Дар времени
Шрифт:
— Он был шокирован. Меня засыпали вопросами, как ты, наверное, догадываешься.
Гризз кивнул.
— Но важнее всего для него было быть уверенным в том, что Мими знала, Томми любил её так же сильно, как и его. Он переживал, что чувства Мими будут задеты из-за того, что Томми женился на мне, когда я уже была беременна ею. — У меня на глаза навернулись слезы. — У моего ребенка огромное сердце.
— Но не такое большое, как у его матери, — шепнул Гризз.
Вопрос, который в тот день хотели задать Гриззу дети — не хочет ли он поехать с нами. Вернувшись после отлучки в уборную, я наблюдала за тем, как Гризз
Четыре дня спустя мы отправились в поездку.
Джейсон светился от счастья.
— Не нервничай, Джеймс. Мы будем рядом с тобой, когда ты встретишься со своим отцом в первый раз.
Спокойно оставив Рокки, Хоуп и Спуки на попечение Картер, мы пустились в путь. За милю до границы с Северной Каролиной поведение Гризза заметно изменилось. Он напрягся.
Я осторожно тронула его за руку.
— Все будет хорошо, — прошептала я. — Просто поверь.
Мы пересекли границу с Северной Каролиной. Дороги были настолько извилистыми, что я решила — возможно, слегка подташнивает меня от движения. Пейзажи захватывали дух. Я побывала в этом маленьком городишке прошлой зимой. Тогда это была красота другого рода. Оголённые деревья раскинули свои застывшие ветви на фоне ослепительно сверкающего белого снега. Сейчас, с наступлением весны, деревья и растения набирали цвет, создавая купол из крон деревьев над узкой дорогой. Даже воздух здесь пах по-другому. Мы увидели знак с надписью: «Добро пожаловать в Пайн Крик, высота над уровнем моря 3 800 футов».
Мы свернули налево возле небольшой кофейни, которая первоначально, с тысяча восьмисотого года была настоящей школой. Школьный колокол до сих пор гордо висел на своем месте — в маленькой башне. Не успели мы оглянуться, как уже сворачивали на грунтовую дорогу. Доехав до почтового ящика с надписью «Хантер», мы повернули направо.
Под шинами колес захрустел гравий, и добравшись до вершины длинной подъездной дороги, мы от удивления дружно вздохнули. На фоне захватывающего вида гор раскинулись зелёные пастбища. Посередине этого великолепия расположился большой двухэтажный коттедж, а позади него — красный сарай. Легковые и грузовые автомобили были припаркованы по правой стороне, и повсюду сновали люди. Аромат жареного мяса вплыл в открытые окна машины.
Я заметила его сразу же. Как и его сына, его трудно было бы не заметить.
Мика Хантер пошел к нашей машине, ускорившись, когда Гризз припарковался. Я наблюдала за тем, как Гризз замешкался, потом открыл дверцу и начал медленно выходить из машины. Едва он успел захлопнуть дверцу, как Мика подошел к нему и заключил в свои медвежьи объятия.
Он уткнулся лицом в плечо Гризза, и я услышала, как дрожащим голосом он произнес:
— Добро пожаловать домой, сынок. Добро пожаловать домой.
Глава 60
Гризз
2002, Северная Каролина
Гризз одеревенел, когда отец, которого он никогда не знал, шагнул к нему, вторгшись в его личное пространство и крепко сжал в объятиях своего единственного ребенка. Когда Гризз наконец смог отстраниться,
Мика Хантер взирал на своего взрослого сына с бесконечной любовью. Не важно, что до сегодняшнего дня они не встречались ни разу. Во взгляде мужчины читались благосклонное одобрение, радость и какая-то надежда, вот только Гризз никак не мог понять своих чувств по отношению ко всему этому. У него оставалось лишь одно объяснение — Джинни не все рассказала Мике о нем. Нет. Должно быть, тот многого не знает, потому что определенно не стал бы встречать его с распростертыми объятиями.
Гризз настороженно посмотрел на Джинни, а затем на людей, собравшихся во дворе Мики.
Словно почувствовав, что его сын испытывает дискомфорт, Мика принялся ему объяснять:
— Я очень взволнован. В честь такого события я собирался зажарить поросёнка, но не волнуйся, они знают, что им нельзя здесь засиживаться. Они уже прибрались после ужина и в любом случае готовились расходиться, но задержались здесь лишь для того, чтобы посмотреть на вас, деточки.
Мика окликнул людей, собравшихся на его земле:
— Я от всего сердца благодарю всех вас за то, что вы пришли поприветствовать в родном доме моего сына и его семью.
Джинни, стоя рядом со своими детьми, украдкой взглянула на них после того, как Мика упомянул семью. На лицах Мими и Джейсона расплылись улыбки от уха до уха.
— Но, — продолжил Мика, — как я уже говорил вам, когда мы сели за стол, это для них перебор. Да и для меня тоже. Так что мы отложим знакомство до следующего раза.
Гризз с заметным облегчением наблюдал за тем, как гости, уважив желание Мики, начали собираться. Родители, улыбаясь, погнали своих детей к легковым машинам и грузовикам, в то время как сами принялись заворачивать бумажные тарелки в фольгу. Несколько ребятишек задержались, и по их виду было понятно, что им очень хочется познакомиться с детьми Джинни. Наконец, их тоже увели.
— Как думаешь, сколько их здесь? — широко распахнув глаза, спросил у матери Джейсон.
— Так много, что и не сосчитать, — покачала головой она.
Она увидела мужеподобную пожилую женщину, которая, похоже, взяла на себя обязанность разогнать гостей по своим машинам.
Мика беседовал с Гриззом, Мими и Джейсоном, однако Джинни не обращала на них внимания. Она наблюдала за тем, как женщина, распрощавшись с последней семьей и захлопнув дверцу их машины, рванула прямиком к Мике.
— Мика Эдвард Хантер, даже думать не смей отсылать меня прочь прежде, чем я познакомлюсь со своим племянником! — громко заявила старушка. Прервав беседу, Мика обернулся к ней. — Мой покойный муж был Джеймисон, так что с этим мальчиком мы родственники с обеих сторон, и я не собираюсь сматываться вместе с остальными!
Услышав, как она обозвала Гризза мальчиком, Джинни улыбнулась.
Мика обреченно вздохнул.
— Джеймисон, Джинни, Мими, Джейсон… — Он махнул рукой в сторону женщины, которая встала, уперев руки в бока. Ее седые волосы были стянуты на затылке в тугой пучок. — Это моя сестра, Матильда, и с тех пор, как ее муж и моя Маргарет Мэй умерли, она считает своей обязанностью обо мне заботиться. Слава Богу, что она не живет со мной, но я не сомневаюсь, она тут же переедет, если я позволю.