Дама слева
Шрифт:
Но Элисон пришлось подождать ещё полчаса, прежде чем появилась миссис Фрида Гордон-Платт. К тому времени, как на лестнице послышались приглушённые шаги на лестнице, она была уже так взвинчена, что не могла встретиться лицом к лицу с Полом и той женищиной, поэтому Элисон поспешно скрылась в конце магазина.
Они разговаривали как старые добрые друзья. Звук их голосов заставил Элисон сдавить рукой горло. Шаги затихли, и голос миссис Гордон-Платт произнёс:
– Мисс Рид. Я бы хотела попрощаться с ней. Она здесь?
– Нет, полагаю,
– Да. Да, у меня тоже создалось такое впечатление… Она… Она необычная девушка, довольно красивая, миниатюрная, и станет очень привлекательной, когда возмужает.
Элисон так сильно сдавила горло, что задохнулась. Губы её сжались в одну узкую линию, когда донёсся голос Пола:
– Да, думаю, ты права. Она будет что-то, когда возмужает.
«Возмужает!» – Элисон повторила про себя это слово. Она подождёт, пока он не останется один. Она возмужала много лет назад, и он знал это.
Когда снова послышались шаги, девушка пробралась поближе к выходу и встала так, чтобы можно было видеть две фигуры у стеклянной двери магазина. Они стояли лицом к друг другу. Миссис Гордон-Платт что-то говорила. Элисон смогла уловить лишь конец фразы.
– Как я сказала, молодость безрассудна. Это время ложных ценностей и сумасбродства… слепого сумасбродства. Жаль, что кому-то приходится за это расплачиваться, не так ли? Кто-то страдает, потому что молод. Возраст имеет свои преимущества, ты не согласен, Пол?
– Согласен. Возраст, как ты говоришь, определённо имеет свои преимущества.
Пол сказал ещё что-то, затем Элисон увидела, как он пожал протянутую руку, потом открыл дверь, и миссис Фрида Гордон-Платт направилась прочь, бросив на него последний взгляд.
Теперь Элисон тихонько вышла из своего укрытия и наблюдала, как Пол смотреб в след женщине, пока та не скрылась из вида. Он повернулся, чтобы спуститься в магазин, и замер при виде девушки. Мгновение он стоял и смотрел на неё оценивающим взглядом, потом улыбнулся и направился к ней. Оказавшись рядом, он наклонился вперёд и прошептал:
– Подслушивала?
Элисон хотелось наброситься на него со словами: «Полагаю, я смогу заняться настоящим делом, когда я возмужаю», – но не могла произнести ни слова по той простой причине, что увидела на его лице незнакомое ей выражение. Она ещё никогда не видела такого взгляда. Он был… Девушка отклонила слово «восторженный». Пол был счастлив. Она видела это в его глазах, и чувствовала, как разрывается её сердце. Пол был счастлив, потому что вернулось его прошлое… Девушка, которая едва не свела его с ума, стала женщиной и вернулась к нему. Элисон снова обрела дар речи.
– Молодость – время ложных ценностей, – проговорила она и добавила. – Возраст имеет свои преимущества.
Она же хотела, чтобы Пол был счастлив, не так ли? Она всегда говорила себе, что готова на всё, чтобы продлить его счастье. Элисон вспомнила мучительно горькие слова,
Я потерял свой ключ;
Его нашёл другой.
И он зовёт: «Возрадуйся со мной».
Возрадуйся со мной. Что ж, Элисон не была викторианской героиней. Она не могла улыбаться или болтать в её нынешнем состоянии. Но нельзя себя выдать. Если она покажет, что её гложит, их жизнь или то, что от неё осталось, станет невыносимой. Поэтому Элисон снова вернулась к роли хозяйки дома и сестры милосердия и проговорила с суровой чопорностью:
– Если ты подхватишь новую простуду, не жди, что я буду прыгать вокруг тебя.
Она видела, как он с трудом сдерживается, чтобы уголки губ не поползли ещё выше, но глаза его смеялись, когда он сказал:
– Нет, матрона, я не жду, что ты будешь прыгать вокруг меня. Я немедленно возвращаюсь в свою камеру.
Пол сделал насмешливое движение, как будто пытался пуститься от неё наутек, но достигнув лестницы, обернулся и сказал:
– Помнишь, что доктор Бейли сказал два дня назад? Ничто так не помогает от прослепростудной депрессии как шампанское. И знаешь что? – он насупил брови. – Думаю, мне нужно шампанское. Когда Нельсон вернётся, сбегай к Фулерам и купи бутылочку.
Пол, не дожидаясь ответа, быстро скрылся за дверью, а Элисон стояла со стиснутыми руками, впившись зубами в нижнюю губу, пока жёсткий внутренний голос ни сказал: «Прекрати! Если начнёшь плакать сейчас, то что же будешь делать в конце? Ты должна стойко вынести всё. Ты не в последний раз видела миссис Гордон-Платт. Смирись сейчас и потом будет не так больно. Она останется здесь навсегда.»
Миссис Дикенсон как обычно накрыла стол для ужина и оставила полуфабрикаты, которые можно было быстро приготовить. Сегодня это был жареный стейк. Что бы поджарить его на газовой сковороде понадобилась бы всего пара минут. Поэтому когда Элисон отказалась остаться и выпить шампанское под предлогом, что нужно приглядеть за стейком, Пол сказал:
– Куда спешить? Ничего не с ним не случится. Давай же, выпей.
И он всунул бокал в руку Элисон, потом взял свой и, качнув им в направлении девушки, произнёс:
– Я хочу, чтобы ты выпила со мной. За нового Пола Элмера, который сегодня родился, – мужчина наклонился к ней, при этом его голос потерял добродушие. – Пей. Я должен кое-что тебе сказать.
Элисон показалось, что в его взгляде застыл вопрос. Сердце её подпрыгнуло и заколотилось в груди. Ей хотелось бежать прочь из комнаты. Она просто не могла пить, думая о том, что он собирался сказать.