Чтение онлайн

Он встает и протягивает мне руку.

— Мы можем уйти? Я не хочу ни с кем общаться, и я сделала то, что ты просил. Пожалуйста.

— Нет, нам надо остаться на ужин. Я не хочу вызывать никаких подозрений. Особенно в отношении тебя.

— Уф, ладно, — вздыхаю я.

Джуд встает и ведет меня из дамской комнаты в большую столовую. Здесь установлено несколько круглых столов, все красиво украшено букетами свежих, ярких цветов. Свет приглушен, хотя он все еще достаточно яркий, чтобы можно было отметить экстравагантность, как будто кто-то

хвастается своими деньгами. Мои глаза замечают все: от двух огромных люстр, висящих над головой, до большого оркестра, играющего на сцене.

— Тебе нравится? — спрашивает Джуд, отодвигая мне стул, чтобы я могла сесть.

— Это роскошно, если ты хочешь знать мое мнение. Но эти вещи не впечатляют меня. Меня бы больше впечатлило, если бы наркотики или на какие там деньги куплена вся эта роскошь… — я обвожу вокруг рукой, — перестали так легко разрушать человеческие жизни.

Джуд усмехается и кладет локти на стол.

— Ты не перестаешь удивлять меня, Лекси.

— И чем же? — парирую я с возмущением в голосе. Он относится ко мне снисходительно, но я не позволю ему думать, что я глупая школьница.

— Потому что война с наркотиками бесполезна. Кто-то всегда пытается заработать доллар, и что может быть лучше, чем наркотики? — говорит он с вызовом в голосе.

Я долго и напряженно обдумываю его ответ. Он прав в одном: пытаться уничтожить наркотики — все равно, что пытаться спасти тонущий корабль, вычерпывая воду ведром. Поэтому я говорю на том языке, который он поймет.

— А как насчет проституции?

Его брови удивленно взлетают вверх. Он делает глубокий вдох, проводит рукой по лицу и тихо смеется.

— А что насчет проституции?

— Это самая древняя профессия в мире. Разве ты не можешь покончить с наркотиками и заняться борделями?

— Ты считаешь, что я заставлю женщин заниматься проституцией?

Ого!

— Полегче, приятель. Я ничего не говорила о том, чтобы кого-то принуждать. — Он откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди, явно забавляясь. — Сотри эту глупую ухмылку со своего лица.

Он медлит, но опускает уголки губ. Однако теперь улыбка появилась в его глазах.

— Я говорю о том, что можно предложить безопасное место для работы, хорошие деньги, хорошую клиентуру, определенные стандарты для женщин и для клиентов и зарабатывать деньги так.

Люди все еще усаживаются за стол. Женщины смотрят на Джуда и быстро переводят взгляд на меня, в основном игнорируя меня, пытаясь привлечь внимание Джуда. Его внимательность не ослабевает, и за исключением нескольких кивков головой и пожатия рук, он не отвлекается.

— Интересно, — бормочет он, оглядывая комнату. — Ты довольно прогрессивно мыслишь. Большинство людей скажут, что проституция так же вредна, как наркотики или огнестрельное оружие. Но ты предлагаешь альтернативу наркотикам и оружию. Вот только разве проституция — это выход? К сожалению, этот мир не из лучших. Это не блестящие радуги и единороги. Это дерьмо. Когда я отойду от дел

или умру, сотня людей займет мое место.

Это, конечно, вызывает больше вопросов.

— Тогда почему тебя еще не убили? Если мир такой беспощадный, каким ты хочешь его показать, то почему тебя еще не… как сказал бы кто-то такой, как ты… не «порешили»?

Передо мной ставят маленькую тарелку, я смотрю на невероятно крошечную закуску.

— Ты меня забавляешь, Лекси. Я могу умереть, только если один из моих людей убьет меня, или от старости. Я хорошо защищен. Очень хорошо защищен. — Он съедает свою крошечную порцию еды и смотрит на мою. — Ты собираешься это съесть?

Он многозначительно смотрит на мою маленькую тарелку.

— Да, я собираюсь это съесть. Что бы это ни было. Черт. — Я беру свою вилку.

Раз, два, три — и моя тарелка становится чистой. На ней ни крошки.

— Тебе понравилось?

— Это еда. Мы можем вернуться к тому, зачем мы вообще здесь?

— Чтобы собрать деньги на реабилитационный центр.

— Да ладно, серьезно? Ты не видишь в этом ничего смешного?

— Для меня это способ платить меньше налогов.

Держа стакан с водой, я замираю и смеюсь.

— Ты платишь налоги? То есть, по-настоящему? Ты не производишь впечатления человека, который платит налоги.

Необычный звук привлекает мое внимание, и я поворачиваюсь, чтобы посмотреть. Как будто что-то тащат через равные промежутки времени. Я нахожу источник шума и смотрю на него. Это человек, и он сильно хромает.

— Это он, — шепчу я Джуду.

— Кто? — он наклоняется, чтобы посмотреть в ту сторону, куда смотрю я.

— Он, — шепчу я, оборачиваясь, когда взгляд Хромоножки касается меня. — Парень, который разговаривал с Альфредом.

— Та-ак, — медленно говорит Джуд. — Я знал, что Альфред создаст мне проблемы, но Марио… Я удивлен.

— Марио — Хромоножка?

— Хромоножка? — переспрашивает Джуд.

Я легонько шлепаю его по ноге и смеюсь над собой.

— Я просто назвала его так, потому что не знала имени. Не то чтобы я смеялась над ним, просто это было трудно не заметить.

Джуд кладет свою руку на мою и сжимает. Мое глупое сердце решает прямо в этот момент резко застучать, заставляя мое глупое лицо расплываться в улыбке от этого глупого прикосновения. Идиотка.

Уф.

— Ты действительно меня забавляешь.

Пустую тарелку забирают, другую ставят передо мной. В ней больше еды, чем в предыдущей. Мы с Джудом спокойно едим, но все это время он смотрит на меня или на Альфреда, который сидит через два столика от нас спиной к нам. Хромоножка сидит за другим столом и довольно далеко от Альфреда.

— Ты знал, что они знакомы? — спрашиваю я, проследив за его взглядом.

— Этот бизнес большой, но все знают друг друга. Например, — он замолкает и хватает проходящего мимо официанта с шампанским за руку. — Кто я такой?