Чтение онлайн

Тут всюду были люди из высшего общества. Все они были одеты в самую лучшую одежду, которая подчёркивала их статус.

Дамы были на причёсках, а на их телах сверкали десятками цветов и переливов украшения из драгоценных камней.

Служащие при дворце люди уже отсюда ходили с подносами, на которых были фужеры с шампанским, а лёгкая музыка разносилась по холлу.

Я шёл рядом с Муларовым, и на нас неторопливо кидали взгляды, которые выражали лёгкое любопытство и ничего более.

Но, чем дальше мы шли вперёд, тем заинтересованней были взгляды. Стоило нам пройти до середины огромного холла, где

Муларов ловко на ходу снял с подноса фужер с шампанским, а когда невозмутимый лакей остановился, передал мне фужер и взял ещё один себе. Я поймал на себе цепкий пронзительный и в то же время изучающий пренебрежительный взгляд.

У высокой колонны в окружении расфуфыренных людей в бело-сером платье стояла высокая стройная блондинка, и смотрела на меня в упор.

Она была очень красива, вот только острые аристократические черты на худом лице делали её вид стервозным и надменным, а большие зелёные глаза, так и лучились в мою сторону призрением.

Слегка тонкие губы, то и дело вздрагивали и кривились словно от созерцания чего-то недостойного и мерзкого, а брови сводились делая свою хозяйку недовольной и суровой.

Я, хмыкнув про себя, отпил из фужера и отвернул лицо от странной особы, а Муларов вновь по своей привычки врезав мне по спине, подтолкнув меня в сторону появившихся вдалеке людей в мундирах.

— А вот и наш круг. Пошли я тебя всем представлю, пока ещё есть время. — Повёл князь Муларов меня навстречу людям.

Идя к военным, я всё ещё чувствовал прожигающий дырку на моей спине взгляд от незнакомой мне девушке, к которому как мне показалось, добавилось ещё несколько взглядов. Но уже через минуту мне стало не до этого, так как началось моё представление высоким армейским чинам.

За один день до званого приёма. Петербург. Особняк Полозовых.

Просторный кабинет, который был обставлен книжными шкафами по всем стенам, сейчас явно хранил в себе напряжение исходящие от собравшихся в нём людей.

У большого окна, которое было задёрнуто плотными тяжелыми шторами, стоял весьма высокий мужчина с пивным брюшком, и жидкими тёмно-русыми волосами, через которые уже просматривались прорехи.

Одет он был в костюм кремового цвета, и белую рубаху. На его весьма толстых коротких пальцах виднелись разнообразные кольца.

За огромным письменным столом же восседал болезненно худой мужчина с острым носом и строгими чертами лица. Вид мужчины был растерян, а он сам то и дело крутил в руках карманные часы не цепочке.

Перед столом в кресле сидела старая женщина с седыми волосами, заделанными в высокий пучок, а напротив неё в метре от одного из книжных шкафов на софе расположились две особы женского пола.

Первая женщина была ровесницей мужчины восседавшего за посменным столом, и так же худа и бледна, как и он сам, а вот рядом с ней в серо-голубом платье сидела молодая девушка, которой на вид было чуть больше восемнадцати лет.

Молодая особа чем-то походила как на худого мужчину, так и на расположившуюся рядом женщину.

Худая стройность в теле и острые аристократические черты лица выдавали в ней можно сказать чистокровную аристократическую натуру. Её светлые блондинистые волосы, уходящие

в белый оттенок, и были заделаны в высокий пучок как у старой женщины в кресле, да и её платье имело те же цвета.

Она смотрела то на своих родителей, то на гостя их дома, чья кожа при свете ламп блестела жировым отливом, а его низко посаженные глаза, словно у свиньи были красные от лопнувших капилляров, и всем видом показывала, что не имеет и крохи отвращения к этому мужчине. Ведь он должен стать вскоре её мужем, и она приняла это хоть и на политической основе. Дабы её род вновь воспарял как когда-то, и стал одним из сильнейших в новой империи, вернув когда-то отнятое имущество их семьи.

— Олег Николаевич, — смотрел из кресла в спину полному мужчине хозяин дома — Объясните же, наконец, что происходит. Как такое может быть?

Решкин-Флинфхов развернулся полу боком к худому мужчине и кинул пожирающий взгляд на молодую девушку.

— Вот выяснилось, может. Чуть до прямого конфликта не дошло. Сейчас эти вояки в фаворе. Города отбиты и очищены. Власть не пошатнулась. Император им благоволит вместе со своим ближним окружением. Они ведь герои сейчас. Да и войска в боевых готовностях. Заикнись мы чуть больше и до беды недалеко.

— Ответьте князь, — подала голос старая женщина, восседавшая в кресле. — Понятно, что после любого кровопролития победители и защитники в почёте. Но тут же не лавка с медалями и орденами. Почему же тогда так вышло? Я и так не была в восторге от ваших игр, а теперь это не игры, а цирк. Может дело не в военных, а в вас самом? Вы же говорили, что сам император одобрил брак и дал добро на вступление моего сына в ложу.

Полный мужчина полностью развернулся спиной к окну, и явно с трудом сдержался от такого тона пожилой дамы.

— Дело не во мне, а в непонятно ком. О нём сейчас все без умолку треплются. — Со злой досадой в голосе протянул Решкин-Флинфхов.

— И кто же это не пойми кто? Кто смог нарушить наш уговор? — Иронично протянула старуха, явно получая удовольствие от раздражения собеседника.

— Какой-то безродный ублюдок вояка, которому благоволят верхние армейские чины во власти. Они так решил его наградить. Дать титул князя через свадьбу с Анастасией.

— Да как можно, — хлопнул по столу в гневе худой мужчина. — Плебея в мои зятья хотят сунуть. Мало они нашей крови попили, да поиздевались. Мало им?!

— Вот и я про то, — сразу подошёл к нему толстяк, блестя от пота. — Но не переживайте. Всё в силе. Свадьбы пока не будет, я это устроил. Объявят помолвку просто. У нас больше года времени будет, чтобы этого выскочку устранить.

— Так что с парнем? Расскажите нам. Я жду. — Сурово произнесла пожилая женщина.

— Да, что тут рассказывать, — достал платок из кармана князь, и утёр блестящий лоб. — Безродный урод, который только и может, что саблей махать. Хотя я думаю, что слух о его мастерстве и жестокости очень преувеличены. Так сказать для образа. Просто послушать сплетни, так он истинный дьявол на поле боя. На деле же просто безродная неотесанная деревенщина, на которого нацепили на время погоны, и которого не пойми зачем, так хотят продвинуть. Ну, сейчас поуляжется всё, и мы его уберём. Если по-хорошему не выйдет убрать, так значит, сам виноват.