Чтение онлайн

— Но, позвольте… мой долг заключается в том, чтобы вручить князю дар от его кузена халифа Багдадского, который столь непревзойденно…

— Да-да. Уверена, подарок чудесный. Оставьте его в канцелярии казначейства, вам выпишут квитанцию, дар выставят в Успенском соборе на месяц, а потом передадут в хранилище.

— Но подарок уникален…

— Именно, — буркнула церемониймейстерша и отвернулась.

Довесок принялся бродить по залу. Спустя несколько минут его выслушал граф Спутникович-Коминский.

— Вы до некоторой степени в затруднительном положении, — объяснил он, сочувственно качая головой. — Наш князь не обычный правитель. Он не думает

ни о чем, кроме блага государства, и не занимается никакой другой деятельностью. Он посвятил себя этой благородной миссии, никогда не покидает Теремного дворца в Кремле и гостей не принимает. Даже я, принадлежащий к старинному роду и хорошо ему послуживший, ни разу не видел великого человека в глаза.

— Тем больше у него причин принять подарок! Слишком много работы притупляет даже самый острый мозг. Час, проведенный с Жемчужиной Византии, стоит месячного отпуска. А выходные со всеми семью сделают из него нового человека.

— Бросьте вашу безумную затею. Сам Хортенко не сумел бы такое организовать.

У Довеска опять ничего не получилось. Генеральша Магдалена Звездный-Городок презрительно тряхнула рыжими кудрями. Надзиратель интернатов для военных сирот жалостливо улыбался и цокал языком. «Смешно!» — рявкнул Государственный инспектор по генетическим аномалиям. Никому не казалось даже отдаленно возможным организовать встречу с князем.

Довесок начал уже чувствовать себя сбитым с толку и разочарованным, когда к нему подошел крепко сбитый мужчина в темно-синих очках, сопровождаемый двумя карликами-савантами, [9] и заявил:

— Вы очень умный человек, посол.

— Что вы имеете в виду?

— Затею с самоварами.

— Простите?..

— Вы догадались, что на празднике в честь открытия посольства ваши гости вправе ожидать экзотических блюд и напитков. Вы явно не могли провезти с собой столько провизии через всю Малую Азию. Так что еда приготовлена из местных ингредиентов по левантинским рецептам. А сделать это достаточно легко. Даже если повар ошибется, кто узнает? Но с выпивкой возникает вопрос. Вы не могли предоставить легендарные лит-вина Византии, а фантазии, вызываемые грузинскими винами, столь убоги, что курам на смех. Как же сделать банальную водку переживанием, о котором будут присутствующие рассказывать внукам? Очевидно, надо быть иностранцем, чтобы не понимать — или скорее якобы не понимать — природы самовара. Поэтому вы как минимум умны. Затем вы проявили невежество, отослав единственную миску с икрой, которую я здесь видел. По моему мнению, празднества окончательно истощили ваш бюджет. Следовательно, вы экономили, причем такими способами, которые привели меня к подозрению, что вы весьма коварны.

Данное утверждение было близко к истине и не польстило Довеску. Однако он скрыл свое недовольство.

— А с кем имею честь, сударь?

— Сергей Немович Хортенко. К вашим услугам.

— Я сэр Блэкторп Рэйвенскаирн де Плю Пресьё. По

происхождению — американец, а ныне гордый гражданин Византии, — представился Довесок, и они пожали друг другу руки. — Я много слышал о вас, господин Хортенко.

— Я служу на небольшой должности в Кремле.

— Вы скромны. Мне говорили, что вы возглавляете тайную полицию князя. Именно вы — ловец колдунов и де-факто инквизитор. Более того, и это отнюдь не совпадение, что вы являетесь одним из самых могущественных людей в Московии и во всей России.

— Ошибаетесь. Я — разрекламированный мальчик на посылках.

Хортенко развернул носовой платок и снял очки, обнаружив тот факт, что глаза у него точь-в-точь как у насекомого. Довесок постарался не таращиться на своего собеседника.

— А вас заворожила моя особенность, — произнес Хортенко.

И это была чистая правда. Полукруглые, при ближайшем рассмотрении его глаза делились на тысячи гладких, как стекло, фасеток.

— Они обеспечивают вам круговой обзор? Вероятно, помогают находить путь в темноте?

— Да. Но главным образом они обеспечивают невозможность переиграть меня в гляделки, — ответил Хортенко. — Кстати, я не моргаю. — Он протер глаза платком и опять нацепил на нос очки. — И в слезах не нуждаюсь. Но у вас явно тоже имеются собственные заимствования у других видов.

— О, нет. Мой геном, хотя и был различными путями модифицирован, дабы я мог легко вписываться в человеческое общество, полностью принадлежит благородному псу.

— Как любопытно. А зачем именно это сделали?

— Такие вещи — обычное дело в Америке. — Довесок вежливо кашлянул, давая знак сменить тему. — По не относящемуся к делу поводу, мне интересно, не…

— Я знаю, о чем вы хотите спросить. Но я не могу помочь вам с князем. Считайте вопрос закрытым. Хотя смею надеяться, что я пригожусь вам с другой стороны. Я способен, например, помочь вам вернуть вашу книгу.

— Книгу? — непонимающе переспросил Довесок.

— Книгу, украденную у вас во время парада.

— Вы озадачили меня, сударь. В те минуты никакой кражи не было, за возможным исключением тех, которые совершили карманники. Воришки всегда работают в толпе во время уличных шествий.

— Что ж, полагаю, мои осведомители оказались не на высоте, против обычных своих стандартов, — сказал Хортенко, слегка улыбнувшись.

Он отошел от Довеска, а его карлики последовали за хозяином.

Довесок вернулся в бальный зал и обнаружил, что несколько мужчин собрались у перегородки, чтобы побеседовать с вовсе-не-недоступными Жемчужинами. По его кивку из небытия возникли неандертальцы — сейчас одетые, как положено, в официальные костюмы — и расшугали любопытных. Затем он придвинулся к полотнищу, дабы побеседовать сквозь резьбу и тюль с Зоесофьей.

— Ну? — прошептала она.

— Князь Московии шлет свои глубочайшие сожаления, но его удерживают неотложные государственные дела. Он испытывает вполне понятное нетерпение познакомиться со своими невестами и приказал подготовить для вас комнаты в Теремном дворце с соответствующей роскошной обстановкой. — Довесок умолк, наслаждаясь благодарными отзывами по меньшей мере шести слушательниц.

Но Этери протолкалась в передний ряд группы и надулась.

— Где Аркадий? Почему он перестал навещать нас? — Прежде чем Довесок успел ответить, она продолжила: — Вы во всем виноваты, посол де Плю Пресьё. Единственное, что помешало бы ему присутствовать рядом со мной на столь важном событии, это если бы вы посадили его под замок!