Шрифт:
Общение с этим самовлюбенным козлом доставляет не только моральный, но и физический дискомфорт. Ощущение, будто жуешь стекло, а выплюнуть не можешь. До чего же он противный. Эта прическа, белые-белые волосы, глаза, которые так и говорят «умри, сука».
— Ну, Морган, готова к мучениям? — он перегородил мне проход, уперевшись рукой в стену. Опять, это происходит каждый гребаный год.
— Малфой, свали, ты одним своим видом вызываешь тошноту, — я задрала голову, чтобы смотреть не в пол, а прямо в его бессовестные глаза.
— Ради этого и живу, — прошипел блондин и, задев меня плечом, пошёл своей дорогой.
Каждый
Я ни о чем не жалею. Только если немного. Я жалею, что я дружила с этим мудаком. Гарри каждый раз интересуется, как я его терпела начиная с рождения и до поступления в Хогвартс. Наверное, учитывая, что мы ели чуть ли не из одной тарелки, я просто привыкла.
С детства нам говорили, что мы поступим на Слизерин, потому что мы аристократия, а не какие-то полукровки, которых Люциус даже за магов не считал. «Жалкое подобие», вот как он их величал. А Драко… Да он маленькая, такая же жалкая, копия своего отца.
Я поднимаюсь в Гриффиндорское общежитие, где меня ждут Гарри и Рон.
— Элис, ты чего так долго? Мы заждались, — Рон что-то жевал, поэтому говорил Поттер.
— Малфой отнял драгоценные минуты моей жизни, — я села на красный диван. Тут так комфортно. Красно-желтая комната буквально согревает меня изнутри. Осознавать, что я вот-вот закону обучение очень сложно.
— Когда-нибудь я ему врежу, — сказал Уизли, а я улыбнулась. Сама бы ему выдернула его лохмы, которые он раньше зализывал так, будто выливает банку лака. Как только представляю его физиономию, мне становится дурно.
— Это моя война, — я взяла из вазочки печенье, — Когда-нибудь я утру этому голубокровному ублюдку нос.
В комнату зашла Гермиона, причём весьма в хорошем расположении духа. Но в воздухе затрещало небольшое напряжение, которое исходило от Рона.
— Угадайте, кто теперь староста Гриффиндора? — почему я не удивлена?
— Поздравляю, — я встала и обняла Грейнджер. От неё всегда пахнет пряностями и цитрусом. Я называю это «рождественским ароматом».
Каждый раз, при подобных посиделках, я благодарю Мерлина за то что я гриффиндорка. Подумаешь, я стала белой вороной и позором семьи. Подумаешь, наша многолетняя дружба с Малфоем закончилась хреновым отношением. Плевать, что я разочаровала всех.
Во время прошлогодних событий мы доказали, что дружба — это самое важное. На Слизерине такому не научат.
— Эл, ты же снова в команде в этом году? — Гарри вырвал меня из раздумий.
— Ну, конечно, если меня не выгоняет… — это так, к слову. Как бы самоуверенно не звучало, но я один из лучших игроков. Как говорится, не умеешь в учёбе, научись в спорте.
— Слушай, не хочешь побыть ловцом?
— Не говори, что ты собираешься свалить, — с нажимом сказала я, разглядывая Поттера.
— Это я и хочу сказать.
Ну вот, понеслась. Хорошо, прекрасно, отлично. Такое ощущение, что все против меня. У Слизеринцев за ловца Малфой. С удовольствием надеру ему зад. Хотя я стараюсь контактировать с ним по минимуму, это редко получается, учитывая, что наши родители дружат. «Ой, наши дети такая хорошая пара», «Ребята, сходите погуляйте вместе», «А давайте мы вас сфотографируем» — хоть я гриффиндорка, но все-таки чистокровная. Слишком. Голубая кровь, аристократия. Ну, а Драко постоянно
— Элис? Ради Мерлина, ты можешь перестать пялиться в одну точку! — нервно выдал Рон.
— Ты не видишь, она в мыслях Малфоя расчленяет… — Гермиона закатила глаза. Думаю, пора переводить тему. На данный момент, проще не замечать эту занозу в заднице.
— Вы идете на осенний бал?
— Конечно, спрашиваешь еще… — откликнулась Грейнджер.
Нашу идиллию прервали пятикурсницы, которые бурно обсуждали новую девушку Малфоя. Его вкусы не меняются: стройная фигура, огромные глаза, длинные волосы, а главное, чтобы умом не блистала. Чтобы выделяться на её фоне. Но мы все понимаем, для чего ему девушки. Все его отношения редко затягивается на месяц, он уже по второму кругу по слизеринкам пошёл. Ах да, еще была когтевранка. Прикола ради, мы ведем счёт. Девушка, с которой Малфой расставался пять раз, и в общем счёте провстречался месяц, учится на Слизерине и зовут её Пэнси Паркинсон. Более тупой и приставучей бабы я не видела.
— Мне нужно к профессору Снейпу… Моя палочка на каникулах сломалась, — сказала я, внезапно вспомнив про то, что мама отдала её Северусу.
— Хорошо. Сходить с тобой? Он не в лучшем расположении… — заметила Гермиона.
— Не стоит, — я встала с дивана, — Это буквально десять минут.
Живые картины не перестают удивлять, призраки шныряют туда-сюда, первокурсники мешаются. Я захожу в крыло слизеринцев, повеяло холодом. Здесь как в змеином логове, сыро, тёмно. И жутковато. Но им нравится такой интерьер. Я укутываюсь в мантию, ужасный сквозняк, который пробирает до самых костей. Да уж, очередная причина, почему я рада, что не попала на Слизерин. А то стала бы такой же холодной и скользкой.
— Профессор Снейп, можно? — я заглянула в кабинет зельеваренья, — Мама…
— Да, я помню, миссис Морган отдала твою палочку, — я подошла к его столу.
— Спасибо, профессор Снейп… — я протянула руку, чтобы забрать палочку, но Северус еще не собирался её отдавать.
— Я не знаю, как сказать эту новость. Но скажу прямо, как есть. Вопрос поставлен ребром, — я впервые вижу его таким растерянным, — После прошлогодних событий за вами наблюдают. Насколько я осведомлен, отношения с Малфоем накалились до предела.
— Профессор, не думаю, что наши отношения с этим придурком как-то поменялись. Нет, я его не терплю. Думаю, если с кем и говорить, так это с Малфоем.
— Но я говорю с тобой, надеясь на твоё благоразумие, — он протянул мне палочку, и я неуверенно сжала её в руке. Приятное ощущение, как будто частица меня вернулась. Такое… Тепло, которое я чувствую, находясь в гриффиндорской гостиной.
— Хорошо, профессор. Я постараюсь не прибить Драко в первую неделю.
Я вышла из кабинета вертя в руках палочку из красного дерева. На рукоятке вырезаны узоры. Мне она сразу понравилась. Мы с Драко ходили вместе. Покупали, болтали, потому что мы были лучшими друзьями. И по сей день я знаю его, как никто другой. Я могу сказать, что он сделает в следующий момент, я знаю, что он скажет.