Чтение онлайн

– Во-во!
– одобрил полицай.
– Давно пора.

Федя нетерпеливо смотрел вдаль. Шесть месяцев назад он покинул город. И вот снова возвращается в родные места. Сейчас Федя должен был привыкать к новой, чужой для него фамилии. Документы свидетельствовали, что он Александр Михайлович Скирда, хозяин собственной слесарной мастерской. В кармане лежало официальное разрешение на ее открытие. Без особенного труда он "подружился" с полицейским, на которого бумажка с фиолетовой печатью произвела неотразимое впечатление.

В ней категорически требовалось, "чем только можно помогать господину Скирде". Федя несколько дней прожил квартирантом у полицейского и вот сейчас вместе с ним ехал в город.

Город показался из-за поворота неожиданно. Припорошенный снегом, он, насколько хватал глаз, курился сизыми дымками. Только над паровозным депо дым был густой и черный. Он поднимался в небо ровным столбом, затем лохматился в высоте, расползаясь в стороны.

– Подъезжаем!
– весело объявил полицай.
– Надо такое дело замочить.

Он снова сунул руку в сено, выудил оттуда вторую бутылку самогонки, на этот раз с фарфоровой пробкой, задрал вверх заиндевевшую бороду. Под бородой, словно под соломенной крышей, заходил кадык.

– Вот сейчас можно и полный парад наводить, - крякнул он, пряча бутылку.
– Где же это я повязку задевал?

Он похлопал себя по карманам, достал белую повязку и натянул на левый рукав. Оттопырил руку, осмотрел ее, довольно хмыкнул. Повернулся, отгреб сено и, словно игрушку, легко выхватил карабин. Сдул с затвора труху, положил карабин на колени.

– Стой!
– закричал кто-то впереди.
– Документы!

Бородатый натянул вожжи. Сани остановились возле контрольной будки. Подошел полицейский с винтовкой.

– Как вы тут поживаете?
– поинтересовался бородач, подавая свои документы.
– Спокойно у вас?

– Да пусть он огнем горит, этот покой!
– буркнул полицейский.
– А это кто будет с тобой?

– Дружок мой. У него аусвайсы хоть куда. Может, возьмешь глоток?

– А есть?
– оживился полицейский, сразу утратив интерес к Фединой личности.
– Не откажусь, браток. Даже кишки, кажется, к хребту примерзли.

Он жадно схватил бутылку и оторвался от нее только тогда, когда высосал последнюю каплю.

– Живете же вы там на районе!
– с завистью сказал он.
– А тут хоть задавись...

Бородач засмеялся, тронул вожжами лошадь, и та затрусила по дороге. Выехали на широкую улицу.

– Тпру!
– остановил лошадь возница и повернулся к Механчуку.
– Мне, брат, налево. Хочу еще в местную полицию завернуть. Кое-кому надо кое-что поднести. Не подмажешь - не поедешь.

– А мне как раз здесь слазить, - соскочил с саней Федя.
– Прощай, Григорий, спасибо тебе.

– Будь здоров. Еще свидимся.

– Свидимся, - пообещал Федя.
– Обязательно свидимся.

Бородач махнул рукой и тронул лошадь. Федя подождал, пока он не завернул за угол, и, сунув руки в карманы,

вразвалочку зашагал по улице, с волнением вглядываясь в ее знакомые очертания. Вон за тем тополем стоит хатка с ободранными ставнями. Здесь прошло его детство. Может, и сейчас мать припала к окну, всматривается в каждого прохожего, в надежде увидеть сына, который исчез неизвестно куда.

Федю неудержимо потянуло домой. "Нет! Я и так сделал глупость, что завернул сюда, - одернул себя Механчук.
– Нарвется знакомый - беды не миновать".

Он перешел на другую сторону, решительно завернул в соседний переулок. "Надо идти на явочную квартиру. Разина, шестнадцать... Тупик... Дом с застекленной верандой... Если все в порядке, на веревке будет висеть льняное полотенце... А может, поболтаться где-нибудь до вечера, а потом, как стемнеет, зайти? Нет, так можно вызвать к себе подозрение. Надо идти сейчас".

Федя изредка оглядывался. Никто за ним не следил.

Через проходной двор вышел в переулок Разина. "Вон дом с застекленной верандой. Выходит, иду по курсу правильно... Но почему полотенца во дворе не видно? Значит...
– от внезапной тревоги сжалось сердце.
– Надо полным ходом отсюда!"

Густой, покрытый инеем вишенник нависал над забором. Федя минул ворота, достал зажигалку. Прикуривая, зорко всматривался в тупик. Низенький заборчик. Веревка на двух столбах. Полотенца не было. "Надо зайти в соседнюю хату и попросить попить, - решил Механчук.
– Может, удастся что-нибудь выяснить".

– Руки вверх!

Федя резко повернулся. Перед ним стояли два человека в штатском. В руках у каждого был пистолет. "Вот и все, - подумал Федя.
– Сел на подводный риф".

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

1

Ночь прошла в жутких снах. Ваня кричал, вскакивал. Его успокаивали, он утихал на минуту, другую, а затем снова куда-то рвался, испуганно вскрикивал. Только под утро тяжелый сон наконец сморил его.

Цыганок проснулся от грубого прикосновения, Рядом стоял солдат.

– Ком, киндер!

"Товарищ Курт" сидел за маленьким столиком и завтракал. Перед ним стояла вчерашняя недопитая бутылка.

– Садись, Ваня, - приветливо, словно ничего не случилось, сказал обер-лейтенант.
– Кушать хочешь? Давай, подкрепись. Разговор будет долгий.

– Нет, спасибо, - буркнул Цыганок.
– Я сыт вчерашним.

– Может, тогда выпьешь?
– Курт Вайнерт бросил на тарелку обгрызенную кость, вытер салфеткой пальцы.
– Не стесняйся.

– Не пью я.

– Как хочешь. Вот что, Цыганок. Играть в прятки нам больше нечего. Ты прекрасно знаешь, что тебя ожидает. Расстрел - это в лучшем случае...
– Он налил из фарфорового чайника чашку черного кофе.
– Я вчера погорячился. Прости. Нервы стали никуда негодные. Так вот. Ответь мне на вопрос. Ты хочешь жить?