Чтение онлайн

Кошмарная тварь с телом человека и птичьей головой с кожистым клювом внезапно выпрыгнула из толпы. Шагнув на приступочку кареты, она потянулась к Аркадию и Довеску. Одной рукой тварь держалась за дверцу, а второй направила на них устройство, очень похожее на… пистолет, увенчанный перевернутой банкой. Чудовище нажало на курок, и Аркадия с Довеском окутало облако черного дыма.

Когда клубы развеялись, химера по-прежнему цеплялась за карету. Не бросая поводьев, Довесок развернулся и со всей силы пнул урода обеими ногами. Монстр полетел на мостовую кувырком и исчез позади.

Довесок помахал

ладонью у себя перед носом.

— Ну и ну! — воскликнул он. — Какое драматическое и бессмысленное событие! Вы в порядке, Аркадий?

Ответа не последовало, поэтому Довесок обеспокоено обернулся. Лицо Аркадия было искажено. Взгляд округлившихся глаз застыл, рот свело в кривом оскале. Но в нем присутствовал и глубоко запрятанный оттенок решимости.

— Князь Московии, — шептал юноша. — Князь Московии.

Баба Яга летела по городу с бутылкой в руке. Она не имела желания останавливаться и играть с она-забыла-кто-это-был, вручившим ей хмельной напиток. Сегодня она охотилась за крупной дичью.

Она спикировала вниз и влилась в поток охваченных паникой горожан. Теперь она проталкивалась сквозь сумятицу тел, забивших Воскресенские ворота, — одни пытались попасть внутрь, другие наружу. Баба Яга не особенно жаловала людей, и чем больше их было, тем менее терпимыми она их находила, но нынешний опыт взбудоражил ее. Они впечатывались в нее, толкались и царапались, когда она пробивалась вперед, двигаясь толпе наперерез. Их истерия сделала ее невидимой, а их страх наполнял ее темным злорадством.

Оглянувшись за ворота, Баба Яга увидела голого великана, плавно перемещавшегося на фоне ночного неба. Его появление ни о чем ей не говорило. Она без труда могла проскользнуть мимо исполина и начать охоту у подъездного вала. Но боевой задор ненадолго покинул ее, поэтому она направилась прямо к западной стене Кремля, сунула бутылку политуры в карман куртки и полезла вверх. Она ползла по отвесной стене, словно громадный нетопырь, и вгрызалась в раствор между кирпичами своими костлявыми пальцами. Выбор подобного способа передвижения не имел никакой конкретной причины или цели, просто сейчас ей взбрело в голову поразмять мышцы.

Но даже для нее это оказался громадный подвиг. Когда Баба Яга наконец добралась до верхушки стены, она запыхалась от изнеможения, а по лицу ее градом катился пот.

Она промокала лоб банданой, когда мужской голос произнес:

— Одна из твоих тварей прибыла, демон.

— Не из моих, — ответил механический голос.

— Мне ее убить?

— Ты фанатик, и твои иллюзорные верования сделают ее смерть ничего не значащей для тебя. Удовольствие от ее гибели принадлежит мне.

Пока они говорили, Баба Яга вытащила пробку из бутылки и принялась заталкивать бандану поглубже в горлышко.

— Я ужас и Древняя Ночь, — прохрипела она. На ладони у нее волшебным образом появился спичечный коробок. — Я неназываемый страх. Я та, кого нельзя задобрить. Если ты думаешь, что можешь убить меня, — что ж, попробуй.

— Все возможно с Божьей помощью. — Первый из говоривших держал в руках автомат, но не поднял его к плечу.

Баба Яга опознала его по одежде. Он являлся странником, адептом Белого Христа. Несомненно, он — именно тот, кого

она искала. Белый Христос не пугал Бабу Ягу, ее не мог устрашить ни Красный Один, ни Черный Ваал. Она была стара, старше людской памяти, древнее языка и огня. Она сгустилась из мрака, который пришел прежде богов. Когда первая жертва была возложена на первый алтарь, она была там, чтобы умыкнуть ее у того, кому она предназначалась. Когда первая человекообразная обезьяна была убита своим завистливым братом, она направляла руку убийцы.

Странник стоял и смотрел, но ничего не делал. Подлинная опасность исходила от механического существа, припавшего к земле у его ног. Оно бросилось на Ягу размытой серебряной полосой.

Баба Яга тотчас подожгла заткнутую в бутылку тряпку. Она успеет. Демону потребуется добрых три четверти секунды, чтобы добраться до нее.

А затем она увернулась от твари и разбила бутылку о механическую спину.

Подземного владыку охватило пламя.

Пылая, он вертелся и пытался укусить Ягу металлическими челюстями. Но она знала один хитрый трюк, стоивший двух других. Она сунула пальцы в огонь и, ухватив человеко-волка за лодыжки, опрокинула его.

Владыка мог бы упасть на спину, но, поскольку борьба происходила на самом краю укрепления, он с долгим электронным воем полетел вниз вдоль Кремлевской стены. Когда пылающий владыка ударился о камни Красной площади, визг оборвался. Он продолжал гореть, но уже не двигался.

Баба Яга посмотрела на человека в черном.

— Ты странник, — заявила она. — Вас было трое.

— Нас по-прежнему трое.

— Неужели? — усмехнулась Яга и достала из кармана сгусток плоти. Она бросила его к ногам Кощея. — Я вырвала это у одного, по имени Чернобог. — Она сунула руку в другой карман. — На него я наткнулась случайно, и его было нелегко убить! Настолько трудно, что я просто обязана была взять побольше. Прежде чем умереть, он сказал мне, где я могу найти Сварожича. — Второй кусок мяса с мокрым шлепком присоединился к первому. — С ним я тоже повеселилась. И он, в свою очередь, сообщил мне, где искать тебя.

— Лживая дрянь! — крикнул Кощей. — Сварожич сделал себе операцию на мозге, чтобы обеспечить ненарушение клятвы молчания.

Баба Яга расхохоталась.

— Ты не представляешь, сколько информации можно передать жестами при наличии соответствующей мотивации.

Кощей успел сделать один выстрел, прежде чем Яга вырвала у него автомат. Затем, не мешкая, она скинула Кощея со стены вслед за подземным владыкой. Он попытался врезать ей кулаком в живот, но она тотчас уклонилась и, поднырнув под противника, умудрилась выдернуть из-под Кощея его собственные ноги. Он грохнулся плашмя на спину.

— Прояви каплю смелости, странник! Встань и сражайся. — Баба Яга три раза сильно наступила на лицо Кощея, и он принялся метаться, пытаясь избежать ее тяжелых ботинок. Наконец он поднялся и замер, пригнувшись, словно дикое животное. Кощей хрипло дышал, глаза его пылали двумя угольями в обрамлении черных как смоль волос.

— Патриарх Иаков боролся с ангелом, — произнес Кощей. — Видимо, моя судьба сразиться с тобой — и победить тебя.

— Сосчитай пальцы, странник. — Баба Яга раскрыла ладонь, где лежал свежеотсеченный мизинец.