Да гори оно всё...
Шрифт:
— Держись рядом. Никуда не отходи от меня, — предупреждаю и навешиваю на лицо высокомерие.
Экипаж останавливается у парадного входа, украшенного лентами и флагами в цветах Теодории. Нас встречает разряженная прислуга и, сверив приглашения с записями, сопровождает во дворец. Везде белый мрамор, золотые росписи, героические портреты Его Величества, пёстрые придворные, от нарядов которых режет в глаза. Всё кричаще дорого и богато, как будто цель Нирана подчеркнуть свою значимость и превосходство. Лучше бы тратил на армию
Останавливаемся у картины, где Калирон бьётся с драконами, и с интересом рассматриваем её, дожидаясь Седорика с Арвалом. Те притворяются членами гильдии купцов, источая продажную важность.
Раскланиваемся, сойдясь в одной точке, и, непринуждённо беседуя, перемещаемся к лестнице. Вряд ли принца Луделии посмели запереть в казематах, поэтому поднимаемся на второй этаж.
И вот там нас поджидает неприятность — Шохарн в сопровождение четырёх стражников ведёт Ториана прямо на нас.
Глава 45
Ториан
Мне приносят нормальный наряд, и я не без удовольствия сдираю с себя костюм доходной девицы. Чёрный мне ближе к сути и жизненному пути. Позволяет держать дистанцию, не привлекает любопытные взгляды и демонстрирует мою закрытость к ненужному общению.
А сейчас чернота расползается во мне ядом. Разъедает спокойствие и уверенность в себе, не оставляющие меня никогда ранее. Происходящее вокруг Жени беспокоит и волнует. Кажется, я делаю одну ошибку за другой. Двигаюсь, принимаю решения, а потом оказывается, что шагнул не туда.
В результате потерял Женю, а вернув, сам отдал её в руки Нирана. Надо было ещё в Пустоши плюнуть на дипломатичность и уничтожить отряд Шохарна. Забрать их запасы да добраться до дальних границ Теодории, притирающихся к Луделии.
Но я, ведь, не убиваю без причины. Меня, ведь, учили королевскому благородству. «Правитель должен карать только в крайних случаях, когда порицание и наказание не работают». Так говорил мой отец, потерявший из-за своих взглядов трон, власть, сына, жену.
Странно, я всегда ставил в упрёк ему его принципы, а сам до сих пор живу по ним. Вот и теперь, действуя на их основе, продолжаю надеяться уладить всё без крови. Как будто Ниран вернёт мне Женю. Подведёт на балу ко мне и отдаст. Идиот…
Надо разнести замок в крошку вместе с хозяином да гостями, и забрать себе девушку. Всё по-честному. Сердце дамы принадлежит сильнейшему, и сильнейший должен им владеть.
Размышления прерывает Шохарн, зайдя в комнату без стука. За ним мнутся три огневика, понимая, что против моей силы они слабее детишек малых. Но всё равно стоят и выдавливают из себя невозмутимость и боевой дух.
— Выше Высочество, — склоняет голову инквизитор, не спуская с меня глаз. — Его Величество приглашает вам отобедать и побеседовать о делах насущных.
Знаю я тему его беседы, поэтому неторопливо натягиваю сюртук, дотошно застёгиваю каждую
— В целях безопасности короля прошу надеть вот это, — протягивает мне блокирующие наручи Шохарн. Глупцы. Им просто неизвестно, как я спокойно избавился от таких же у Ксарка. — Вы же понимаете, что мы не можем рисковать.
— Понимаю, — закатываю рукава и подставляю запястья. — Подданный другого государства не может свободно разгуливать по замку.
— Благодарю за понимание, — слишком бодро и радостно встречает мою покладистость Шохарн, запечатывая вязью браслеты.
Слышу, как огневики облегчённо выдыхают напряжение, почувствовав себя более уверенно и защищённо. Говорю же — глупцы. Ну что их железяки против силы принца Луделии? Дядя может сколь угодно играться с троном и вельможами, но в его крови нет искры истинного наследника престола, как и повышенного потенциала.
В королевскую едальню помимо магов нас сопровождают стражники, окружив с боков. Длинный коридор пуст. Видно, всех разогнали по комнатам и запретили выходить.
Ниран ожидает за большим столом, рассчитанным на полсотни персон. По залу скачет эхо наших шагов, звонко отлетая от стен на пол. При моём приближение Калирон откладывает столовые приборы и окидывает меня недовольным взглядом.
— Что-то вы не торопились, лорд Ториан, — промакивает салфеткой губы и указывает на противоположный конец стола. Там уже стоят тарелки, стаканы, бокалы. — Словно девица на выданье. Прихорашивались.
— Ну как же я могу по приглашению самого правителя Теодории прийти в шутовском наряде и в саже на лице, — отвечаю ему вежливым кивком и усаживаюсь в кресло.
— Мне уже доложили, что моя невеста немного пошалила в гостевых покоях, — оскаливается в надменной улыбке. — Ничего. Переволновалась немного от открывшейся перспективы стать королевой.
Невесты?! Мне, вдруг, до нетерпения хочется вбить ему эту улыбку вместе с зубами в глотку, но я затаптываю ощетинившегося красавчика поглубже в нутро и обхватываю вилку и нож пальцами, втыкая первую в кусок мяса. О моём негодование говорит лишь прозрачная изморозь на столовых приборах и на пузатых бокалах.
— Может волнение было вызвано несогласием леди Ларелии на такой ответственный брак? — со скрежетом отпиливаю кусок и смачно макаю в густой соус.
— Ну что вы, мой ледяной друг, — встряхивает кружевами рукавов «буйвол» и подносит ко рту бокал с вином. — Леди Ларелия была безмерно польщена и благодарна. Правда, просила вас удалиться из Теодории сразу после церемонии бракосочетания. К сожалению, вы напоминаете ей о всех тех ужасах, что пришлось пережить в плену у пустынников. Вас проводят до границы, чтобы, не дай Варг, с вами не случилось какой-нибудь неприятности.