Дамнат
Шрифт:
Выпрямился. Пальцы привычно сжали рукоять, обильно пропитанную его потом. Такую родную. Меч — вот первая и единственная истинная любовь. Охваченные пылом сражения, противники не увидели нового участника или же не обратили внимание. Но когда увидят, будет поздно.
Большинство гвардейцев были облачены в кирасы или латные доспехи. Именно среди них он и оказался. Таких легко убивать. Бей в шею — она не защищена. Выпад, еще выпад. Тела падают будто мешки набитые песком. Просто работа. Грязная и неприятная. Остается только уворачиваться от крови, и морщиться
Легко убивать незнакомых тебе людей. И темнота Калладу не помеха. Да и теснота тоже. Слишком часто приходится биться в тесноте. В плотном строю разгоряченных тел. Вдыхая все богатство запахов, источаемых человеком. Кровь, пот, говно и вывороченные кишки рождают неповторимый дух, присутствующий только там, где битва.
И к этому тоже нельзя привыкнуть.
Пока до солдат Анастасия дошло, в чем дело, большинство — человек восемь — пали. Аркера подстрелил половину вордуров. Благо они были защищены хуже, чем отборные воины павшего первого советника. Бригантины, кольчуги и ламеллярки, к тому же не лучшего качества. Аркере тоже не преграда ни тьма, ни латы, ни щиты.
Всего несколько секунд и бой закончился.
— Я ж сказал, кто-то свистнул! — услышал Каллад знакомый голос. — Аркера свистел, значит! Я знал, что они где-то неподалеку. Братья! Добьем сукиных детей!
— Постойте! — крикнул Анастасий. Каллад поискал его глазами и увидел. Советник спрятался в нише под лестницей на стену, среди корзин. С опаской выглянув оттуда, он приказал: — Солдаты! Бросайте оружие!
Гвардейцев осталось только три человека, из них двое с ранениями.
— Кто ты такой? — прохрипел Григ, стоя на одном колене, сплевывая кровь и глядя на Каллада снизу вверх. И он был ранен. Из сочленений в латном нагруднике капала кровь. Капитан столичных вордуров был очень бледен. Не жилец.
— Убей его, хлопец! — сказал кто-то позади него. Каллад обернулся. Говорил старик в видавшей виды бригантине. — Убей его, не видишь, что он труп!
— Ах ты… сволочь… — Григ говорил все тише. Пошатнулся, и, чтобы не упасть, оперся рукой о землю. Кровь текла изо рта не останавливаясь.
— Что, орать уже нет сил, сопляк? — Скривился старик и плюнул в лицо Григу, а затем посмотрел на Каллада. — Ну, спаситель наш, избавитель! Что ждешь? Режь ето дерьмо!
Каллад зашел Григу за спину, вынул кинжал и перерезал ему горло, не сводя глаз со старика.
— О, спасибки! Меня Осипом кликать, ежели что…
В висок пожилого охотника на магов воткнулась стрела. Осип вытаращил глаза, захрипел и завалился набок.
— А его — Каллад! — крикнул со стены Аркера.
— Правильно! — сказал Эндр, подняв свой косарь с земли. — Еще одним говнюком меньше.
— Что с оставшимися делать? — спросил Мёд. В бойне уцелело шесть человек. Трое гвардейцев и трое вордуров. И Анастасий, так и стоявший подле корзин.
— Пусть идут, — скомандовал Эндр. — Да, и
— Я здесь, командир. — Аркера уже спустился и осматривал павших, вынимая из их тел стрелы.
— Кто там, снаружи? Все?
— Беддах и Ниа.
— А Тимьян с Киром где?
Аркера пожал плечами.
— Не знаю. Пропали.
— Пропали?
— Думаю, они встряли в переделку.
— Почему ты так решил?
— Долго рассказывать, командир. Давай здесь разберемся сначала… так, а с этим что?
Аркера нацелился на еще одного вордура, во всем черном. Он был безоружен и очень мрачен.
— Это Итулла. Не обращай на него внимания. Опусти лук.
Эндр помахал косарем, видимо сожалея, что так и не пришлось пустить его в ход и объявил:
— Все свободны! Кроме тебя, Итулла. И тебя, Анастасий. Поговорим. Итак, Анастасий, воробышек ты наш! Поди сюда, хватить прятаться. О, и принцесса пришла. Благодаренье богу нашему, пташки целы.
— Нам некуда идти, — хмуро сказал один из вордуров.
— Как некуда? Идите на стену. Или бегите, как многие делают. Я бы на вашем месте так и сделал. Где ваши остальные?
— Это все.
— Неужто разбежались?
— Легко бить рабов, — с глубокомысленным видом произнес Мёд. — Нелегко быть рабом.
— Вот, — согласился Эндр. — Послушайте этого умника и проваливайте. Всё равно этот город обречен. Так ведь, Анастасий?
Анастасий робко подошел, брезгливо осматривая трупы и стараясь не ступать на кровь.
— Чего вам надо?
— Я хочу его смерти! — злобно выкрикнула Ниа. Кажется, что картина, развернувшаяся перед ней нисколько ее не испугала. Как впрочем и Дакси. Мальчик даже не стал глядеть на валявшиеся всюду тела, подошел к сестре и обнял ее.
— Успокойся, сестра, — тихо сказал он, вдыхая запах ее волос. — Успокойся.
— Я спокойна, — сжав ладонь брата, ответила Ниа.
Каллад скривился, осмотрев заваленный телами и залитый кровью двор замка идшукантов. Посмотрел на обнявшихся посреди побоища Дакси и Ниа. Их юность и красота резко контрастировали с окружающим.
— Ладно, — начал Эндр. — Времени нет. Анастасий! Поговорим?
Анастасий старался не смотреть на мертвых. Унизанные перстнями пальцы нервно сжимались и разжимались.
— Скажи, чего ты хочешь? — спросил его Эндр. — Какие цели преследуешь? Только, прошу, не говори мне о борьбе с захватчиками, о поруганной родине, свободе…
— Но я действительно этого хочу, — печально ответил советник.
— Твой внешний вид говорит как раз об обратном.
— Внешность — обман. — Анастасий вздохнул и посмотрел на небо. Ниа фыркнула и отвернулась. — Хотите знать, какие цели я преследовал? Хорошо, я скажу, а поверите вы мне, или нет, мне все равно. Но для начала позвольте спросить вас, друнгарий, почему меня — именно меня, сибарита и любителя мальчиков, как многие думают, — почему меня приблизил Канг? Безвестного дворянина, больного человека? Уверен, многие задавали этот вопрос…