Да святится Имя Твоё

Заходи, мой новый друг. Располагайся поудобнее, а я пока разожгу огонь.

Хочешь вина?

Хотя ладно, что я всё оттягиваю момент?..

Я готов рассказать нашу историю. Нет, не так. Мне НУЖНО рассказать нашу с ней историю, ведь всё, что с нами произошло слишком неправильно, чтобы быть обычным. Всё, что с нами произошло, заслуживает того, чтобы об этом узнали.

Меня зовут Ронни, мой друг. Ронни. Запомни это имя.

А её…

* * *

— Что

с тобой было? — шёпотом спрашиваю я.

— Жизнь, — я слышу в его голосе горькую усмешку.

— Она не должна быть такой, — я очерчиваю пальцем особенно большой, вздувшийся шрам на левой лопатке.

— Другой у меня нет.

Мне так жаль его, так за него больно, что я не сдерживаюсь. Тянусь к нему и прикасаюсь к уродливому рубцу губами. В голове проносится мысль, что мне необходимо перестать жалеть всех, кроме себя, нужно быть жёстче, нужно… И вообще, я же сама ему недавно говорила о двусмысленности. А теперь целую его шрамы. Целую и хочу целовать ещё, обводить каждый из них языком и наслаждаться его порывистыми вздохами, такими, какие я слышу сейчас. И…

Он оборачивается резко, хватает меня за плечи, поворачивается вместе со мной и вжимает меня в шкаф. Аарон нависает надо мной огромной, тяжело дышащей, но всё же живой статуей. Зрачок почти закрыл голубую радужку, отчего глаза кажутся двумя безднами. Безднами, в которые я проваливаюсь без остатка.

Моё сердце колотится так, будто стремится вырваться из груди. Внутри всё дрожит, а взгляд приковывается к его чувственным губам, которые, почему-то я уверена, умеют не только грозно сжиматься.

— Криста… — хрипло произносит он, но я не даю ему договорить.

Я встаю на носочки, одновременно притягиваю его к себе за шею. Сама целую его, сама углубляю сразу же этот неправильный поцелуй, проскальзывая языком в его рот и задыхаясь от его восхитительного вкуса.

Таких ощущений не бывает. И таких мужчин тоже. Я ни с кем не теряла голову. Ни разу. Ни с Дэрги, ни с Тиарго, а сейчас не могу думать ни о чём, кроме того, что хочу, чтобы он ответил, хочу, чтобы он касался меня, стащил эти ненужные тряпки, чтобы хотел меня так же, как и я его.

Он медлит всего секунду, а потом из его груди вырывается стон. Его руки взлетают вверх, обхватывают мою голову. Его указательный палец зарывается в волосы за моим ухом, большой — давит на подбородок, заставляя меня сильнее открыть рот, впустить его язык, позволить ему проскользнуть по моему нёбу.

Я стону в его рот, тяну за мягкие чёрные волосы, и когда он на мгновение разрывает поцелуй, тут же припадаю губами к жилке на его шее.

— М-м-м, — слышу я, прикусывая его кожу, и этот звук огненным молотом ударяет вниз живота.

Темнейший, если он сейчас не…

Но Аарон словно слышит мои мысли — подхватывает меня, заставляя оплести его ногами, ещё сильнее прижимает к шкафу, который

отзывается жалобным скрипом.

Я не даю ему подумать, потому что мне кажется, если я перестану его целовать, он тут же придёт в себя и прогонит меня. Поэтому я бесстыдно трусь об него, целую жадно, шумно дышу в его рот, когда он сжимает меня пониже спины своими сильными ладонями.

Поцелуи всё глубже, а его прикосновения такие горячие. Его губы такие нежные и такие настойчивые одновременно. Его тело такое твёрдое, а стоны такие порочные…

— Я хочу тебя, — шепчу я, прикусывая его губу. — Хочу тебя.

Тиарго

«Криста меня убьёт», — проносится в моей голове, когда я вижу, как один из здоровяков, воодушевлённо скакавших по крышам за хрупкой светловолосой Кристой чуть не убивает её саму. Ловкая девчонка уворачивается от арбалетного болта и перепрыгивает с крыши на крышу, громко помянув Темнейшего. Амбалы бегут менее резво и, к счастью, стреляют тоже не очень.

Или, наоборот, слишком уж хорошо.

Хмурюсь, когда в голове всплывает догадка. Следующий болт вновь проходит мимо девушки, но со стороны мне становится понятно, что Кристу загоняют. Ещё один болт корректирует путь моей подруги, заставляя её свернуть. Пара крыш — и бежать ей будет некуда.

Я бросаюсь наперерез погоне, втайне надеясь, что к тому моменту, когда моя напарница меня увидит, её всё же кто-нибудь стукнет по голове, и она лишится чувств. Пусть хотя бы на пару часов. За это время я успею прикупить ей новые сапоги, которые, я надеюсь всей душой, смягчат её ко мне отношение.

Усмехнувшись своим мыслям и не сбавляя темпа, я поправляю ремни на груди, нащупываю спусковой крючок, скольжу пальцем по тонкой металлической спице. В этот раз все наверняка получится.

Криста уже совсем близко, ей стоит лишь повернуть голову, чтобы меня увидеть, но её взгляд устремлён лишь вперёд, чему я несказанно рад. До края крыши осталось совсем немного, когда проклятый болт всё же достигает своей цели. Из плеча моей подруги обильно и в такт с пульсом выплёскивается алая кровь.

Я замираю на долю секунды, чувствуя, как внутренности скручивает тугим узлом страха, но потом несусь во весь опор, перепрыгивая вентиляционные и дымовые трубы. Врезавшийся в тело снаряд разворачивает Кристу на месте, заставляя меня содрогнуться и сразу же подавить подкатывающуюся к горлу тошноту. На мгновение её взгляд встречается с моим, и мне кажется, что я успеваю уловить в нём кислый осадок разочарования. А потом она летит вниз спиной.

Нет, крошка, мы так не договаривались.

Я изо всей силы нажимаю на спусковой крючок и, не забыв выбросить в сторону приближающихся амбалов пару метательных звёздочек, прыгаю вниз.