Чтение онлайн

— Сколько тебе нужно? — зель понимала, что поступок Узуфа глуп и безрассуден, и от этого ее уважение к нему возросло.

— Три, пять, десять кусков! Всё!!

— Нет.

Абориген сник и поплелся собирать хлан дальше. Он брал его горстями и кидал в контейнер, услужливо пододвинутый поближе к нему. Зель меланхолично отсчитывала горсти и вокруг не глядела. Да она бы и не заметила приближающегося невидимого хищника. Еще одного.

Каждый раз, поднимая голову, чтобы ссыпать хлан из горстей, Узуф пугливо оглядывался. Аборигены никогда не брали

столько хлана — иначе шандар сердилась и нападала. И он увидел ее. Атакующую.

— Она здесь!! — завопил Узуф. — Убери ее от меня!

Он прыгнул назад, не поворачиваясь, споткнулся, упал на спину, перевернулся и шустро побежал на четвереньках куда-то прочь. Шандар догнала его в два шага, схватила за шиворот и дернула вверх, поднимая на ноги. Потом пнула в задницу, чтобы бежал быстрее, и сама рванула вслед, не забыв драгоценный контейнер. Кто его знает, с какой скоростью может передвигаться голодный хищник, но если они успеют добежать до вездехода, можно считать себя спасенными — вряд ли шандар по силам растворить металл.

Да, они успели.

Тяжелый удар, от которого качнуло вездеход, настиг его, когда зель уже заводила мотор, а биолог, оставленный в неведении, пытался расспросить Шандар, что же такое случилось и почему они так быстро уезжают. И когда же, наконец, она собирается охотиться, и что это там делал абориген — молился, что ли? Ну, почему она молчит, ему же интересно, неужели так трудно рассказать?

Зель развернула вездеход по широкой дуге, выползла из водительского кресла, сказала Косте, что всё расскажет, а пока пусть он садится.

— Зачем? — не дождавшись ответа, он всё же пересел и спросил. — Так куда ехать-то?

— Домой. Веди, Костя.

— Что ж. Костины наблюдения дают возможность заключить, что вами открыто ранее неизвестное животное. Как и обещал, мы назовем ее вашим именем.

— Лучше не надо. Это весьма неприятное существо.

— В природе всё гармонично, и подходить к ней с человеческими эстетическими мерками бессмысленно.

— Ой, делайте, что хотите! — зель отмахнулась. — Всё равно я скоро вас покину.

— Надеюсь, вы предоставите нам биологический материал, собранный вами?

— Нет, — безапелляционно ответила Шандар. — Я ничего не собирала. Это, — она показала пальцем на контейнер, — инертный материал небиологического происхождения сложной неравновесной структуры. В случае нарушения условий хранения он теряет свои свойства. Я могу предоставить образец вещества. Вы его изучите, а потом отдадите мне.

— То есть, вы не охотились?

— Я искала этот материал, хлан. А свои действия я могу называть так, как того пожелаю.

Биолог не нашел что возразить. Да, Костя что-то видел. Но что — описать не мог. Ничего, на станции люди грамотные, разберутся. Если знаешь, что что-то существует, обнаружить его во второй раз значительно проще, чем открывать в первый. Так что эту девушку, Шандар, нет смысла задерживать. Образец изучим, раз она сама предлагает, а она пусть

летит. И без нее хлопот хватает. Да с теми же аборигенами, которые с утра толкутся у станции и чего-то хотят.

Директор станции благосклонно кивнул.

— Хорошо. На этом и остановимся. Единственная просьба — поговорите с аборигенами напоследок. Вы знаете, у нас с ними контакт никак не налаживается, а у вас, вроде, получилось. Договорились?

Шандар вынужденно кивнула.

Она вышла из помещения станции и почти сразу столкнулась с Узуфом, который стоял ближе всех к дверям. Остальные стояли поодаль, но чувствовались, что дай сигнал, и они тут же подскочат, сомнут охрану и ворвутся на станцию.

— Ты зачем пришел?

— Нам не нужны люди в нашем мире.

— Если вы уничтожите этих, придут другие и убьют вас всех. Но может случиться и иное — вас вывезут в другой мир и изолируют от всего. Там не будет шандар. Хочешь этого?

Узуф промолчал.

— Я дам тебе кое-что. Что ты просил. Тогда, там. Это плата за ваше молчание. Ни одному человеку нельзя рассказывать всё о шандар. Люди, конечно, узнают сами. Но пусть это будет позже. Хорошо, Узуф?

Он мрачно смотрел на зель.

— Лучше бы ты скормила меня ей. Тогда я не узнал бы, как будет плохо после твоего отлета.

— Кому ты нужен — мертвый? Живи, радуйся! — Шандар одобрительно улыбнулась.

— А живой я не нужен сам себе. Но я не могу — сам. Я — слабый. Убей меня.

— Нет, — улыбнулась зель. — Возьми хлан и уходи.

Шандар стояла спокойно, с мягкой всепрощающей улыбкой на лице. И не было сил у аборигенов пойти против нее. Они действительно были слабы. Все.

Всю обратную дорогу Шандар не выходила из каюты: не хотелось вести пустые разговоры с попутчиками, что-то объяснять, придумывать всякую чепуху, нарочито улыбаться. И в какой-то момент обнаружить, что хлан пропал. Конечно, можно было сдать контейнер в сейф корабля, но даже это зель считала риском. Еду ей доставлял стюард, а она следила за контейнером и развлекалась просмотром картинок. Когда фотографии надоедали, Шандар включала новости. Всё в порядке: экспансия людей неуклонно расширяется, открываются новые планеты, пригодные для жизни человека, контакт с местными разумными неизменно налаживается.

Обычное правительственное официальное вранье. Хотя, это человеческие дела — какое ей дело до них. Шандар связалась с людьми только потому, что ее забросило в человеческий сектор космоса. Да и колонисты на Сибе — люди. И Илья…

Пусть вдохновляются мнимыми победами. Сейчас Шандар нужен квалифицированный физик, достаточно безумный, чтобы поверить ей и взяться за предложенную задачу. Его и нужно искать.

Порыскав в информатории, Шандар обнаружила не одного такого. Казалось, каждый из ученых имел какой-либо чудачество. И выбрать среди них одного зель была не в состоянии, поскольку знала предмет недостаточно хорошо.