины. Я буду задавать вопросы и отвечать на них. А вы проверять, правильно ли я на них отвечаю.

А сама книга вот о чем. В годы «перестройки» вокруг имени народного академика Лысенко была развернута дикая истерия, сравнимая с истерией вокруг имен Берии и Сталина. Поэтому к настоящему времени имя Лысенко настолько заплевано и оболгано, что в массовом сознании олицетворяет собой все худшее, что может принести с собой лженаука, а сам он представлен шарлатаном и мракобесом. При этом клеветники не стесняются открытой лжи и подтасовок, достойных даже не желтых газет, а геббельсовских поделок.

Я, как профессиональный биолог, хорошо знакомый с генетикой, категорически утверждаю, что данная точка зрения лишена оснований и Лысенко на самом деле является выдающимся советским естествоиспытателем, что я доказываю в настоящей книге, и я не одинок в своих суждениях. В 1996 году Дж. Симмонс опубликовал книгу о ста ученых, где они были расположены в порядке значимости их открытий для человечества. Лысенко получил номер 93. Очевидно, что не случайно…

Много внимания уделяется в современной литературе обвинениям Сталина в том, что он, дескать, разгромил советскую генетику в ходе приснопамятной сессии Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им. Ленина (ВАСХНИЛ) 1948 года, тем самым будто бы отбросив советских генетиков на задворки мировой науки. Продолжая раскрывать тему «сталинских репрессий», я попытаюсь проанализировать и этот исторический факт, факт административных гонений на генетиков после 1948 года, беспристрастно разобраться во всех этих обвинениях против Сталина, продолжая свою прежнюю линию — не замалчивать неприятные факты и избегать фанатизма и эмоций. Я попробую посмотреть на данный исторический факт не только с точки зрения обид некоторых генетиков, но и с точки зрения проблем всей советской страны и ее науки.

В свое время, когда я писал книгу «Сталинский порядок», последним рубиконом, за которым начиналось полное оправдание в моей душе поступков Сталина была как раз печально известная сессия ВАСХНИЛ. Скажу сразу, что административные гонения на генетику и генетиков после 1948 года были, возможно, единственным и, видимо, непредвиденным сбоем в процессе адаптации советской науки к русскому способу производства, наиболее полно реализованному именно в годы правления Сталина. Однако не отрицая пагубной роли административных гонений на ученых-генетиков, я в данной книге докажу, что сбой, произошедший с Лысенко, принес советской науке гораздо меньше вреда, чем клановость в науке, монополизация истины и научное кумовство, широким фронтом расцветшие после смерти Сталина. Я попытаюсь продемонстрировать, что Сталин использовал открытые собрания ученых сообществ как раз для борьбы с этими негативными проявлениями в советской науке.

По мнению противников академика Лысенко, игнорирование им многочисленных и хорошо известных экспериментальных фактов в сочетании с использованием

идеологической фразеологии и политических обвинений в борьбе с оппонентами позволяет квалифицировать его деятельность как антинаучную. Именно так оценивают ее подавляющее большинство биологов как в России, так и за рубежом. Однако эти обвинения в адрес академика в большой мере преувеличены, беспочвенны. Не нужно забывать, что наука — это не партсобрание и научная истина определяется не большинством голосов…

История советской науки была сложна и противоречива, но ее успехи общеизвестны и признаны Западом. Достаточно сказать, что после смерти Сталина СССР имел половину всех инженеров в мире и более половины всех геологов.

В целом, наука в СССР давала конкретные результаты. СССР первым создал атомную станцию, первым запустил спутник, первым вывел человека в космос, первым разработал токомаковскую модель для термоядерного синтеза. СССР был лидером в теоретической физике и математике, океанографии, металлургии, магнитогидродинамике, химическом катализе.

Именно в годы советской власти наука в России получала наибольшую поддержку со стороны государства. В СССР было наибольшее количество ученых — специалистов в разных областях науки, а также научных школ, что дало ряд блестящих открытий в самых разных областях научной деятельности.

Ну и последнее. Почему-то наследники морганистов присвоили себе наименование генетиков. На самом деле Лысенко и его сподвижники имели не меньше прав сказать, что они генетики тоже. Но Лысенко постоянно подчеркивал, что он мичуринец. Поэтому я в книге буду называть противников Лысенко морганистами, а лысенковцев — мичуринцами.

Возьму сразу быка за рога. Печально известная сессия ВАСХНИЛ состоялась с 31 июля по 7 августа 1948 г. и получила название августовской сессии ВАСХНИЛ 1948 г. Сессия завершилась разгромом генетики. В качестве основных лиц, против которых были направлены выступления Лысенко и его сторонников, были выбраны И.И. Шмальгаузен — морфолог и эволюционист и генетики Н.П. Дубинин и А.Р. Жебрак.

На сессии Лысенко сделал свой знаменитый доклад о генетике. Говорил Лысенко очень горячо и искренне. При этом Лысенко намекнул, что тов. Сталин прочитал и полностью одобрил его доклад.

Действительно, Сталин читал и даже правил доклад Лысенко, прочитанный на сессии. Например, Сталин вычеркнул из доклада Лысенко все упоминания о буржуазной биологии. В том месте, где Лысенко утверждал, что любая наука классовая, Сталин написал на полях: «Ха-ха-ха! А как насчет математики, а как насчет дарвинизма?»

В своем докладе Лысенко подчеркивает роль внешней среды, призывает к большей практической направленности селекционной работы, критикует морганистов за увлечение фундаментальными исследованиями на мушках-дрозофилах, подчеркивает свою приверженность Мичурину.

Далее. Предвосхищая результаты выборов в академию, Лысенко заявил, что ВАСХНИЛ «в скором времени, при ближайших выборах еще более пополнится значительным количеством новых академиков и членов-корреспондентов — мичуринцев…» (в скобках замечу, что эта фраза говорит о том, что морганисты, заняв большинство постов в академии, противились выдвижению туда ученых-практиков).

Немногие морганисты отважились выступить против Лысенко. Большая часть их отступили от идей морганизма. Видимо, они уже предчувствовали, что скоро грядут административные гонения. А может не очень верили в эти идеи?