Чтение онлайн

Я спросила, не обращаясь ни к кому конкретно:

– Вам грустно, что школа окончена?

Эйприл спрыгнула с бордюра и пошла по дороге:

– Что поделаешь? Я лично не чувствую себя больше ребенком и готова начать взрослую жизнь. А ты что думаешь об этом, старина Чип?

Она снова запрыгнула на бордюр, как будто ни минуты не могла обойтись без тренировки.

Чип пожал плечами и даже не замедлил свой размеренный шаг. Я не поняла, действительно ли он не знал, что ответить, или просто не хотел отвечать

Эйприл. Она порой бывала невыносима.

Затем он все-таки сказал:

– Не знаю, как я уеду из Виллоубрука и оставлю здесь своих маленьких братьев, - он, видимо, считал себя уже взрослым студентом колледжа.
– Но, в общем, я думаю, что седьмой класс колледжа - это не так уж и трудно. Разве что алгебра.

Да, алгебра. Это то, что вызывает мое беспокойство. Деление десятичных дробей - это одно, а вот алгебра в седьмом классе! Ох! А как я буду успевать по испанскому, если я давно не занималась им? Да и литературы я боялась. В колледже уже не обойдешься элементарной хрестоматией по литературе.

Колледж. Никакой тебе халтуры и послаблений. Никаких обязательных завтраков. Никаких учителей, нянчащихся с нами, как мамы, и считающих своим долгом напоить нас вовремя молоком. Никаких вечеринок в день святого Валентина, никаких карнавальных шествий вокруг школы. Ничего такого! Только семь разных учителей по семи различным предметам в семи разных школьных комнатах.

– Я не дождусь, когда начну играть в хоккей на траве в колледже!
– сказала Мэнди и вслед за Эйприл запрыгнула на бордюр тротуара.

– А я собираюсь играть в драматическом кружке!
– заявила Эйприл.

Это был очередной каприз Эйприл. Она вообще все время играла - постоянно прихорашивалась, меняла прическу, то заплетая свои рыжие волосы в косички, то завязывая их хвостиком высоко на голове. Если же она оставляла в покое свои волосы, то начинала что-нибудь делать со своей одеждой: то укорачивала ее, выставляя колени, то засучивала рукава блузы. Я заметила, что все, кто так много времени уделяет своей внешности, обычно трудные люди.

– Ну, а если не драматический кружок, тогда что-нибудь типа массовика-затейника, - снова выдала Эйприл.

Я почувствовала легкое раздражение. А Эйприл продолжала болтать:

– Колледж Джордан очень большой. Чтобы успеть перейти из одной классной комнаты в другую, надо торопиться. Бывает, что ребята опаздывают на уроки.

Я очень хорошо знала, что значит эта ее интонация. Эйприл вовсе не хотела сказать, что колледж очень большой, она просто хотела напугать Чипа и Мэнди, и особенно меня.

– Интересно, как ты сможешь без опоздания переходить из класса в класс во время перемены, Дарси?

Я вздохнула и выпалила:

– С помощью супермощных батарей, стальных спиц и послушных колес.

Эйприл смолкла, а я продолжала:

– А также с помощью

суперкалорийного завтрака для чемпионов... Да, да, да, с помощью пшенной каши - главного спонсора американской олимпийской команды, - я принялась говорить голосом рекламного агента из воскресного выпуска теленовостей: «Да, ребята, если вы хотите иметь стальные мускулы, скажите вашим родителям, что вы хотите пшенную кашу!»

Эйприл от смеха закачалась на бордюре, замахала руками и потеряла равновесие. Я заметила, что лучший способ справиться с Эйприл - это рассмешить ее. Я не знаю, почему, но для меня было очень важно, чтобы она не знала, как болезненно я воспринимаю свою коляску. Кроме того, Эйприл была из тех людей, которые вечно задирают нос, хотя сами ничего из себя не представляют.

Мэнди подошла ко мне и взялась за ручки моей коляски:

– Действительно, Дарси, как ты будешь переезжать из класса в класс в колледже? Кто тебя будет там возить?

Славная старина Мэнди! Она всегда была готова помочь мне въехать на горку, поднять оброненные мною книги - и все это безо всякого высокомерия и без показной демонстрации.

– Подумаешь!
– отозвалась я.
– Я просто установлю сирену на своей коляске и буду отчаянно сигналить, чтобы мне давали дорогу.

Я низко пригнулась и помчалась по дороге, выделывая всевозможные пируэты.

– Что за сумасшествие?
– закричала Мэнди, бросая мне вслед камушек.

Я остановилась и подождала, пока друзья догонят меня.

Весь остаток дороги домой я наслаждалась видом каждого дерева, каждого дома, мимо которых мы проходили, и каждой выбоины на тротуаре. И я как-то по-особенному воспринимала сегодня и нашего приятеля бульдога, радостно встретившего нас у самых ворот своего дома, и сиамского кота, который сделал вид, будто не замечает нас. Возможно, Мэнди, Эйприл и Чип и не огорчились из-за того, что начальная школа окончена, но мне сегодня было очень-очень грустно.

На углу улицы мы расстались: Чип пошел в бассейн, Эйприл - совершенствовать свои гимнастические номера, а Мэнди - к своей коллекции марок.

– До скорой встречи!
– крикнула я им, направляясь к своему дому. Затем я оглянулась: все же мы все были хорошими друзьями, несмотря на то, что кое-что мы друг в друге не понимали. Будем ли мы дружить в колледже? Попадем ли в один класс? Будем ли встречаться во время перемен?

Я свернула на узкую дорожку. Отсюда наш дом выглядел, как нарисованный детьми, - белый домик с красной черепицей, с узкой каминной трубой и двумя аккуратно подстриженными кустами по обе стороны парадного входа. За шесть лет, что я проучилась в начальной школе, кусты выросли на голову выше меня. Конечно же, потому, что я в своей инвалидной коляске такая маленькая!