Чтение онлайн

— Если бы ты оказался не тем человеком, браслет убил бы тебя.

— Хорошо, что сказали только сейчас. — Айко равнодушно пожал плечами.

— Теперь иди, мы ещё не закончили.

Айко хотел поцеловать меня, но я остановила его.

— Не сейчас. Потом.

Будет ли это потом? На этот раз он переместился.

— Что теперь? — Повернулась я к жрицам. Нэйт оказалась возле меня.

— Теперь, пора платить за свои грехи. — Она втолкнула меня в начертанный на полу круг. Но это была не мозаика. Когда из рисунков стали выдвигаться до боли знакомые голограммы пирамид, я поняла, что это было. Эхрагон.

Я

не сопротивлялась. Мы с ней смотрели в глаза друг другу, понимая всё без слов.

Фьорнор-Тау. Млечный Путь.

Колония оставшихся эрнанидригов.

Ещё одна планета, наполненная песком. Да что же наши сородичи так любят селиться в этих песках? Если бы я действительно стала Верховной жрицей, я бы сразу запретила весь песок на Дехра-Тау. За последние два дня, я наелась его столько, что не откашляю вовек.

Теперь я восстановила в памяти всю цепочку событий. Моя кратковременная амнезия была связана с тем, что меня хорошо приложили по затылку чем-то тяжелым, что было совершенно не обязательно. Я же сдалась без единого возражения. Жестокие люди. Пожалуй, я переборщила тогда со своими нравоучениями для незнакомой мне правительницы эграйолов.

Мне всего лишь нужно было, чтобы она перестала меня благодарить, встала на сторону своей давней соперницы — Лин-Райны — и разрешила принести меня в эту чёртову жертву. Да, мне пришлось обидеть её настолько сильно, чтобы она с лёгкостью разрешила воспользоваться своим порталом.

Свой личный портал Лин-Райна припрятала где-то в горах. Она не рисковала пользоваться им, ведь о нём не знал никто. Никто, кроме Нэйт, от которой теперь нельзя было скрыть ни один предмет в этой Вселенной.

— Профессиональная деформация. — Прохрипела я вслух, чтобы убедиться, что всё ещё могу говорить. Надо будет поразмышлять о своём поведении на досуге. Когда командуешь флотом из трёх миллионов подчинённых на протяжении последних четырёх тысяч лет, трудно иногда держать себя в узде. Я дико хохотнула и тут же закашлялась. Ещё и поэтому я так любила свой флот. На космических кораблях не было песка и пыли.

Когда мы только прибыли на Мирадау, Нейт, попавшая ко всей этой шайке злопамятных престарелых жриц на целые сутки раньше меня, сразу же передавала мне всю информацию. А когда Иллеаней подключился к нашему тайному клубу со своими видениями будущего, наш план «на троих» по спасению мира начал созревать с первой космической скоростью.

Уже было утро, и я лежала на песке, по-прежнему, не чувствуя рук. Я попробовала почесать спину, чтобы хотя бы убедиться, что всё на месте. Спиной я действительно почувствовала, что все пальцы здесь. Значит просто замлели. Надо стараться двигать ладонями и разгонять кровь по сосудам.

Мои белые грязные волосы лежали у меня на щеке. Кажется, теперь у меня была чёлка. Я пошевелила головой. Сзади волос не чувствовалось вообще. Наверное, мне отрезали их, когда они были собраны в хвост. Видимо, как жест унижения, принятый у многих древних народов, включая айгэнтов и эрнанидригов. Идиоты. Этим меня не проймешь.

? ? ? ? ?

— Почему ты считаешь, что Инраор явится туда собственной персоной, а не в теле одного из своих носителей?

Нэйт хмыкнула.

— Это лишь предположение.

Он заказал у меня слишком много предметов, он хочет заполучить портал, мою диадему и тебя. По нашей предыдущей беседе с ним, мне показалось, что он придёт за вами лично. Но у нас есть только один способ проверить.

— Вообще-то не один, — вмешался оракул. — Я просмотрел несколько путей. С вероятностью в девяносто процентов, эта мразота явится туда собственной персоной. А вот дальше — дальше развитий сюжета может быть несколько. Но, Дэй-Хаирра. Прости. В каждом из успешных вариантов, ты погибаешь. Либо вы оба. Либо же — твои друзья тебя спасают, а мы упускаем Инраора ещё на долгое время. Больше он так близко к нам не подойдёт. Нэйт единственная, кто смог настолько сбить его с толку.

— Значит, мы не можем упустить этот шанс.

Я не боялась.

— Дэй, — оракул с тревогой смотрел на меня. — Если ты выбираешь этот путь, значит, ты отказываешься от предначертанного тебе твоими Старейшинами. Ты не участвуешь в восстановлении своей планеты, не собираешь своих, не сможешь вернуть им всем память прошлого. Не выполнишь их условия — забудешь всё, что с тобой было. Возродишься в таких условиях, в которых гаротские бордели и притоны покажутся раем. Ты это понимаешь?

— Да. Хватит меня пугать. Созидание — это хорошо. Но для чего мне отстраивать своё царство, когда опять придут полчища ахвишемов и снова всё уничтожат?

— Логично.

— Значит, сначала разберемся с этим. А потом можно и ремонт на Дехра-Тау делать. Тем более, у меня будет самый достойный преемник на свете. Какая благодать, что Айко оказался тем, кем оказался. Видишь, оракул, это просто судьба.

— Сейчас ты действительно сама вольна выбирать. В действительности, Старейшины настаивают на том, чтобы…

— А как эти Старейшины рекомендуют уничтожить угрозу из другой Вселенной? Или их волнует только лишь одна заброшенная планета? Решено, Илли. Мы делаем это!

— Не называй меня Илли, я чувствую себя гусеницей.

Он смог выдавить из меня слабую улыбку.

— Иллеаней — очень длинное имя для меня. Понятно, что до последнего момента нельзя говорить Айку. Но почему нельзя Ийеррэйто? Уж кто-кто, а он не откажется от такого плана.

— Ни в коем случае! Если он узнает раньше, запорет всё дело. Ты даже не представляешь, насколько дорога ему.

Я удивленно подняла брови. Да он говорил, но ведь не настолько, чтобы выбрать мою жизнь взамен спасения мира. Я же не его возлюбленная. Оракул покачал головой:

— Я не знаю, что у него в голове, я не телепат. Я всего лишь вижу вариативность будущего. В том варианте, где мы ставим его в известность, всё летит к чертям ещё на взлёте.

— Ясно.

— Дэй, Айко тебя не простит, что скрыла.

— Нэйт, я знаю. И понимаю его. Я бы тоже не простила. Но я уже всё решила.

? ? ? ? ?

Я смогла сесть с двадцатой или тридцатой попытки. Потом завела ноги под бёдра и вывела руки вперёд. Они в порядке. Я начала их разминать и, наконец, почувствовала долгожданное покалывание. Идиоты. Перевязали так, что могла их лишиться. А лежать в саркофаге на своих собственных похоронах я собираюсь при полном параде и в наилучшем виде. На зло всем злопыхателям. Если, конечно, от меня в этот раз что-то останется.