Чтение онлайн

— Крисси, почему ты куришь не переставая?

Тетушка Гвен разгоняла синий дым, который переполнял гостиную. Теперь, сама перестав курить, она не переносила дым.

— Почему ты так развалилась в кресле? Сядь прямо!

Крисси мрачно посмотрела на Сару, сидевшую очень прямо, в черном шелковом платье, на котором был изображен огромный цветок. Ее взгляд явно говорил: «Вот видишь, во что я вляпалась из-за тебя?..» Сара не обратила на нее никакого внимания и продолжала свою тщательно

отрепетированную речь.

— …и естественно, я подумала, что вы поддержите нас, когда придет время нашего дебюта. Моя мать в Чарльстоне, у нее очень хрупкое здоровье, тетя Мейв умерла, и… — Сара решила выложить все козырные карты. — Никто не имеет такого веса в обществе, как вы, тетя Гвен. И кроме того, тетя Гвен, — она называла ее «тетей», хотя никогда не получала на это позволения, — Гвен Марлоу есть Гвен Марлоу… — Она ласково улыбнулась, не ожидая, что ее кто-то станет поправлять.

«Вот нахальная девчонка! Она такая же нахальная, как и вся их порода!»

— Как насчет твоего отца, Сара? Он же популярен в определенных кругах, не так ли?

Сара начала колебаться. Стоит ли говорить о том, что она не видится с отцом?

— Вы правы, в определенных кругах. Но не в тех, в которых вращаетесь вы, тетя Гвен.

— Понимаю. Я разъясню тебе мою точку зрения, Сара. — Она специально не обращала никакого внимания на Крисси, которая в этот момент зажигала еще одну сигарету. — Я недавно обнаружила, что перестала верить в Общество, как мы его раньше представляли. Мне стало все равно. Ветры войны унесли все прочь… Мы все должны что-то делать. Я могу стать фотографом. Я серьезно подумывала над тем, чтобы заняться скульптурой, но Герт Вандербильд Уитни уже занималась этим многие годы, а мне хочется, делать что-то, что будет совершенно оригинальным…

— Очень оригинальным, — пробормотала Крисси.

— Как я уже говорила, Сара, — продолжала Гвен Марлоу, не обращая внимания на вмешательство своей племянницы, — мне бы хотелось начать занятия фотографией, конечно, не в роли профессионала, — скромно улыбнулась она, — но тем не менее заниматься этим весьма серьезно. Искусство очень важный аспект жизни, Сара. Искусство живет во всех столетиях, оно укрощает зверя, живущего во всех людях. В данное время я превращаю дом Марлоу в музей современного искусства. Чтобы все могли им наслаждаться… даже самые обычные люди… — Концовка вышла у нее довольно неуклюжей.

Крисси выпрямилась. Особняк Марлоу, великолепный дом бабушки Марлоу, станет музеем? На самом деле тетя Гвен просто отдавала его. Красивый жест! Она посмотрела на тетку с восхищением и некоторым отвращением.

— Ну, тетя Гвен, ты даешь!

— Даешь! Крисси, следи за своим языком.

Крисси вздохнула:

— Может, мы немного выпьем, совсем капельку.

Гвен Марлоу посмотрела на часы:

— Это было бы прекрасно, но у меня совершенно нет времени.

Стало ясно, что им пора уходить.

Сара все понимала, но не хотела сдаваться.

— Я просто поражаюсь вам: такой великолепный жест, такие планы… музей, фотография… сказочно! Но разве наш маленький дебют может помешать вашим планам? Вам даже не придется ничего делать, Все, что от вас требуется, несколько телефонных звонков.

Гвен терпеливо улыбнулась:

— Милое дитя, ты упустила самое главное. Я уже не верю в высшее общество. И соответственно не признаю дебюты, которые якобы необходимы, чтобы начать свой путь в высшем обществе. Дебют — это сплошной архаизм, дорогая! Как пляски язычников!

— Могу я сказать, что очень разочарована, тетя Гвен? Крисси хочет, чтобы у нее состоялся дебют, она верит в прежний порядок вещей. Не правда ли, Крисси? — Сара не дождалась ответа. — И что изменит один лишь дебют в отношениях в высшем обществе? Вы же в какой-то степени несете ответственность за свою маленькую племянницу! Она — сиротка! У нее во всем свете только вы одна!

«Боже, как же она давит!» Что ж, ничего страшного, если она устроит всего один прием… только один прием, и больше ничего!

— Хорошо, Сара, я скажу тебе, что я сделаю. Музей откроется месяца через два. В ноябре. Мы устроим прием в честь Крисси в музее Марлоу, — Гвен улыбнулась и добавила: — И в вашу честь — твою и этой маленькой приятной ирландской девочки. Может, вы хотите включить еще кого-нибудь? — поинтересовалась она, ее тон был весьма ироничным.

— Да, мою кузину Марлену. Она учится в Редклиффе.

— Конечно, но я хочу, чтобы вы четко запомнили — это ни в коем случае не является представлением вас в высшем обществе. Это просто прием, открытие музея, в честь Крисси и ее маленьких друзей. Конечно, мужчины будут в белых галстуках.

Это не совсем то, на что она надеялась, но лучше, чем ничего, успокаивала себя Сара. Она встала.

— Кристина, пошли. Мы с вами свяжемся, миссис… мисс… Марлоу… Пока. — Она помахала рукой и вытолкнула Крисси за дверь.

— Я не стану говорить: «Я тебя предупреждала», — сказала ей Крисси в лифте.

— Я не считаю это поражением. Прием в новом музее Марлоу — это уже кое-что. Пошли в «Оук Рум» и отметим победу — выпьем.

— Пошли. После тетушки Гвен, мне нужна двойная порция.

Они уселись перед баром.

— Кажется, мне придется заняться этим самой, — заметила Сара задумчиво.

— Но прием у тети Гвен…

— Это всего лишь прием, но не дебют. В честь дебютанток дается много приемов, и праздников, и вечеринок. И все это только дополняет…

— Понимаю, — серьезно ответила Крисси.

— Ты знаешь, кто сейчас работает в «Плазе»? Серж Оболенский. Князь Серж Оболенский. Он занимается там рекламой и связями с прессой. Он настоящий русский князь, из старой русской аристократии.