Чтение онлайн

— Так что же, — в разговор впервые вступил жрец, — по-твоему, те гвардейцы в Теснине тоже были самоубийцами?

— Те гвардейцы защищали беженцев, женщин и детей. У них не было иного выхода. Они отдали свои жизни, пытаясь спасти чужие. А за что отдали жизни твои ратники, воевода?

Ильнар, которому ярость придала сил, вскочил, но тут же, пошатнувшись, рухнул обратно — хорошо, что на стул, а не на пол.

— Хватит! — рявкнул Рольф. — Наслушался… Ты, Ильнар, ступай, отлежись пару дней. Потом поговорим. А с тобой, ведун, у нас разговор не кончен!

В

обращенных к воеводе словах Рольфа уже не было того гнева, что бушевал в трапезной всего несколько минут назад. После того как воевода медленно поднялся из-за стола и, пошатываясь, вышел из трапезной, напоследок окинув ведуна полным холодного презрения взглядом, Рольф кивнул ведуну на освободившееся место.

— Присаживайся.

Ведун обошел стол и сел. Какое-то время все молчали — ведун выжидающе, остальные с угрюмым осуждением. Наконец Рольф оборвал затянувшуюся паузу:

— Ну и что теперь будем делать? Ждать до следующего полнолуния? — почти без раздражения, деловым тоном поинтересовался князь. Ведуну послышалось в его голосе нечто напоминающее тщательно скрываемую надежду.

— Нет, — зябко обхватив себя руками за плечи, Инциус покачал головой. — Оборотень пролил человеческую кровь, а значит, набрался сил. Теперь он сможет выходить на охоту еще две-три ночи и при убывающей луне. Это как минимум.

Рольф вопросительно посмотрел на ведуна. Тот кивнул.

— Все точно.

Рольф помрачнел.

— Значит, у тебя есть шанс закончить дело уже на этой неделе?

— Есть, — подтвердил ведун. — Если, конечно, мне не будут мешать.

— Хватит уже об этом! — князь раздраженно махнул рукой. Потом, помолчав, задумчиво побарабанил пальцами по столу. — Уж не знаю, едите ли вы, ведуны, человечину и воруете ли детей, как про вас иногда рассказывают, но после того, что я сегодня от тебя услышал… честно говоря, не хотелось бы мне водить с такими, как ты, близкую дружбу!

Ведун понимающе усмехнулся.

— Так что ж… — князь откинулся на спинку стула и по-хозяйски глянул на ведуна. — Накладок больше не будет?

— Кто знает? — ведун пожал плечами. — Всего ж не рассчитаешь!

Рольф недовольно нахмурился, но дальше этого его сердитость не пошла. Сейчас, когда князь был непривычно трезв, ему гораздо лучше удавалось держать себя в руках, чем в обычном для него полупьяном состоянии.

— Ну а… — князь нерешительно покосился на жреца. — Насчет того… кто. Никаких догадок не появилось?

Жрец опустил голову чуть ниже, чуть сильнее сжал тонкими пальцами плечи. Ведун вздохнул.

— Пока нет.

— Ну что ж, — Рольф взял со стола чашу и раздумчиво в нее заглянул. — Ступай, зализывай раны. Тебе, я слышал, тоже досталось нынче ночью?

— Ерунда, — небрежно бросил ведун, поднимаясь из-за стола. — Пара царапин.

И снова он поймал на себе недоверчиво удивленный взгляд. Жрец, впрочем, не удивился.

Выходя из трапезной, ведун обернулся, чтобы закрыть за собой дверь, и обнаружил, что за ним по пятам идет Инциус.

— Ну, и к чему был весь это балаган? — равнодушно поинтересовался жрец, шагая

по коридору рядом с ведуном.

— Ты о чем? — ведун не сделал вида, что удивлен вопросом, просто уточнил, что именно Инциус имел в виду.

— Да все эти разговоры о чести и долге, — подсказал жрец. — Ты же не думаешь, что я принял твою речь за чистую монету? Мне известно, что взгляды ведунов довольно сильно отличаются от того, что большинство людей считает правильным и само собой разумеющимся. Но известно мне и то, что они избегают категоричности и жестких суждений, и никому не навязывают своего мнения. Во всяком случае, не в такой резкой манере, как ты сегодня! Ты, наверное, успел заметить, что наш князь… как бы это поточнее выразиться? Временами бывает излишне горяч. Так к чему дразнить гусей?

Ведун беспечно пожал плечами:

— А почему бы и нет? Мне это ничем не грозит, для меня что княжеская милость, что немилость — все одно. А воеводу теперь, глядишь, и не посадят на кол. Сам-то не для того ли там сидел, чтоб не дать князю сгоряча наломать дров?

Жрец бросил на ведуна удивленный взгляд, потом с улыбкой покачал головой.

— Вот уж не знал, что ведунам не чуждо сострадание!

— Чуждо, — сокрушенно вздохнул ведун. — Это не сострадание, это… долг.

— Долг — перед кем? — насмешливо уточнил Инциус. — Перед людьми, Богами, Хранителями? Перед самим собой?

— Нет… — ведун задумчиво качнул головой. — Перед воеводой вашим.

Во взгляде жреца промелькнуло удивление. По тону ведуна нельзя было судить с уверенностью, шутит он или говорит серьезно.

— Скажи, ведун, — жрец нерешительно подергал себя за бороду. — А все-таки, не могли мы с тобой встречаться раньше?

— Все может быть, — равнодушно ответил ведун. — Мир тесен.

— Да… — Инциус рассеянно покивал. — Так ты подумал над моим предложением?

— Над каким?

— Не строй из себя дурачка, ведун! — Инциус раздраженно взмахнул рукой и тут же досадливо поморщился. — Прости. В последнее время я будто сам не свой.

— Ничего, — кивнул ведун. — Я понимаю, вам всем тут сейчас не сладко. Что до твоего предложения… Ответ не изменился. Это решаю не я, а Хранители.

— Да будет тебе, — отмахнулся Инциус. — А то я не знаю, что сделают с тобой Хранители, если ты пойдешь против их воли! Ровным счетом ничего! Оставь это дело, ведун. Откажись. Дай мне время, чтобы попробовать еще раз. Может быть, на этот раз мне удастся убедить ваш Круг!

— Нет, Инциус, — твердо ответил ведун. — Я не могу отказаться.

— Но почему? — в голосе жреца зазвучало отчаяние. — Что тебя останавливает? Если милость князя тебе безразлична, деньги не нужны, а честь и долг для тебя только пустые слова?

— Нет, жрец, — ведун остановился. — И я знаю, что такое долг. Но если я кому-то что-то и должен, то только самому себе. Зато уж от этого долга я не отступлюсь ни за что.

Ведун развернулся и быстрым шагом пошел дальше. А жрец остался стоять на месте, глядя ему вслед ничего не выражающим взглядом.