Чтение онлайн

Честно говоря, мне было не по себе. Чем ближе мы подходили к большому залу совещаний, тем острее я ощущала страх, липкой паутиной опутавший меня. Ноги сделались ватными, и когда мы остановились возле ониксовой двери, выполненной в фирменном стиле 'никаких дизайнерских изысков', я ели переставляла их.

Словно почувствовав мою слабость, Белл незаметно притронулась ко мне, взяв под локоть. Это придало мне сил, я немного успокоилась, но мысль о том, что за этой черной дверью меня ожидает двадцать четыре толстых рыжеволосых

левитирующих правителя серии угрожающе маячила передо мной.

– Мы прибыли, фемейл, - излишне отстранено и даже несколько церемониально заявил 'четвертая группа'.
– Дальше разрешено идти только вам.

– А ты будешь ждать меня здесь?
– спросила я, надеясь, что мой вопрос не прозвучал двусмысленно и испуганно. Но в этот момент я действительно беспокоилась, будет ли смысл встречать меня после этого заседания. Ужасное чувство, совершенно лишнее пред грядущими событиями. Надо было все же выпить бокал вина перед выходом, меньше бы сейчас мандражировала. Все-таки, иногда ты бываешь непроходимой тупицей, Бекки.

– Вам пора идти, - ответ прозвучал грозно. 'Четвертая группа' напугал меня своим безразличием к моей судьбе. Если раньше мне еще казалось, что он испытывает ко мне хоть какие-то романтические чувства, то сейчас эта гипотеза пошатнулась и рухнула замертво. Он мертв. Эмоционально мертв. Он ничего не испытывает, истинный юнит своей серии! И как я могла так обмануться в его отношении? Да он ведь не чувственнее колоды! Бог ты мой, а мне казалось, что я смогла его 'поддеть', взять на женский крючок, зацепить собой, лишить его покоя.

Нет, Бекки, он просто бездушный киборг, и останется таким навсегда. Вряд ли кто-то из серии хоть когда-то захочет иной судьбы по своей собственной воле. У них ее попросту нет! Они рабы своих странных убеждений. Какая-то 'связующая пустота', 'ратио' и прочее от чего мурашки бегут по коже. Нет уж, я никогда не смогу понять этих еретиков. Прав был арбитр, когда говорил, что единственная возможность интегрировать серию в сообщество это полное, тотальное подчинение. Ведь понимание приходит только через повиновение.

Видимо оттого мне сейчас так страшно. Я буквально кожей ощущаю густое пренебрежительное лицемерие и ехидство, повисшее в помещении за ониксовой дверью. Меня ждут, чтобы выслушать нехорошие новости к которым, совет 24-х судя по всему готов. Гораздо хуже, если помимо готовности услышать неутешительные для них новости у них есть какое-то решение, ответ на наш агрессивный выпад.

– Может быть ты, Каин?
– мои глаза влажно заблестели. Эй, подруга, только этого сейчас не надо! Не смей, слышишь? Не показывай им свою слабость! Ведь тогда ты покроешь себя несмываемым позором. Хорош посол, разревевшийся перед входом на совещание, на котором пленникам было сообщено об их порабощении.

Каин молчал и старательно избегал встречаться со мной взглядом.

Он стоял, заложив руки за спину и старательно изучал пол и стену. Его лицо оставалось бесстрастно, замерзшая маска, которую можно смело носить на каком-нибудь маскараде по случаю праздника, за таким безмолвием уж точно невозможно прочесть какие-либо эмоции, которые отражает обычное человеческое лицо.

– Изабель, Луиза, - не знаю почему, но я решила попрощаться с девочками. Что-то подсказывало мне, что на этом совещании может произойти нечто нехорошее.

– Госпожа!
– ровно и слаженно отозвались мои телохранительницы, вытянувшись по стойке 'смирно'.

– Я благодарю вас за безупречную службу, караул устал...
– я сделала глубокий вдох и выдохнула.
– Можете быть свободны.

– Но госпожа, - голос Беллы словно надломился, даже через динамик надетого шлема я слышала его плаксивые нотки.

– Это приказ, Изабель, и он означает, что вам стоит вернуться на корабль и там дожидаться моего возвращения.

Фраза 'караул устал' была условной, своеобразный сигнал тревоги, сообщающий о том, что дальнейшие распоряжения следует выполнять беспрекословно.

Время шло, девчонки никак не реагировали. Луиза и Белла молча стояли по обе стороны ониксовой двери, за которой меня ожидали парящие в воздухе предводители серии. Затем они переглянулись и не говоря ни слова отдали мне честь, так и не сдвинувшись с места. Упрямые стервы, как же я их люблю!

Мне стало гораздо легче от такого 'откровенного неповиновения'. Этим своим поступком мои телохранительницы дали понять, что осознали всю серьезность угрозы и приняли решение разделить дальнейшую судьбу, последовав за мной до конца.

Собрав все силы в кулак, я сдержано кивнула. Передо мной беззвучно распахнулась дверь. В полной тишине я зашла внутрь, словно нырнув в темную ледяную прорубь, оставив позади свое прошлое, девчонок, проводивших меня взглядом. Спиной я ощутила как 'четвертая группа' сверлит меня своим взглядом. Позади остался и Каин, моя персональная синтетическая пародия на человеческую страсть, холодный любовник, старательный неумеха. Боже, как же избавиться от чувства, что позади осталась моя жизнь? Как протолкнуть этот горький тягостный комок в горле?

Похоже, началось... Свет ударил мне в глаза и громогласный голос произнес:

– Добро пожаловать, фемейл...

Терминатор гравитационного захвата системы Юпитера, адмиральский линкор 'Уилсон'.

Автоматика рассчитала коэффициент торможения и вывела показатели на плоский экран. Данные немного расходились с первичными расчетами, но расхождения оставались в пределах допустимой погрешности. Первый астронавигационный штурман вооруженного блока объединенных человеческих миров бегло изучил показатели и отдал команду начать торможение флота.