Чтение онлайн

Девушка отвела взгляд в сторону, пусто уставившись в пол. Верить колдуну не хотелось, особенно насчёт предполагаемых родственников, но с другой стороны... Они ни разу даже не побеспокоились ни о ней, ни о матери, ни о бабушке. Бабушка, насколько Мишель смутно помнила, знала много и, кажется, чего-то боялась. По крайней мере, в ближайший город за покупками она ездила обвешавшись амулетами и по самые пятки измазавшись гримом. Та самая сбежавшая овечка? Тогда почему?

– То есть, даже если я избавлюсь от тебя, - в тоне воровки скользнули унылые нотки, - то неизбежно наткнусь

на такого же? И слава средиземным пиявкам, если это будет именно такой, как ты?

– Как-то так, - чёрный потянулся за стаканом, - только, скорее, он натолкнётся - у тебя на шее амулет. Защитит, но лишь на расстоянии, в паре метрах шансов остаться инкогнито нет. А насчёт второго... в каждом положении есть плюсы и минусы. Я, по крайне мере, не заставлю тебя рожать целый выводок в надежде получить сильного наследника - нафиг надо? А вот одарённый "коллега", - Себастиан издевательски потянул последнее слово, - очень даже может быть.

– И что нужно именно тебе?

– Не буду пугать. Скажу лишь - останешься жива.

– Утешение, - в сторону фыркнула немного расслабившаяся Мишель.

– Лучше чем ничего. И да, выбирай дар или свобода, у тебя две недели. Не дашь ответ в срок, решу сам.

Девушка поморщилась, неприязненно поджала губы. Повисла неуютная тишина, разбавляемая лишь тихим, невнятным гулом чужих голосов.

– Что будет, если я выберу свободу?
– спустя пару минут ровно, почти равнодушно спросила воровка.

– Выпью и отпущу, - легко, будто разговор шёл о погоде, отозвался чёрный.

Мишель это пренебрежение здорово покоробило. Уже почти не надеясь на счастливый финал, она глубоко вздохнула и обречённо поинтересовалась:

– А дар?

– А вот здесь уже лучше, ты будешь привязана ко мне, скорее всего навечно, но не в качестве домашней зверюшки, а в качестве сперва ученицы, а потом, может быть, и равной. И, кто знает, может рано или поздно ты даже превзойдёшь меня?
– колдун искушающе улыбнулся.

– И как пройдёт эта...
– девушка замялась, но поморщившись, таки выдавила, - "привязка"?

– Н-ну, - повременил чёрный с ответом, глотая из полупустой кружки, - если вкратце: я лишу тебя девственности.

Мишель вздрогнула, широко раскрытыми глазами на него глядя. Этого она как-то не ожидала. На бледных щеках появился румянец, девушка отвела взгляд, заморгала, прогоняя слёзы, тихо пробормотала:

– Это обязательно?

– Угу. Мишель, - внезапно мягко начал Себастиан, перегнувшись через стол и поймав холодную ладошку воровки, - один раз, больно не будет, и ты сможешь забыть об этом как о страшном сне.

Мишель вздрогнула, затравленно, сквозь слёзы на него покосившись. Вытянула руку из тёплой ладони, обиженно отвернулась, откинувшись на спинку стула и скрестив руки под грудью. Вопросы задавать больше не хотелось, а вот успокоиться, унять истерично бьющееся сердце и обдумать узнанное стоило.

***

Возвращались в тишине. Себастиан задумчиво молчал, воровка с поистине мазохистским удовольствием придавалась унынью, в итоге сумев накрутить себя так, что, в конце концов, решила, что никакая реальность и рядом не валялась с такими фантазиями. Заранее планировать девушка тоже ничего не стала, понадеявшись на "авось". А толку? Сейчас ни

единой возможности избежать ультиматума она не видела.

Оставшееся время же Мишель целиком посвятила навязанной дилемме: дар или свобода? Посвятить-то посвятила, да только ответ был так и не найден. Пришлось менять и мнение об утреннем "эксперименте", ибо он наглядно показал - она способна не только на болтовню с лесом. На душе повисла неподъёмная тяжесть. Нужно было решать, ведь именно от этого зависит её дальнейшая жизнь, а в голове пусто, только ветер тоскливо воет.

Девушка устало прислонилось виском к стеклу. Это всё равно, что найти в любимой, зачитанной уже до дыр книге новую главу. Волнующе приятно, едва сдерживая нетерпение, дрожащими руками открыть новую страницу, прочитать название... а затем поверх заветных строк ляжет ладонь, причём так, что отдельные фразы проглядываются, но в единую картину уже не складываются. Поднять горящие непониманием и обидой глаза, чтобы наткнуться на заявление, что прочитать не получится. Бесплатно.

Мишель вздохнула - умудрилась же.

Остаток дня прошёл тихо; едва подъехав, чёрный куда-то умчался, оставив Мишель на попечение вчерашним молодцам. Ну, а те заморачиваться не стали и, вручив воровке толстую книжку древне-японских мифов, заперли в комнате.

Вымотанная за день девушка, полистав ту с часок, как-то незаметно для себя задремала. Благо, читать воришка любила лёжа, и боль в спине ей с утра не грозила.

10 - Энергия. Вино. Алтарь

Время летело быстро. Мишель почти не вылезала из огромной библиотеки колдуна, на что тот смотрел сквозь пальцы, временами балуя девушку своим присутствием. А вот спустя полторы недели особняк неожиданно наводнили странные личности, и раздолье, хоть и относительное, конечно, кончилось. Себастиан поджал губы и запер воровку в комнате, строго-настрого запретив из неё выходить.

А Мишель и не хотелось. Тем более единственный раз, когда она едва не поддалась любопытству, медальон обжёг таким жаром, что девушке стало по-настоящему страшно. Были у неё проблемы и без этого - отведённые чёрным две недели подходили к концу. Шанса сбежать так и не представилось, более того, воровка окончательно убедилась в его полнейшем отсутствии, так что выбор, хотя он ей и не нравился, Мишель сделала. С тех пор внутри поселилось то неприятное ожидание чего-то нехорошего, которое с одной стороны "побыстрей бы", а с дрогой - не хочется и всё тут. Да и вообще, был ли этот самый выбор? На этот счёт у Мишель появились некоторые мысли, которыми она просто жаждала поделиться с мерзопакостным колдуном.

Одно было хорошо - порез на ладони затянулся. Наконец-то.

В ожидании прошло ещё два дня, а на вечер третьего неожиданно явился чёрный. Усмехнулся на чуть удивлённый взгляд, захлопнул дверь ногой и, поставив поднос на тумбочку, расслабленно плюхнулся в единственное в комнате кресло. Девушка вздохнула, потёрла лоб, закрыла рот и, скрестив ноги, ловко перетащила ужин на покрывало. Фыркнула, непринуждённо сообщила, проигнорировав недовольный взгляд: