Чтение онлайн

Подняв голову и неотрывно глядя в глаза Кэтлин, он накрыл ее руку своей и вошел наконец в ее ждущую влажную теплоту. Он чувствовал такое блаженство, какого не мог представить себе даже в мечтах. Наконец он стал Кэтлин настоящим мужем – мужем, которого страстно желает его любящая жена. Прекрасное тело, двигающееся под ним в извечном ритме страсти, принадлежит его единственной, возлюбленной Кэтлин.

– Кэтлин, – прошептал он, – как долго я тебя хотел, как долго я мечтал об этой ночи!

– И она настала, любимый. Хантер, люби меня.

Кэтлин полностью отдалась во власть желания и задвигалась под Хантером, приподнимая

бедра ему навстречу. Хантер тоже стал двигаться, сначала медленно, затем все быстрее, по мере того как его страсть разгоралась все жарче, а эротичные движения Кэтлин подводили его все ближе к той опасной черте, за которой он не сможет себя контролировать. Прилагая все силы, он держал себя в узде, наблюдая за Кэтлин. Только когда она задрожала в пароксизме страсти, он перестал сдерживаться и разделил с ней сладостное безумие и восторг взаимного обладания.

Кэтлин в экстазе выкрикнула его имя. Волны наслаждения накатывали одна за другой, пугая ее своей глубиной и мощью, и, боясь утонуть в них, она прильнула к любимому мужу, цепляясь за него, как за спасательный круг.

– Да, любовь моя, – тихо прошептал Хантер, словно почувствовав ее состояние и глядя на нее с любовью и нежностью, – в моих руках ты в безопасности. Я люблю тебя. – Заметив, что у нее выступили слезы на глазах, он мягко добавил: – Поплачь, если хочешь.

Чувствуя себя необыкновенно сильным, удовлетворенный Хантер нежно поцеловал ее в висок, коснулся губами раскрасневшихся щек. Кэтлин прижималась к нему, все еще немного вздрагивая. Хантер впервые безошибочно чувствовал, что довел свою жену до вершины блаженства, и был от этого в восторге. Ему хотелось вскочить с постели, голым выбежать на балкон и крикнуть на весь мир, что он занимался любовью со своей женой и она отвечала ему с несдержанной страстью, что он не просто удовлетворил ее, а заставил кричать в экстазе. Разумеется, ничего подобного он не сделал. Вместо этого Хантер придвинулся к Кэтлин, прижал ее к себе и стал тихо нашептывать ей слова любви, нежно стирая поцелуями с ее влажных век слезы счастья.

– Кэтлин, – задумчиво проговорил он, почти касаясь губами ее лица, – я никогда еще не был так счастлив. Даже если все это должно кончиться завтра, я ни о чем не сожалею. Ты подарила мне все, о чем я мечтал, да что там, реальность оказалась куда лучше самых смелых мечтаний.

Кэтлин, теперь спокойная, погладила мужа по голове, убрала со лба прилипшую прядь волос.

– Хантер Александер, надеюсь, ты мне поверишь, когда я скажу, что для меня это было так же чудесно. Хантер, ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю, и завтра это вовсе не кончится. Это будет длиться до тех пор, пока ты меня хочешь.

Кэтлин приподнялась, легко коснулась губами его губ и снова уронила голову на подушку. Счастье так переполняло Хантера, что ему было трудно говорить. Когда молния сверкала особенно ярко или раздавался особенно страшный раскат грома, Кэтлин прятала лицо на теплой груди мужа. Каждому из них прикосновение к обнаженному телу другого было еще в новинку, и они лежали, неспешно привыкая к новым ощущениям и любуясь красотой друг друга.

Кэтлин медленно подняла голову и всмотрелась в красивое выразительное лицо мужа. Хантер смотрел на нее, и от взгляда его бархатных карих глаз, в котором читались любовь и радость обладания, она испытала новый прилив счастья. А когда Хантер с озорной мальчишеской

усмешкой положил руку ей на грудь, Кэтлин затрепетала.

– Хантер, муж мой, мой любимый… – прошептала Кэтлин, касаясь губами поросли светлых волос у него на груди.

Глухо застонав, Хантер закинул руки за голову. Кэтлин, встав на четвереньки, поцеловала его в губы, потом села на пятки и снова склонила голову к его груди. С чувственной медлительностью стала покрывать поцелуями каждый дюйм его кожи. Дыхание Хантера участилось, кожа стала горячей.

– Кэтлин, – начал он, но она не дала ему договорить.

– Ш-ш-ш, тише, Хантер, позволь мне доставить тебе наслаждение.

Ее ищущие губы двинулись вниз. Кэтлин почувствовала, как мышцы плоского живота Хантера напряглись под прикосновениями ее языка, и продолжила свое чувственное исследование, одновременно принимаясь нежно ласкать его руками. Хантер уже не мог сдержать стона, а Кэтлин все продолжала ласки, чувствуя, как его пламя перекидывается и на нее. Покрывая легкими, как прикосновение перышка, поцелуями его живот, она двинулась ниже. Когда ее губы коснулись внутренней поверхности его бедра, Хантер не выдержал и, издав звук, похожий на рычание, потянул Кэтлин на себя.

Подхватив ее под мышки, он впился в ее рот жадным, требовательным поцелуем и одним плавным движением перекатил ее на спину, оказавшись сверху. Потом поднял голову и посмотрел ей в глаза взглядом, затуманенным страстью.

– Никогда не начинай того, что не собираешься заканчивать, – с усмешкой произнес он.

– Кто сказал, что я не собиралась заканчивать? – хрипло прошептала Кэтлин. – Возьми меня, Хантер, я снова тебя хочу.

– О, любимая, – простонал он, наклоняясь к ее трепещущим в ожидании губам.

Он обхватил ее за бедра, и они снова превратились в двух пылающих страстью, изголодавшихся любовников, жадно стремящихся испытать все плотские наслаждения, которые только может дать тело. Стремительно нарастающее желание поглотило их обоих, и они отдались во власть неукротимой страсти. Ярость бури, разыгравшейся за окном, была ничто по сравнению с неистовством долго сдерживаемой и наконец выпущенной на свободу стихии, бушевавшей в телах двух любовников, слившихся воедино.

Утром Хантер проснулся с довольной улыбкой на губах. Кэтлин еще спала, ее голова покоилась у него на груди, мягкие светлые волосы, упавшие на лицо, касались его кожи. Хантер смотрел на жену, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить ее, его сердце переполняли любовь и ощущение безграничного счастья. В спальне было прохладно, пахло дождем и весной. Хантер закрыл глаза и блаженно вздохнул. Ему хотелось петь во весь голос от счастья, но, подавив это ребяческое желание, он приподнял голову и поцеловал шелковистые волосы на макушке любимой, вдыхая их нежный аромат.

Очарование момента разрушил громкий стук в дверь. Хантер еще не успел ответить, как в дверях выросла необъятная фигура Ханны. Нянька внесла поднос с завтраком. Хантер поспешно схватил простыню и натянул на себя и жену. Резкое движение разбудило Кэтлин, она открыла глаза и сонно улыбнулась Хантеру.

– Ханна, поставь поднос на стол и уходи, – сказал Хантер, заливаясь краской.

– Слушаю, доктор Хантер. – Улыбаясь во весь рот, негритянка приближалась к кровати.

Кэтлин убрала с лица волосы и, сжимая край простыни, недовольно заметила: