Чтение онлайн

Офицер с молодыми глазами,

Сутулый священник с котомкой…

С фотографий, умытых слезами,

Смотрят на нас, потомков.

Прямая дорога на муки

Их ждет. Они знают об этом.

Но слишком беспечны их внуки, -

Такого предчувствия нету.

А путь, как всегда, неизменен –

За дух мы заплатим кровью,

И выступят предки из тени,

Сияя нездешней любовью.

Покуда страх не одолеет,

Клещей зловещих не сомкнет,

Сквозь крики, что от часа злее,

Он о своем поет, поет…

Его облепят сотни гурий,

Снесет клокочущей волной.

Он – точка зарожденья бури.

Стеклянен временный покой.

Беги в распахнутую небыль,

Пей книг тягучее вино…

Ждет север и седое небо –

Страны тюремное окно.

Судьбы смертельные уколы

Не значат, впрочем, ничего.

Падут стальные частоколы

Пред беззащитностью его.

Дороги есть такие – в никуда.

Идёшь, идёшь,

вдруг – каменная россыпь.

Зелёных сопок низкая гряда.

Глушь, тишь… Спускаешься с откоса:

Оградка кладбища, жестяная звезда…

На месте дома – рощица сквозная…

Дороги есть такие – в никуда,

Но лишь для тех,

кто ничего не знает.

Серый день, и пахнет снегом.

Но дышать легко, свежо…

Запыхавшись, как от бега,

Дед идёт: шажок… шажок…

Постоит, шагает дальше,

Палкой трогая асфальт.

На пальто из старой замши

Хлопья редкие летят…

Дед уселся на скамейку –

Закружилась голова.

В парке клёны – по линейке,

И подстрижена трава…

…Старый парк – знакомый с детства,

Помнит то, что сам забыл…

Жили рядом, по соседству…

Ту сирень – отец садил…

Зябнут старые берёзы.

А в душе царит покой.

Снег летит уже серьёзно,

Надо бы идти домой…

Дед вздохнул, с трудом поднялся.

Дома – кресло, старый плед…

«Бабка! – скажет, – Нагулялся!»

И посмотрит на портрет…

Четырнадцатилетние балбесы,

Мы ждали встречи с ветераном.

Услышать было очень интересно

О подвигах, разведчиках и ранах…

А ветеран вздохнул, и вдруг заплакал.

Он тихо всхлипывал в звенящей тишине.

Он слышал взрывы и призыв к атаке…

Так нам открылась правда о войне.

Идет

состав по первому пути,

Мешая гарь вокзальную с туманом.

Спят в зале, на потрепанном диване

Бомж старый и девчушка лет пяти.

Под взглядами текучими прохожих

Спят, съежившись – здесь холодно с утра.

А девочка – с моею дочкой схожа…

И сердце дернулось… Но в путь уже пора.

Дела, что ждали – канули. Осталось:

Вокзал раскинул чадные крыла,

Дверь хлопала, и стекла в такт качались,

И сиротливо… доченька… спала…

Яркий луч из-за деревьев брызнет…

Грохот стихнет… Мимо деревень

Пролетает поезд, словно призрак.

Яркий – в ночь, зеленогибкий – в день.

Он в полях теряется, в сугробах…

На вокзалах – грозен и высок.

Мельтешат оранжевые робы…

Встречного пронзительный гудок…

Мы – в вагоне, в пятнах тьмы и света,

Под ритмичный грохот-перестук,

Слушая вопросы и ответы,

Свои души понимаем вдруг.

И, тоскуя об укладе прежнем,

(К новому привыкнуть нелегко),

Мы – в пути, и мы живём надеждой…

Станции мелькают за окном…

Из повседневности – да в бесприютность,

В стук-перестук, разговоры вагонные,

В однообразность, в оконную мутность,

Вневременную тоску, внепогодную…

Влагой овеет наш поезд усталый.

Солнце расколется в льдинах прибрежных,

И – распахнутся байкальские дали,

И оживет, встрепенется надежда.

Солнечный ветер! Он скуку разгонит,

Вырвет из плена томительной лени…

В сумрак тоннелей уносит вагоны –

В черные дыры, к новой вселенной…

1.

Вот проблема – этим летом

Заболела Интернетом.

И с утра до поздней ночи

В монитор таращу очи.

Позабыты даже книжки –

Я сижу, играю с мышкой.

От такого рвения

Посадила зрение.

И, что вовсе не похвально,

Уж влюбилась – виртуально.

Коль нет связи с Интернетом,

То меня несчастней нету.

Вслух скажу, набравшись духа, -

В паутине я, как муха!

Как бы выбраться мне ныне

Из глобальной паутины?!

2.