Дата вечности

Глава 1

В небольшой уборной, на светлой кафельной плитке лежал труп мужчины. Лежал, уткнувшись лицом в пол, тёмные кудри кроваво блестели, обрамляя страшную рану. Пуля, пробив голову несчастного, вынесла на стену ее содержимое, раскрасив слегка зеленоватые стеновые панели в красные и серые цвета. Элегантное пальто и классическая полоска дорогой сорочки делали характеристику убитому. Запах свежей крови перебивал дорогой парфюм. Пара брендовых ботинок, с едва пошёрканными подошвами, смотрели носами в противоположных направлениях.

Над убитым стоял мужчина, взмокший воротничок рубашки которого нелепо оттопырился возле шеи. Коричневая, на меховой подстёжке куртка распахнута. Светловолосый,

с аккуратной седоватой бородкой, коренастый, но имеющий какую-то грацию в фигуре, мужчина не оставлял сомнений в своём славянском происхождении. В руках у него был небольшой и тяжёлый плоский свёрток. Он провёл тыльной стороной ладони по вспотевшему лбу, поднял взгляд на заляпанные кровью стены, секунду подумал. Затем резко повернулся, вышел из уборной, тихонько прикрыв за собою дверь.

События, о которых идёт речь, произошли в замечательном месте, а именно, в прилегающем к театру помещению кафе, точнее в уборной этого кафе. Сам театр носит имя выдающегося деятеля искусства, расположен на первых трёх этажах великолепного здания на Невском проспекте. О названии города читатель, несомненно, уже догадался.

В комнате со столиками, накрытыми белыми в клеточку скатертями, находилось примерно два десятка посетителей. Расположившись у окна, потягивал кофе импозантный иностранец. Некоторая жёсткость в выражении его лица была даже симпатична и подчёркивала мудрость возраста. Из-под рукава пиджака виднелись дорогие часы с чёрным циферблатом, производства ведущей немецкой компании. Мужчина явно ожидал, он поглядывал на дверь, потирал костяшки пальцев и был неспокоен. С одного взгляда на него становилось понятно, что какое-то значимое событие, обещающее произойти, будоражит его нервы.

Резкий женский крик за стеной, казалось, удивил его. Он прислушивался несколько секунд, затем встал, положив на столик мелкие купюры евро, но передумал и оставил щедрые чаевые рублями. Быстро проследовал к выходу, стараясь не привлечь внимания взволнованных посетителей кафе.

Еще несколько человек из кафе решили удалиться, это те, кому не хотелось давать показания в полиции, а возможно и быть вызванными повесткой на суд. Однако большинство людей, влекомые естественным любопытством, приняли бурное участие в событии, громко охали и роптали в ожидании следственной группы, а затем старались дать подробный отчёт от самого начала их путешествия к кафе и заканчивая своими действиями после того, как они узнали об убитом. Таких деталей дознавателю не требовалось, но прервать разгорячённых рассказчиков было не легко. И ещё сложнее оказалось выяснить, сколько человек было в кафе на момент преступления, и кому удалось скрыться. Свидетели почти ничего не помнили о сидящих за соседними столиками.

Глава 2

А немногим ранее того трагического происшествия, довольный жизнью и особенно собой, веселый мужчина средних лет, в меру уверенный в себе, направлялся в аэропорт Пулково. В первый раз в жизни Михаил путешествовал в Германию. В Европе он вообще был один только раз и то в молодости, на соревнованиях по картингу. Шестнадцатилетним парнишкой он начал гонять на спортивных автомобилях, участвовал в состязаниях и неплохо преуспел. Но вперед вышли те, у кого были деньги и возможности. А Мишина семья не могла себе позволить покупку гоночного автомобиля. Однако он не приуныл, а возмужав, купил себе обычный легковой автомобиль и гонял по улицам города, с лёгкостью уходя от преследовавших его иной раз инспекторов ДПС.

– Уважаемые пассажиры, пожалуйста, пристегните ремни, – дежурная фраза, исполненная красивым женским голосом, и вот уже самолет плавно набирает высоту, разрезая атмосферу острым клювом.

Миша улыбнулся соседу, просто так, от души. Широко улыбнулся стюардессе, которая предложила ему напитки. Взял стакан с соком и рассмеялся, показывая как он доволен видеть стюардессу, лететь этим рейсом, пить вкусный натуральный сок, и вообще жизнью.

После

очередного развода он наслаждался свободой. Сначала сделал небольшой ремонт в квартире, затем продал свой старенький автомобиль и купил поновее. А теперь вот осуществил эту поездку в Германию, которую планировал уже несколько лет.

Самолёт приземлился в аэропорту Берлина. Миша совсем не знал немецкий, впрочем и английского он не знал тоже. Это обстоятельство нисколько не повлияло на его настроение. Покинув здание аэропорта, направился в сторону ожидавших такси. Показал водителю визитку с адресом антикварного бюро. Водитель на пальцах объяснил стоимость проезда. Миша решительно отказался от его услуг. Таксист махнул рукой в сторону автобусной остановки. К счастью, водитель одного из автобусов оказался парнем с Украины. Он и подсказал Мише, посмотрев на распечатанную из интернета визитку, на каком номере автобуса можно добраться до указанной там улицы. Миша терпеливо дождался автобус с нужным номером. Понаблюдал за другими пассажирами, которые расчитывались за проезд транспортными картами. У Миши такой карты не было. Он обратился к водителю за помощью с оплатой и заодно показал адрес, на который ему нужно прибыть. Водитель кивком головы подтвердил, что даст знать Мише, на которой остановке тому нужно будет сойти.

Ступив с подножки автобуса, Миша оказался в красивом районе города, где вдоль уютных улочек расположены офисы юридических фирм, брендовые магазины и множество ресторанов. Он попытался, остановив одного за другим несколько прохожих, выяснить у них, как пройти по нужному ему адресу. В ответ немцы только энергично отвечали – найн, найн.... Миша сделал вывод, что люди здесь какие-то глупые. Наконец он увидел указатель с нужным ему названием улицы, затем нашёл дом под номером 418.

В антикварном бюро, за столом, расположенном у окна, напротив двери, сидела немолодая женщина. Перед ней на столе лежали бумаги с напечатанным текстом и стоял открытый ноутбук. Она всецело была занята работой. Миша поздоровался по-немецки, исчерпав при этом свои познания в языке. Он показал женщине распечатанную визитку и привезённую с собой фотографию старинной металической иконы. Женщина посмотрела на Мишу поверх очков, поднялась из-за стола и жестом пригласила его следовать за собой. В кабинете, за массивным, тёмного дерева, столом, сидел угловатый мужчина, с большим носом на квадратном лице, лет шестидесяти. Цвет его волос был неразличим, поскольку основную долю составляла седина. Дорогие немецкие часы с чёрным циферблатом у него на руке притягивали взгляд. Сообразив, что посетитель приехал из России, мужчина перешёл на ломанный русский.

Фреджу Охману, антиквару и коллекционеру, часто приходилось сталкиваться по делам бизнеса с русскими ценителями искусства. За много лет сотрудничества с такими Охман научился неплохо понимать русский язык и даже кое-как говорить на нём. Его знаний языка оказалось вполне достаточно, чтобы понять просьбу посетителя. Михаил хотел получить примерную оценку старинной вещи, иконы, фото которой предъявил. Его целью было реализовать впоследствии эту икону, если назначенная цена его вполне устроит.

Охман внимательно рассмотрел фотографию. Икона несомненно была уникальной. Судя по всему – серебро, хотя точно сказать можно будет только видя сам предмет. Поскольку серебро имеет свойство чернеть от времени, необходимо вначале произвести очистку металла. Предположительно, 14-16 века, но существует вероятность более поздней подделки. Интересно, что на листах книги, которую держал в руке Христос, были написаны мелким шрифтом какие-то слова. Одно слово было чуть крупнее, и Охман предположил, что это слово "ждати". Следующие несколько слов было совсем не разобрать. На иконах такого типа никогда не писался текст, поскольку Иисус держит книгу раскрытой в свою сторону. А вот слова, которые написаны извне, склоняют к мысли, что написаны они для того человека, который смотрит на икону.