Чтение онлайн

— Ну... — Сэрплас отвернулся к стенке и задумался. После долгого молчания он снова повернулся к леди Памеле и произнес: — Я должен кое в чем признаться. Модем, который ваш брат отнял у меня... Он работает.

— Сэр! — леди Памела вскочила, подобрав юбки, и в ужасе отступила от кровати — Этого не может быть!

— Моя дорогая, вы должны меня выслушать. — Сэрплас с трудом бросил взгляд на дверь, затем сказал, понизив голос: — Подойдите поближе, я буду говорить тихо.

Она повиновалась.

— На закате Утопии, во время войны между людьми и их электронными созданиями, ученые и инженеры

объединили усилия, чтобы сделать модем, которым люди могли бы безопасно пользоваться. То есть защищенный от воздействия электронных демонов. Возможно, вы слышали о таком проекте.

— Да, слухи ходили, но.. ни одно такое устройство не было создано.

— Скорее, ни одно такое устройство не было создано вовремя. Его как раз доводили до ума, когда толпы разгромили лаборатории и Век Машин кончился. Однако несколько подобных устройств успели спрятать до того, как все специалисты были убиты. Спустя столетия смелые исследователи из Археологического института в Шелберне разыскали шесть таких устройств и разработали искусство пользоваться ими. Одно сломалось во время этих экспериментов. Два других хранятся в Берлингтоне. Остальные вручили доверенным лицам и послали трем наиболее мощным союзникам Территорий — в частности, в Россию.

— Трудно поверить, — ошеломленно произнесла леди Памела. — Неужели такие чудеса случаются?

— Мадам, я пользовался им позапрошлой ночью в этой самой комнате! Помните голоса, которые слышал ваш брат? Я разговаривал со своим начальством в Вермонте. И мне дали разрешение продлить свое пребывание здесь до двух недель.

Он умоляюще посмотрел на нее.

— Если вы сумеете принести мне устройство, я попробую воспользоваться им, чтобы спасти свою жизнь.

Леди Кохеренс-Гамильтон решительно встала.

— Ничего не опасайтесь. Клянусь своей душой, модем будет у вас сегодня ночью.

Комната была освещена единственной лампой, которая давала странные тени, когда кто-нибудь шевелился — словно все они были духами зла на шабаше ведьм.

Зрелище было совершенно неправдоподобное. Даргер, не шевелясь, держал в руках модем. Леди Памела, тонко чувствовавшая обстоятельства, переоделась в темно-красное, цвета человеческой крови, шелковое платье с глубоким вырезом. Оно кружилось вокруг ее ног, пока она искала за дубовой обшивкой стен розетку, которой не пользовались целые столетия. Сэрплас еле сидел на кровати с полузакрытыми глазами и направлял ее.

— Вот она! — торжествующе воскликнула леди Памела. Ее ожерелье рассыпало небольшие радуги в тусклом свете.

Даргер застыл. Он стоял совершенно неподвижно в течение трех долгих вдохов, затем встряхнулся и вздрогнул, как в припадке. Его глаза ввалились.

Глухим неописуемым голосом он сказал:

— Кто вызывает меня из бездонной глубины? — Голос был совершенно не похож на его собственный — хриплый, дикий, жаждущий нечестивых забав. — Кто рискует разгневать меня?

— Вы должны передавать мои слова прямо в уши аутиста, — прошептал Сэрплас. — Потому что он стал неотъемлемой частью модема — не просто оператором, но самим его голосом.

— Я готова, — ответила леди Памела.

— Умница. Скажите ему, кто я.

— Это сэр Блэкторп Равенскэрн де

Плас Прешез. Он хочет говорить с... — она остановилась.

— С его августейшей и социалистической честью, мэром Берлингтона.

— Его августейшей и социалистической честью, — начала леди Памела. Она обернулась к кровати и недоуменно переспросила: — Мэром Берлингтона?

— Это всего лишь официальный титул, наподобие должности вашего брата, поскольку на самом деле это главный шпион на Территориях западного Вермонта, — слабым голосом произнес Сэрплас. — Теперь повторяйте ему: я, находясь под угрозой смерти, требую передать мое сообщение. Употребляйте именно эти слова.

Леди Памела повторила эти слова в ухо Даргеру.

Он вскрикнул. Это был дикий злобный крик, заставивший леди Памелу отпрянуть от него в мгновенной панике. Затем крик вдруг оборвался.

— Кто это? — спросил Даргер совершенно другим голосом, на этот раз человеческим, — Я слышу женский голос. Что-то случилось с одним из моих агентов?

— Теперь говорите с ним, как с обыкновенным человеком: откровенно, прямо, без уверток, — Сэрплас откинулся на подушку и закрыл глаза.

И леди Кохеренс-Гамильтон рассказала (во всяком случае, так ей казалось) о недуге Сэрпласа его далекому начальнику, а от него получила выражения сочувствия и информацию, необходимую, чтобы вернуть равновесие эндокринной системе Сэрпласа. После соответствующих выражений вежливости она поблагодарила американского главного шпиона и выключила модем. Даргер вернулся в свое обычное пассивное состояние.

На маленьком прикроватном столике лежал эндокринный набор в кожаном футляре. Под руководством леди Памелы Даргер начал прикладывать нужные пластыри к различным местам на теле Сэрпласа. Прошло много времени, прежде чем тот открыл глаза.

— Я поправлюсь? — спросил он и, когда леди Памела кивнула, продолжил: — Тогда, боюсь, я вынужден уехать утром. У вашего братца везде агенты. Если он пронюхает, на что способно это устройство, то захочет оставить его себе.

Леди Памела, улыбаясь, вертела шкатулку в руках.

— И правда, кто бы стал винить его за это? С такой игрушкой можно совершить великие дела.

— Несомненно, он так и подумает. Умоляю вас, верните мне эту вещь.

Но она отрицательно покачала головой.

— Это больше, чем коммуникационное устройство, сэр, — заявила она. — Хотя и в этом отношении оно бесценно. Вы продемонстрировали, что оно может подчинять создания, обитающие в забытой нервной системе древнего мира. Следовательно, их можно заставить делать для нас вычисления.

— Действительно, наши специалисты говорили о подобном. Вы должны...

— Мы создали чудовища, чтобы выполнять обязанности, которые когда-то исполняли машины. Мы допустили, чтобы нами правил монстр с мозгами в виде двадцатигранника. Теперь у нас нет нужды в Глориане Вульгарной, Глориане Жирной, в Личинке-Королеве!

— Мадам!

— Я думаю, пришла пора, чтобы в Англии появилась новая королева!

— Подумайте обо мне!

Леди Памела остановилась в дверях.

— Вы действительно очень милы. Но с этим устройством я обрету трон и заведу такой гарем, который даст мне возможность вспоминать о вас, как о банальном капризе.