Чтение онлайн

У Данфейт перехватило дыхание на вдохе и она, чуть было не закашлялась.

– Я говорю не вполне приятные для тебя вещи? Извини, конечно, но пока твоя сестра не пристроена, тебе придется тяжеловато на личном фронте.

– Хотя бы сегодня ты мог бы не напоминать мне о том, что я не вписываюсь в твои представления о "красоте"?

Герольд, в ответ на эту реплику, только рассмеялся.

– Сирия рисовал тебя потому, что ты не похожа на всех остальных. Этот портретист всегда славился своей странной любовью ко всему необычному и к некрасивым женщинам

в частности. Не думала же ты, что рядом с сестрой тебе будет проще найти себе спутника среди тех, кто на голову выше тебя по способностям?

– Спасибо, папа, за все те комплементы, которыми ты только что удостоил меня. Мог хотя бы в канун моего дня рождения не вспоминать об этом.

– Я просто хочу, чтобы ты реально смотрела на вещи! Поможешь сестре - поможешь и себе! Прием состоится завтра в семь вечера.

– Не хочу я никаких приемов...

– Твоего мнения я не спрашивал.

– Не сомневаюсь...

– Проведешь там час, встретишь гостей, а потом можешь идти, куда хочешь. Айрин и я, как всегда, уладим все детали.

– Папа!

– Я сказал "час"!!!
– закричал отец и ударил кулаком по подлокотнику своего кресла.

Данфейт выдохнула и опустила голову. Пять лет - а по сути, ничего не изменилось. Все тот же покровительственный тон и не тени сомнений на лице. Будто он - Всемогущий, и только ему известно, как будет лучше для всех них.

– Скоро ужин. Иди, переодевайся.

Данфейт, по привычке, поднялась с кресла и наклонилась к отцу, позволяя ему прикоснуться к своему темени губами.

– Я люблю тебя, девочка моя. И рад видеть тебя дома.

– И я люблю тебя, па...

Заученные фразы, от которых на душе не становилось теплее. "Я люблю тебя", произнесенное Кимао, заставляло ее замирать, останавливало ход ее времени, а это пустое "я люблю..." - ничего. Данфейт покинула кабинет в молчании и, встретившись глазами с сестрой, которая остановилась перед дверями, улыбнулась ей.

– В деревню я поеду с вами, - спокойно произнесла Айрин, давая понять, что в этой игре она сделает все так, как нужно, не предоставляя повода отцу задать лишние вопросы.

– Привет папа!
– услышала Данфейт позади себя.

– О, Айри, проходи, дорогая, присаживайся. Попросить Ми, чтобы принесла тебе чай?

Хлопок - и дверь закрылась за спиной Данфейт. Девушка посмотрела вперед и увидела Кимао, стоящего возле лестницы. Он не сводил с нее глаз несколько минут, и лицо его приобрело озадаченный вид.

"Некрасивая". "...Мужчина склонен свободнее чувствовать себя рядом с женщиной, которая не пользуется популярностью среди противоположного пола, нежели рядом с той, на которую смотрят все". "Айрин - это звезда, что сияет на небосклоне, а он лишь один из зрителей, которому она позволила прикоснуться к себе".

Кимао, словно, очнувшись из забытая, направился к ней и, схватив за руку, потащил за собой.

– Ты что?
– зашипела Дани, пытаясь вырваться.

Кимао затащил ее в свою комнату и, захлопнув дверь, прижал ее к стене, нависая и заглядывая в глаза.

–

Ты что...
– повторилась она, закрывая свои глаза, когда почувствовала, как его ладонь прикасается к ее волосам.

– С моими способностями я мог выбрать себе любую из женщин. Но мне не нужна любая, мне нужна ты. Не важно, что он думает по поводу твоей внешности. Он - дурак, если не видит очевидного. Ты - самая красивая. Ты - моя звезда, что сияет на небосклоне. И другой мне не надо, - ответил зрячий, раскрывая ее губы своими и вторгаясь в сладостный ротик.

Его нога оказалась промеж ее ног и, с силой надавив, заставила ее втянуть в себя воздух.

– Ты слышал...

– Его читать так просто... А твое молчание сводит с ума... Нужно было сказать ему... Выплеснуть в лицо свое негодование и ответить, что я люблю тебя, а не ее...

– Ты знаешь, что я не могу этого сделать...

– Зато я могу!
– прошипел Кимао и отстранился от нее.

– Нет!

– Если не скажешь ты - это сделаю я.

– Ты не посмеешь!

– Посмею! Еще как посмею!
– ответил Кимао и отвернулся от нее. Иди. Тебе еще нужно переодеться...

– Нет, Кимао...

– Уходи, Данфейт...

Дани прижала ладонь к губам, что несколько секунд назад он целовал, и, спрятав свою горечь за налепленной на лицо полуулыбкой, покинула его апартаменты.

***

Через пятнадцать минут все собрались в столовой на ужин. Овощи, фрукты, мясо, закуски. Ничего особенного, никаких излишеств или незнакомых блюд. Графины с разными сортами вина, вода, соки и нектары.

Героль Белови восседал во главе стола. По обе руки от него заняли свои места дочери, а дальше те, кто приехал сюда вместе с ними. Беседа протекала на тему виноградников, которые в этом году из-за сильной жары пострадали от пожаров больше, чем обычно. Герольд был искренне обеспокоен этим фактом, ведь часть своего состояния он сделал именно на вине.

– Значит, виноделие - Ваше хобби?
– спросила Эрика и улыбнулась пожилому сайкаирянину.

– Это не хобби, это - страсть. Безусловно, для этого рода занятий необходим и талант. Айрин может распознать любой сорт вина, изготовленного на наших винодельнях.

– Так уж и любой?
– приподнял брови Орайя, который о данном таланте своей подруги никогда не слышал.

– Однажды, отец устроил состязания, и я смогла безошибочно определить двенадцать сортов красного вина разных годов выпуска.

– А Данфейт?
– вступил в разговор Террей.
– Сколько сортов определила она?

Герольд Белови в ответ на этот вопрос рассмеялся.

– Наша Дани предпочитает более крепкие напитки. "Сизый Амир", "Янтарный коньяк", виски или просто виноградный спирт. Первое ее знакомство с виноделием началось в четырнадцать лет, когда она на спор решила очистить бут от винного камня. Рабочие достали ее из бочки через пятнадцать минут, потому как идти самостоятельно она уже не могла.