Чтение онлайн

— А в этом-то и вся суть. Неужели ты действительно не заработала себе на дом? — прищурив глаза, спросила подруга.

— У меня есть… дом.

От Ви мне все же не удалось скрыть свою запинку.

— Но почему ты тогда кочуешь? — не сдавалась подруга.

В Саганионе я оказалась четыре года назад, когда мне было девятнадцать лет. Мой дар целителя только пробудился, и мне было нужно его «обуздать». В столице провинции Ровенисия находится известная на весь континент Школа целителей. Там обучаются все желающие при наличии дара. Обучение проходит от двух до четырех лет, в зависимости от уровня дара и наличия первоначальной

базы знаний. В дальнейшем ученики школы обычно отправляются в Императорский Университет Амаллиона. За два года я сумела пройти основной курс Школы. Учителя долго меня уговаривали отправиться на дальнейшее обучение, так как такой дар как у меня слишком редкий, чтобы не развивать его. Я отказалась. Хотелось отправиться в «свободное плавание».

В качестве платы за обучение мне необходимо было сопровождать караваны купцов. Вот тут я единственный раз и обратилась к своему дяде. Он помог мне устроиться к Хурту. У того уже был штатный целитель, но количество караванов в последнее время увеличилось, потому меня и взяли. Хурт платил очень хорошо. За первые полгода я полностью расплатилась со Школой. Зарабатываемых денег дальше мне вполне хватало.

В то же время я познакомилась и с Ви. Она частенько ездила с караванами, которые отправлялись сравнительно недалеко от Ровенисии.

Подруга была немного ниже меня. Фигура ее была слегка полновата, но это не мешало ей быть очень подвижной и активной. Волосы ее были золотисто — каштановые. Глаза, как и у ее отца, цветом похожи на янтарь. Немного вид портил нос, который был длинноват. Зато, когда она складывает в улыбку свои пухленькие губки, на ее щеках появляются ямочки, глаза сверкают, и она просто излучает позитив и задор.

Отец Вильев начал в шестнадцать лет вводить ее в курс финансовых дел. Она занималась оформлением договоров, вела расходные и доходные книги. Потом отец стал объяснять Ви уже и тонкости всего дела в целом. Он был весьма богатым дельцом. Больше детей у Орма не было, потому он и занимался ее обучением сам. Все его имущество переходило к Ви по наследству и Орм хотел, чтобы она могла в дальнейшем им правильно распоряжаться.

Матери у Ви не было. Подробностей я не знала, да и с расспросами никогда не приставала. Сама Вильев эту тему старалась не затрагивать.

Во многом мы с Ви были разными людьми, но как-то то, что кроме нас в караванах обычно не было больше женщин, нас и сблизило. Но даже ей я не торопилась раскрывать свою душу.

— Я кочую потому, что мне это нравится. Я ни от кого не завишу и по большому счету в любой момент могу отправится туда, куда мне хочется, — правду сказать даже своей самой близкой подруге я не решилась. Тем более это не первый наш подобный разговор.

— Ну вот опять ты темнишь! — она всегда эмоционально реагировала, когда я что-то недоговаривала. — Тебя что, в тюрьме держали большую часть жизни, что ты сейчас так носишься со своей свободой и независимостью?

— Не говори глупостей! — я уже сама не сдерживалась, перейдя на повышенный тон. Спохватившись, что разбужу наш лагерь, я прошипела: — Пока не нашлось кого-то или чего-то, что смогло бы меня удержать на одном месте. Всего лишь.

— Ну да, конечно. Наша госпожа Риндамия просто не способна полюбить. И это не мои слова! — предупредительно подняла Ви руку. — Спроси кого хочешь. Я же хочу помочь тебе. А для этого мне нужно понять, что тебя толкает так поступать, — обиженным

тоном произнесла Ви. Все же пронять меня ей не удалось.

— Это только мое дело и ничье больше. Я признательна, что ты беспокоишься обо мне. Однако, меня в моей жизни все устраивает и менять я ничего не собираюсь! — опять я не сдержалась и слегка прикрикнула. Со стороны лагеря в нашу сторону обернулось пару человек, которые еще не отправились спать.

— Это же неправильно! Ты ни к кому не привязываешься. За четыре года, что ты провела в Саганионе кроме меня у тебя больше и нет близких. Ты заводишь знакомства, но никаких привязанностей, — увещевала меня девушка.

— И что тут такого? — меня уже порядком утомил этот разговор, и я не могла придумать как его свернуть так, чтобы не обидеть подругу.

— А ты считаешь это нормальным?! Сколько раз Фриндмунд звал тебя замуж? — не унималась Ви.

— Причем здесь он?

— Я просто, к примеру, привела. Были же еще Рунольв, Ингилейв и другие, кто безуспешно пытались добиться хоть какого-то твоего внимания, — устало развела руками Ви. — Но от тебя же кроме раздражения и ледяного взгляда больше ничего и нельзя было им добиться.

— Они мне не нравились, — отрезала я.

— Тебе никто не нравится.

— Ну почему же, ты мне нравишься, но за тебя же я замуж не пойду, — не выдержав, мы расхохотались.

Ви, отсмеявшись, махнула на меня рукой:

— С тобой бесполезно разговаривать на эту тему, — подруга грустно на меня посмотрела.

И я не выдержала.

— Ладно, твоя взяла. Как доберемся до Марикана, я тебе все расскажу, — знала бы она чего мне это будет стоить.

Ви подлетела ко мне, расцеловала в обе щеки и потащила в палатку.

— Время позднее, пошли уже спать. А то папенька как всегда разбудит нас с рассветом.

Тяжело вздохнув, я поплелась спать.

Уснуть долго не получалось. Разговор не прошел для меня даром. Слишком многое всколыхнул он во мне. Все то, что я старалась запихнуть подальше и как можно дольше не доставать.

Фриндмунд Ордок действительно звал меня замуж. И не раз. Раза четыре точно. Упертый парень. И чего спрашивается меня в нем не устраивало? По — своему красивый, добрый, заботливый. За шесть лет, что он проработал на Хурта, сумел заработать немало. Построил дом в Саганионе. Что еще для счастья надо? Любви. А ее не было. Фриндмунд не раз говорил о своей любви ко мне. Может и вправду она была. Но меня это не волновало. И не потому, что я такая жестокая роковая красотка, разбивающая направо и налево сердца. В своей нелюбви я ему призналась честно еще при его первом предложении. Он же, наверно, надеялся меня завоевать. То же мне, крепость нашел.

У других же парней планы на меня не всегда были столь благородные. Предложения были от любовницы до грелки на одну ночь. Пожалуй, тут еще свою роль сыграла моя внешность. Без ложной скромности я могла сказать, что красива. Пшеничного цвета густые волосы до середины спины, большие синие глаза, в меру пухлые губы, стройная фигура, которую я все же старалась прятать под широкими рубашками и жилетками до середины бедра (так удобнее путешествовать). А вот у меня был характер у меня не сахар. Но это не врожденное, а скорее жизненная необходимость. Чем меньше около меня людей, тем мне легче. Только вот чего они все равно упорно ко мне цепляются, я никак понять не могла.