Чтение онлайн

Первый хурал «Мэнгын Засал» напомнил молодежный квест. Необходимо было собрать девять специальных камней, а затем принести их ламе, что Дмитрий и сделал. Лама над ними поколдовал, осветил благим дуновением и рассказал, где нужно их разбросать. Как выяснилось, такой обряд необходимо выполнять раз в девять лет. По философии буддистов это отрезок времени, когда человек сталкивается с кризисами и застоями.

Со вторым хуралом «Тчаптуй» пришлось повозиться и проявить терпение. Дмитрий весь день читал с трудом выученную молитву, чтобы отчистить свою энергетику. Читал возле специального кувшина с водой, наделяя целительными свойствами. По словам Кауравы,

после такой мантры вода смоет всю плохую энергию. И действительно, сон в эту ночь был как у младенца!

Для снятия всех видов магических воздействий, депрессии, порч и сглазов провели молебен-хурал «Жаптуй». Здесь уже мантра нужна для теста, из которого затем лепят фигурку Луд, эдакую обманку, замещающую человека. В этот раз была обманка Дмитрия. На нее перенесли весь негатив, отлили водой и выбросили. После очищения павлиньим пером и колокольчиком поставили, как сказал лама с высокой степенью учености, мощную защиту. Понять, о чем молитва, простым смертным невозможно, так как она на старомонгольском языке, но Панов уже настолько втянулся в процесс, что слова были не важны. Ощущалась энергетика Ламы. Как выяснилось, для таких ритуалов он проводит долгое время в отшельничестве и медитации.

Радж Каурава торжественно объявил о готовности приступить к основному пункту плана и отправился в подземелье следовать «восьмеричным путем» к достижению Нирваны.

«Привет отдыхающему классу! – торжественно голосил Костя, надеясь, что друг еще не успел уехать из города. – Димы-ы-ч, хватит дрыхнуть, с минуты на минуту подъедут ребята искать твои камеры. Забыл, ну?» Он прошелся из комнаты в комнату, собирая разбросанные вещи, затем плюхнулся в кресло-качалку и затянул гавайскую сигару.

Услышав мелодичный звон, Костя, ожидая знакомых электронщиков, спешно открыл дверь и увидел незнакомого мужчину небольшого роста, с причудливыми усами. Одет он был по форме коммунальщиков, в руках удостоверение и разнарядка на проверку электроприборов. Костя попытался объяснить, что хозяина еще нет и желательно прийти попозже, но электрик был непреклонен. Довольно быстро он проверил проводку, осмотрел приборы, поковырял в стенах и охотно принял предложение выпить кофе. Шатров приготовил тосты и присоединился к ремонтнику. После короткой светской беседы работяга культурно откланялся, а Костя, почувствовав головокружение и не в силах даже закрыть дверь, просто отключился.

– Вот и пришло время твоей разблокировки, Дима! Сегодня в нашу обитель прибыли еще трое ученых мужей. Пятерым нам удастся провести хурал-таинство! Мощный ритуал, о существовании которого ты не найдешь информацию в открытых источниках.

– Но что-то тебя смущает?

– Ты готов открыть все двери своей памяти. Как я уже говорил, возможно, это все изменит, и неизвестно, в какую сторону. Во время хуралов мы все ощущали чье-то незримое присутствие, и меня это настораживает. Подумай еще раз, прежде чем сделать этот шаг.

– Радж, время, проведенное в обители, несомненно, благотворно влияет на меня, но завтра я вернусь в Москву, и там мою жизнь просто кто-то вычеркнул. Кто и почему? Я должен это знать!

– Тобой двигает месть?

– Скорее, праведный гнев. Если я плачу своей жизнью за чьи-то интересы, то я как минимум должен знать об этом!

Ширетуй покивал головой и торжественно произнес:

– Тогда в путь!

Беззвучно хлопнув в ладоши, Каурава жестом пригласил следовать за ним. Они прошли омовение в центральной зале, облачились в новые балахоны и спустились в подземелье. Было уже не так просторно, как наверху. Возле одной стены восседал каменный Будда, в противоположном конце красовался во всю стену огненный распускающийся лотос. Здесь все отражалось золотисто-красными тонами благодаря многочисленным свечам. Радж разместил абсолютно

спокойного Панова возле лотоса. Усевшись полукругом, монахи довольно преклонных лет что-то замычали, отчего по телу побежали мурашки, а в животе похолодело. Из дальнего угла здания приблизился седовласый старец. Все это время он что-то колдовал над подобием церковного кадила, чтобы потом окуривать Дмитрия. Сначала от этого защекотало в носу, но потом приятно потеплело и все тело расслабилось. Сквозь расплывчатую картинку реальности доносились распевные установки Кауравы. Понятно было только то, что нужно сосредоточиться на последних эпизодах памяти в том злополучном полете. Постепенно веки отяжелели и опустились.

Дмитрий будто провалился в темную яму, после чего стал набирать скорость, устремляясь все выше и выше. Потом разом все прекратилось, и он очутился на летной базе. Панов планировал по взлетным полосам, ремонтным мастерским, кабинетам и бытовкам. Медленно спланировал в душ. Это был тот самый день! Вот здесь, в душевой комнате, все и началось. Он смутно разглядел спину моющегося человека. Тот постепенно поворачивался, и вот-вот появится его лицо. Время, как назло, замедлило свой бег. Панов ждал, и казалось, все вокруг заполнилось нарастающим гулом, который усиливался все сильнее и сильнее. С поворотом незнакомца он резко прекратился. В секундной тишине Дмитрий увидел свое лицо. Это ОН мылся в душе! Неожиданно сзади раздался противный голосок: «Слушай, Пан, не желаешь круто подзаработать?»

Дмитрий пробудился, его взору открылась необъятная синева неба. Какое-то мгновение он забыл обо всем, и жизнь ему показалась прекрасной как никогда. Он не имел понятия о том, сколько прошло времени с момента вхождения в транс и до конца его отсыпки. Ложе располагалось на зеленой лужайке, вокруг которой замкнулось кольцо сидящих монахов. Похоже, они и вынесли Дмитрия из ритуальной залы. Их гладко выбритые головы отражали солнечные лучи, бардовые одежды прекрасно гармонировали с окружающей средой. Осмотревшись, Панов с досадой «вернулся на землю». Он сладко потянулся и огляделся по сторонам. После многолетних мучительных пробуждений такое утро казалось сказкой. Так хорошо он себя чувствовал разве что в детстве. В памяти пронеслась вся его жизнь за несколько секунд, без пробелов, без пресловутой блокировки. Вопросов стало еще больше, но главное, что он вспомнил, а значит, теперь точно сможет добиться успеха!

Панов собрался было на цыпочках проскользнуть мимо спящих монахов, не желая их тревожить, но не тут-то было. Внезапно один из монахов сначала громко запричитал что-то, а затем упал на колени и с вытянутыми вперед руками уткнулся лбом в землю. Все остальные последовали его примеру, словно выполняя языческий обряд. «Странно, – подумал Дмитрий. – Вроде такая экспрессия не свойственна буддистским монахам». Ему хотелось прорвать кольцо сидящих и скорее убраться отсюда, но тут он увидел приближающегося Каураву и успокоился. В руках у него была одежда Дмитрия. Однако Радж забыл про дружеское приветствие. Наклонившись, он прикоснулся к его ногам, что-то наговаривая себе под нос.

– Радж, – не выдержал Дмитрий, – прекрати хоть ты ломать комедию. Можешь объяснить по-русски, что за цирк тут происходит?

Он поднял Каураву за плечи, тот молча поклонился, повернулся к монахам, и они вместе произнесли несколько воззваний. Все завороженно смотрели на Панова и радостно что-то обсуждали. После очередного жеста ширетуя монахи в приподнятом настроении наконец-то разошлись. Радж торжественно заявил:

– Я не ошибался! Ты действительно ниспослан небесами, хотя еще не осознаешь это! Во время обряда свет, исходящий от тебя, даровал монахам видение: стая черных воронов налетела на одну голубку и принялась ее клевать, но из ее груди вырвался яркий, ослепительный луч и сжег их. Голубка эта долго порхала и влетела прямо в твое сердце!